Данелла Хармон - Предвкушение счастья

— Очищать от навоза? — воскликнула Эвелина, побледнев от ужаса.

— Ну да. И поторопись!

— Но я не могу надеть свое шелковое розовое платье!

— Ну, подыщи что-нибудь. Я ведь не буду ждать весь день.

Эвелина внимательно посмотрела на нее.

Майра улыбнулась.

— Зачем ты это делаешь? — произнесла Эвелина. — Потому что твой брат попросил меня.

— Ты влюблена в него, да?

— А тебе что до этого?

— Ничего, — сердито ответила Эвелина, и на ее губах появилась злобная улыбка.

— Ну хорошо, так оно и есть, — призналась Майра, не желая отступать. — Но я случайно узнала, что ты неравнодушна к моему брату, так что мы квиты.

Майра увидела, как Эвелина побледнела. Ее глаза яростно сверкнули.

— Не волнуйся, я не собираюсь ничего говорить Мэтту, — сказала Майра. — По правде говоря, мне бы хотелось, чтобы вы с ним были вместе. — Майра была вознаграждена дружелюбным взглядом Эвелины. — Но этого не случится, если ты не изменишь свою жизнь и не поднимешься над обстоятельствами, которые сделали тебя такой несчастной. Ты можешь стать счастливой, Эвелина, при небольшом усилии. Именно поэтому я пришла, чтобы заставить тебя его сделать. — Майра улыбнулась в ответ на робкую улыбку и начала расхаживать взад и вперед, постукивая хлыстом по ладони. — Чтобы покончить с этим, я хочу предложить тебе сделку. — Она повернулась и сложила руки на груди. — Ты поможешь мне заполучить твоего брата, а я помогу тебе заполучить моего.

— Что?

Майра пожала плечами:

— Твой брат испытывает мое терпение. Он боится меня, и одному только Господу известно почему. Но, видишь ли, мой отец заставляет меня выйти замуж, и я решила, что Брендан — именно тот, кто станет моим мужем… если, конечно, он пройдет испытание.

— Испытание?

— Да. Я должна увидеть его в действии, на борту шхуны… и в этом мне нужна твоя помощь.

Эвелина смотрела на нее так, словно Майра потеряла рассудок. Майра изложила свой план проникновения на борт «Пустельги» и то, как Эвелина поможет ей сохранить все в тайне.

— А что получу я? — подозрительно спросила Эвелина.

— Мэтта, конечно.

— Не вижу, каким образом.

— Положись на меня, и я обещаю, что мой брат станет твоим еще до конца лета. — Майра спокойно выдержала взгляд Эвелины. — Но ты должна делать все, что я тебе скажу, каким бы неприятным тебе это ни казалось.

Вызов был брошен, и Эвелина поняла это.

Майра наблюдала, как сомнение и подозрительность на ее лице сменились проблеском надежды. Эвелина посмотрела на нее, потом отвернулась и взяла оладью.

— Можешь позавтракать позже, — сказала Майра, не обращая внимания на негодующий взгляд Эвелины. — В этом доме мы сначала заботимся о лошадях.

— Ты позаботься о них, я все равно не могу держать ведро или щетку.

— Нет, можешь.

— Нет. У меня рука не действует. Я — калека.

— Чтобы держать ведро или щетку, нужна только одна рука, и править лошадью можно одной рукой.

— Но я же сказала, что я калека! — выкрикнула Эвелина. Майра присела на ее кровать и отставила поднос с едой.

На глазах Эвелины заблестели слезы, которые она пыталась скрыть. Майра нежно взяла ее за руку.

— Эвелина… ты не должна прятать от меня свою руку.

— Она уродливая.

— Нет.

— Откуда тебе знать? Ты никогда не видела ее!

— Видела, — тихо призналась Майра. — Прошлой ночью.

Злость и ненависть засверкали в глазах Эвелины.

— Ты дрянь, — прошептала она.

— Я кое-что скажу тебе, Эвелина. — Майра смело встретила обвиняющий взгляд. — Ты помнишь, я сказала, что делаю это ради Брендана?

Эвелина молчала.

— Я солгала. — Майра поднялась. — Я делаю это ради тебя.

Сказав это, она направилась к выходу.

— Майра? — остановил ее дрожащий голос.

Она обернулась. Эвелина смотрела в сторону, прикусив губу.

— У тебя не найдется чего-нибудь старенького для меня? — Затем она посмотрела на нее и слабо улыбнулась.

— Думаю, что смогу кое-что подыскать, — кивнула Майра и улыбнулась, стукнув хлыстом по ладони. — Сейчас посмотрим, что тебе подойдет.

Глава 12

Утренняя ярко-розовая заря предвещала перемену погоды. И к тому времени, когда Брендан побрился, оделся и торопливо позавтракал, уже повалил густой снег.

Натянув до самых бровей треуголку, он вышел на заснеженное крыльцо, дожидаясь Эфраима, и посмотрел на темное окно Майры. Она не появилась за завтраком и не вышла проводить его, и Брендан ощутил какую-то странную пустоту в душе. Вчера ночью она наверняка была не только изумлена его торопливым бегством из ее комнаты, но и рассержена. Черт возьми, неужели она не понимает, что делает с ним? Она свела его с ума, и он готов был поддаться сладостному искушению ее восхитительного тела. Но разве мог он остаться у нее и заняться с ней любовью прямо в доме ее отца?

Крупные снежные хлопья опускались на лицо и таяли. Он отвел взгляд от ее окна. Может, это совсем неплохо, что он уедет на несколько дней. Даже лучше, если он сохранит некоторую дистанцию.

— Уже готов, мой мальчик? — зарокотал Эфраим, выходя из конюшни и ведя за собой упирающегося Эль-Ната, которому, похоже, совсем не хотелось тащить большие красные сани.

Брендан снова метнул взгляд на темное окошко, с некоторой опаской покосился на свирепого жеребца и неохотно забрался в сани рядом со старым мастером.

— Я готов, как и положено.

— Ну, тогда в путь. — Эфраим достал из кармана часы и с ухмылкой заметил:

— Уже половина седьмого, и на верфи наверняка много любопытных. Нам не следует задерживаться, верно? — Он дернул за поводья. — Пошла, старая кляча!

Сани весело заскрипели по свежему снегу. Клубы пара поднимались от ноздрей коня, снежинки застревали в его черной гриве, а красные и белые ленточки упряжи развевались на ветру. Брендан почувствовал трепет. Вот и настал этот день! Там, у причала, его ждет «Пустельга».

На пристани уже собралась огромная толпа. При появлении саней раздались приветственные крики. Группа девушек с покрасневшими от холода носами громко запела «Да здравствует свободная Америка», раздался стук барабанов, где-то совсем рядом выстрелила пушка, и тут Брендан увидел свою шхуну.

Толпа громко ревела, играла музыка, но Брендан больше ничего не слышал и не видел.

Она стояла недалеко от причала, гордо покачиваясь на волнах, словно ей не терпелось поскорее оторваться от берега. Течение было сильным, и нос шхуны высоко поднимался, а яркие флажки развевались на ее высокой мачте. На палубе толпились матросы и офицеры из новой команды. Кто-то, похоже, заметил Брендана, потому что неожиданно вокруг началось движение — все готовились к встрече капитана.