Кайла Грей - Обжигающий поцелуй

— Ты со своей горничной скоро уедешь, — заявил капитан и уселся за стол.

— Ты отвезешь нас? — спросила Мэдлин.

— Нет. — Ангел покачал головой и, взяв из ящика бумагу и перо, стал что-то писать. И он не обращал на нее ни малейшего внимания — словно ее и не было с ним рядом.

Мэдлин судорожно сглотнула и прикусила губы, с трудом удерживаясь от слез. Ей так хотелось поговорить с капитаном… И очень хотелось сказать ему, что она вовсе не считает его пиратом и негодяем, — напротив, восхищается им. Или может быть, она хотела сказать ему что-то другое?..

— Ангел, я надеялась, что смогу поговорить с тобой до того, как мы поднимемся на палубу.

— О чем, Мэдлин?

«Значит, он уже не называет меня «Линни»?» — подумала она со вздохом. Усевшись в кресло, она тихо сказала:

— Что ж, если ты занят, я могу подождать.

Снова вздохнув, Мэдлин стала смотреть в иллюминатор. Она пыталась не думать о сидевшем рядом мужчине, однако у нее ничего не получалось — сейчас она могла думать только о нем.

Закончив писать, Кейн долго смотрел на лист бумаги, лежавший перед ним на столе. «Почему же мне так тяжело отпускать ее?» — спрашивал он себя. Почему? Он не собирался заводить любовницу и уж совершенно точно — жениться. Мэдлин же выполнила свое предназначение, и теперь следовало вернуть ее жениху.

Человеку, которого он ненавидел.

Да, ненавидел и отомстил мерзавцу, не так ли? И теперь он должен быть вполне удовлетворен мыслью о том, как Хью будет унижен в свою первую брачную ночь. И этот удар нанесет ему Мэдлин.

Его, Кейна, Мэдлин.

Нет, не его, а Хью.

И вообще, не следует больше о ней думать. Не следует даже вспоминать о ней. Да, он непременно о ней сбудет. Проведет несколько ночей в объятиях другой женщины — и обязательно забудет.

А теперь ему пора идти. Надо побыстрее избавиться от Мэдлин и ее горничной. И наплевать, что еще не совсем стемнело. Если он не избавится от нее сейчас… ему, возможно, не хватить сил отпустить ее.

— Пора, — сказал Кейн, вставая из-за стола. — Ты, кажется, хотела что-то сказать?

Мэдлин нерешительно приблизилась к нему и остановилась на расстоянии вытянутой руки. Было очевидно, что она очень волновалась, — но Кейн ужасно нервничал. Он чувствовал: если она сейчас скажет, что не хочет ехать к Хью, если хоть как-то намекнет на это, то у него не хватит духу отпустить ее.

Но он не мог так рисковать, поэтому с усмешкой заявил:

— Тебе не нужно благодарить меня, дорогая.

Она уставилась на него в изумлении.

— Благодарить?.. За что?

— За уроки, милая. Ты была хорошей ученицей, и я лишь сожалею о том, что Хью будет пожинать плоды моего обучения.

Ее глаза вспыхнули гневом, и Кейн вздохнул с облегчением. Мэдлин же, скрестив на груди руки, проговорила:

— Но ведь ты не именно этого хотел, разве нет? Ты хотел таким образом отомстить Хью, не так ли?

— Совершенно верно.

— Тогда почему же ты говоришь, что сожалеешь? Ведь ты должен был знать, что весь этот опыт пойдет на пользу моему будущему мужу, — сказала Мэдлин, сделав ударение на последнем слове.

Она хотела уязвить его, и у нее это прекрасно получилось. Судорожно сглотнув, Кейн пробормотал:

— Но все же Хью не очень обрадуется, верно? Ты больше не невинная девушка.

— Напрасно вы злорадствуете, капитан. — Мэдлин пристально посмотрела ему в глаза. — Вы совершенно не знаете моего жениха — что бы там ни произошло между вами много лет назад. Хью очень хороший человек, добрый, нежный… Он любит меня больше жизни, поэтому простит. И он по-прежнему будет любить меня. А время, которое я провела на вашем судне, останется в моей памяти как ночной кошмар. Впрочем, я уверена, что этот кошмар скоро забудется.

Почувствовав, что на глаза ее навернулись слезы, Мэдлин поспешно отвернулась — только бы он не увидел ее слез, только бы не узнал, какую боль причинили ей его ужасные слова.

— Что ж, очень хорошо, — кивнул Кейн. Выходит, эта женщина так же лжива, как и мерзавец Хью? В таком случае они прекрасная пара. Но как же те нежные слова, которые она ему шептала? Ведь он, Кейн, ей верил, а она… Хотя какая ему разница? Он ведь тоже играл с ней. Он просто хотел отомстить Хью Дэвису, не более того. Заставив себя насмешливо улыбнуться, Кейн продолжал: — Ты замечательно сыграла свою роль, милая Мэдлин. Ведь я верил каждому твоему вздоху, каждому стону… Оказывается, ты обманывала меня. Похоже, вы с Хью отлично подходите друг другу. Что ж, идем, — добавил он, указывая на дверь.

С вызовом вскинув подбородок, Мэдлин уже хотела пройти мимо Кейна, но он, поймав ее за руку, с язвительной усмешкой сказал:

— И еще одно, дорогая. Будь осторожна и не выкрикни мое имя, когда будешь спать с ним. Не забудешь?

Кейн ожидал пощечины — и она тотчас же последовала, причем он с радостью принял удар ее ладони. Очень даже хорошо, что последнее прикосновение Мэдлин окапалось именно болью. Уж лучше пощечина, чем мучительное желание, постоянно терзавшее его, когда она находилась с ним рядом.

— Один поцелуй моего Хью — и я забуду о тебе навсегда, — выпалила Мэдлин.

В следующее мгновение Кейн привлек ее к себе и впился в губы поцелуем, наполненным страстью, злобой и отчаянием. Мэдлин пыталась вырваться, но он крепко удерживал ее и в конце концов она сдалась.

Прошло еще несколько секунд, и Мэдлин, забыв обо псом на свете, обвила руками шею Кейна и попыталась прижаться к нему всем телом. Но в этот момент раздался настойчивый стук в дверь и чары развеялись — Мэдлин отпрянула от капитана и густо покраснела.

— Черт возьми, в чем дело?! — взревел Кейн.

— Мы готовы, сэр! — раздался из коридора голос Эллиота.

Мэдлин рывком распахнула дверь и выбежала из каюты, чуть не сбив с ног ошеломленного матроса.

Тяжело дыша и спотыкаясь, Мэдлин поднималась по лестнице и тихонько всхлипывала, изо всех сил стараясь не разрыдаться. Поднявшись на палубу, она сделала глубокий вдох и, немного успокоившись, прошептала:

— Какая же я дурочка…

Да, она действительно оказалась ужасно глупой и наивной. Капитан Ангел без труда обманул ее, и ему даже не пришлось силой укладывать ее в постель, чтобы осуществить свой замысел. Он решил лишить ее девственности, чтобы отомстить своему врагу, и она охотно выполнила его желание.

А мстил он из-за любви к другой женщине — она, Мэдлин, совершенно ему не нужна. Теперь уже не нужна… И он, конечно же, забудет о ней, как только они с Оливией сойдут на берег. А вот она…

Она никогда не сможет забыть проведенные с ним часы. Никогда не сможет забыть те чудесные ощущения, которые она испытала с ним.