Анна Грейси - Идеальный поцелуй

– Если верить моему дедушке, она многие сотни лет присматривает за людьми этой долины. Ее появление предвещает счастливые времена для всех, кто живет здесь. – Он фыркнул. – Дурацкие предрассудки.

Доминик был с ним абсолютно согласен. Грейсток, сотни лет присматривающая за этой долиной? Чепуха!

– Таскеры не принимают благотворительности, – упрямо сказал Джейк Таскер.

Доминик кивнул:

– Хорошо, поскольку я ее никому и не предлагаю. Имя Таскеров упоминалось в записях агента. Что-то подозрительное, но он никак не мог вспомнить, что именно.

– У тебя были разногласия с мистером Идсом, насколько я понимаю?

– Да, – спокойно ответил Таскер. Он все так же спокойно смотрел на Доминика.

– Я собираюсь проверить все записи по поместью.

– И правильно поступите. – Казалось, эта новость совершенно его не взволновала, и Доминик решил довериться своим инстинктам.

– Ты умеешь читать и писать? – Да.

– Хорошо, тогда составь список того, что следует сделать, чтобы привести поместье в нормальное состояние.

Таскер посмотрел на него, прищурившись:

– Вы нанимаете меня?

– Да, я предлагаю тебе месяц испытательного срока в должности, которую занимал Идс. Мой человек приедет из Лондона довольно скоро, и я, разумеется, буду прислушиваться к его советам, а тем временем ты можешь посмотреть, что тут можно сделать.

Глаза Таскера округлились.

– Вы назначаете меня ответственным? Вы же знаете, что Идс говорил про меня. – Он покачал головой. – Не верится.

– Я держу свое слово, – холодно заметил Доминик. – Я привык сам делать выводы. Ты здесь, Идса нет, все это говорит в твою пользу. Так как, договорились? – Он протянул руку, и, подумав мгновение, Таскер пожал ее.

Доминику вдруг почему-то стало радостно, хотя он и не мог понять почему. Какая разница, работает на него Таскер или нет? Доминик ведь только приводил поместье в порядок, чтобы потом продать его по частям. И все же ему было почему-то приятно. Так он обычно чувствовал себя в начале очередного предприятия.

Таскер замешкался, как будто хотел что-то сказать.

– Что еще?

– У вас скорее всего не будет времени, но если вы когда-нибудь будете проезжать мимо нашего дома…

Доминик напрягся. Неужели инстинкт подвел его на этот раз?

– Мама очень хотела бы повидать сына мисс Бет. Доминик вскинул голову.

– Что? – Так звали его мать.

Таскер спокойно воспринял его удивление.

– Мама была горничной вашей матери. Она очень любила мисс Бет. Очень тосковала, когда мисс Бет уехала. Она была бы вне себя от счастья, если бы ей выпала возможность вас увидеть.

– Я не уверен…

– Мама сейчас почти не выходит. Она калека. Доминик кивнул.

– Посмотрю, будет ли у меня время, – сказал он, не имея ни малейшего желания что-либо делать. Его мать никогда не говорила ни о ком, живущем в Вульфстоне. Ни единого слова. Только: «Ты поймешь, если когда-нибудь попадешь туда».

Этим все было сказано. Он не собирался тратить время на то, чтобы удовлетворить любопытство какой-то старухи.

Глава 8

Тот победит, кто верит в свои силы.

– Как себя чувствует ваш отец, мисс Петтифер? – обратился Доминик к Мелли, когда та вышла из комнаты своего отца.

Девушка вздрогнула и посмотрела на него так, будто собиралась расплакаться.

– О-он отдыхает, – проговорила она с запинкой.

– Хорошо, тогда у нас с вами есть немного времени поболтать.

Мелли испугалась.

– Я собиралась выпить чашку чаю.

– Это не займет много времени, а я бы предпочел поговорить без свидетелей, – сказал он, ловко подхватил ее под руку и провел по коридору в небольшую гостиную. Он сорвал покрывала с кресла и предложил ей присесть. Мелли примостилась на краешке кресла, в любой момент готовая сорваться с места.

Доминик улыбнулся, чтобы успокоить ее. Она же ухватилась за подлокотники побелевшими от напряжения пальцами.

– Я разговаривал с вашей компаньонкой. Мелли побледнела еще больше.

– П-правда? – Ее голос сорвался.

– Она сказала, что вы любите жеребят. Мисс Петтифер разинула рот.

– Нет, я боюсь лошадей. Пожалуйста, не говорите, что я должна научиться ез…

– Нет. Возможно, я неправильно ее понял – наверное, она хотела сказать, что вы любите юные создания. – Она непонимающе посмотрела на него, и ему пришлось пояснить: – Малышей. Она сказала, что вы любите малышей.

– А, вот вы о чем… то есть я хочу сказать, я люблю малышей. Очень. – Внезапно она подалась вперед. – А что, вы передумали насчет…

– Нет! – поспешно сказал Доминик.

– А! – Она отпрянула.

Повисла небольшая пауза. Доминику хотелось выяснить, о чем она думает. Проблема была в том, что она его до ужаса боялась. И если он сделает ошибку, то может непоправимо все испортить.

– Мне кажется, вы были очень молоды, когда наши отцы подписали это соглашение.

Мелли кивнула:

– Мне было всего девять лет.

– И вы все это время знали о нем?

– О нет, я узнала совсем недавно.

– И вам оно не нравится?

Мелли покраснела и опустила взгляд. Наконец она взглянула на него, в ее глазах светилось отчаяние.

– Думаю, большинство девушек предпочли бы сами выбрать себе мужа, – прошептала она.

– Значит, вы не хотите выходить за меня замуж? Девушка была в ужасе, и на мгновение Доминику даже показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Он нахмурился. У него не получилось задать этот вопрос так непринужденно, как он намеревался.

– Вы можете быть со мной совершенно откровенны. Я не обижусь.

Мелли открыла рот, закрыла его, с тоской взглянула на дверь, посмотрела на Доминика взглядом загнанной жертвы, затем вытащила носовой платок и стала завязывать на нем узлы. Он ждал, пока она закончит этот странный ритуал, но тишина затягивалась.

– Ну?

Она подпрыгнула, как будто он накинулся на нее из-за дивана.

– А Грейс… Грейсток вам сказала?

– Что?

– Что, что, что…

Он пожалел ее и сказал с интонацией, которую приберегал для нервных лошадей:

– Грейсток не сказала мне ничего за исключением того, что вы любите детей и что я должен поговорить с вами об этом.

Она покачала головой. Легче ему от этого не стало. Терпению Доминика пришел конец.

– Мисс Петтифер, вы сказали своему отцу, что не хотите выходить за меня замуж?

Ее лицо дернулось, и он приготовился стать свидетелем извержения фонтана слез.

– Конечно, я ему сказала, но он непреклонен в своем решении. Видите ли, мы очень бедны. А теперь он так болен и думает, что устроил мое будущее… – Мелли была на грани истерики.

Доминик встал. Его-то угрызения совести не мучили. Ключом ко всему был именно сэр Джон. Если удастся убедить старика, что свадьба с Домиником сделает его дочь несчастной…