Дженна Питерсен - Уроки куртизанки

– Скажи правду! – потребовал он, раздвигая большим пальцем складочки ее плоти. – Доверься мне.

Виктория замерла, но удовольствие было тут ни при чем. Ее глаза распахнулись, и она пронзила его злым, диким взглядом, уперлась руками ему в грудь и оттолкнула, отпрянула сама, едва не упала на пол кареты и с трудом добралась до противоположного угла.

– Довериться тебе? – прошипела она, лихорадочно оправляя измятое, перекрученное платье. – Как я могу довериться тебе? Мы знаем друг друга не лучше, чем в первую брачную ночь!

Он хрипло рассмеялся, наблюдая, как она пытается застегнуть платье на спине.

– Нет, Виктория, ты знаешь меня гораздо лучше. А я знаю тебя. Вкус твоего тела до сих пор жжет мне губы, я чувствую, как ты ногтями царапаешь мне спину….

Ему показалось, что она на мгновение зажмурилась, но потом снова посмотрела на него.

– Затащи в постель любую уличную девку – и будешь знать то же самое о ней. Но узнаешь ли ты ее саму? Станешь ли ей доверять?

Жесткий, резкий тон заставил его вздрогнуть. Он смотрел, как она тщетно пытается привести себя в порядок. Такая красивая… Темные волосы слегка растрепаны и спадают на лицо, гладкая кожа нежна, так и хочется коснуться ее. Он страстно желал потерять голову, покрыть ее тело ласками, слиться с ней. Доказать в очередной раз, что она принадлежит ему.

Но это не все. Он хотел еще кое-чего, и сила этого желания удивляла его самого. Он хотел ее доверия.

Он чувствовал себя круглым дураком, желая искренности от женщины, которую намеревался всеми правдами и неправдами выдворить из города как можно скорее. Но он желал. Он хотел, чтобы Виктория почувствовала к нему больше чем просто похоть. Доверие. Чтобы она открылась ему, рассказала, отчего в ее взгляде мелькает страх, что заставляет ее рисковать собственной жизнью.

Он хотел… как-то ее защитить.

Он досадливо качнул головой. На этот раз его раздражение было направлено на самого себя. Глупое, безрассудное желание. Он не должен его испытывать. Доверие никому не нужно. И меньше всего ему нужно доверие Виктории, которая плоть от плоти самого большого обманщика во всей империи. И она доказала, что она такая же лгунья, как и ее отец. Но какой выбор у него есть?

Джастин пожал плечами:

– Так что ты хочешь услышать?

Она удивленно наклонила голову:

– Что?

– Ты сказала, что не можешь быть откровенной со мной, потому что не знаешь меня. Задай тему, и я удовлетворю твое любопытство.

Она прекратила возиться с платьем и воззрилась на него. Ее зеленые глаза потемнели и отразили такие сильные чувства, что Джастину захотелось взять свое предложение обратно. Он рискует. Что, если она копнет слишком глубоко?

– Что угодно, Джастин, – прошептала она, в конце концов. – Расскажи мне что-нибудь.

– Повернись, – мягко сказал он.

Она бросила на него удивленный взгляд.

– Я помогу тебе застегнуться, – пояснил он.

Она медленно повернулась к нему спиной. Просьба Джастина имела более глубокий подтекст. Он не хотел говорить, глядя ей в глаза.

Джастин приблизился к ней и принялся застегивать пуговички на платье с тем же проворством, с каким расстегнул их. Жаль, очень жаль прятать такую кожу под слоем атласной ткани… Он подавил желание покрыть поцелуями каждый ее дюйм и продолжил свое дело.

– У меня дом в Мейфэре, – заговорил он низким голосом. – Дважды в неделю я хожу в клуб, фехтую, это мое любимое развлечение. По средам мы с братом и Шоу играем в карты. – Он застегнул последнюю пуговицу на смятом платье и не удержался – погладил шею Виктории, прежде чем отстраниться. – Еще мне нравится верховая езда, – продолжил он. – Моего любимого жеребца зовут Огонек. А мой любимый цвет, – он улыбнулся, – зеленый. По крайней мере, с тех пор, как мы поженились.

Она повернулась к нему лицом и покраснела, но, кажется, не от удовольствия.

– И это все? – спросила Виктория.

Он покачан головой.

– Конечно, нет, но, я думаю, для начала хватит. А теперь я жду обещанной награды. Рассказывай, что происходит.

Она рассмеялась. Звук этот резанул его слух.

– Ты и правда думаешь, что я открою тебе самые сокровенные тайны в обмен на эти пустые, ничего не значащие факты?

Он нахмурился. Пустые? Ничего не значащие? Это его жизнь! А она вытерла об нее ноги. Он рассказал ей о том, что ему нравится больше всего. Или хотя бы нравилось до ее появления. А теперь, под пристальным взглядом Виктории, Джастин ощутил едва ли не стыд за праздность, которая заполняла его дни и ночи.

– Я не верю тебе, Джастин, – прошептала она печально. – И не поверю никогда. И я не позволю тебе хитростью или обманом выведать у меня то, что совершенно тебя не касается.

Джастин сжал кулаки. А он-то думал, что стоит немного помурлыкать с ней – и она сдастся. Но он понемногу начинал понимать, что капитуляция действие, ей незнакомое. По крайней мере, за пределами постели.

Какая-то часть его испытывала к ней глубокое уважение из-за этого. Большинство людей его круга с легкостью могли поступиться понятием «чести», если на них хорошенько надавить.

Он вздохнул:

– Виктория, я понимаю, почему ты так настороженно относишься ко мне. И возможно… – он помедлил, – возможно, я этого заслуживаю.

Выражение гнева на ее лице сменилось искренним изумлением.

– Но, – поспешил продолжить он, – теперь я не прошу тебя открыть мне правду. Я предупреждаю тебя, что все равно узнаю ее.

Она отпрянула, и снова на ее лицо вернулась маска гнева.

– Я много раз говорила тебе, что ты не имеешь на это права, – сказала она.

Ее голос и взгляд демонстрировали усталость.

Он сдвинул брови и досчитал в уме до десяти.

– Нравится тебе это или нет, но ты прекрасно знаешь, что у меня есть много способов заставить тебя сделать то, чего я хочу. Я могу разоблачить тебя…

Она было открыла рот, чтобы напомнить ему о его собственном шатком положении, но он не позволил ей перебить его.

– Да, я понимаю, что и сам пострадаю, но это все равно разрушит все твои планы. – Это заявление отрезвило ее, и он продолжил натиск. – Я могу подать на тебя в суд. Черт, да я могу отволочь тебя обратно в деревню и запереть в комнате, пока не остынет весь твой пыл!

С каждой угрозой глаза Виктории распахивались все шире и шире.

– И ты еще требуешь от меня доверия?

Джастин покачал головой:

– Я не хотел бы делать ничего такого. Возможно, я не способен дать тебе то, чего ты хочешь в обмен на доверие. И мне правда очень жаль. – Он и сам удивился, но эти слова прозвучали искренне. – Как бы там ни было, и дальше отказывать мне – не выход для тебя. Ты и твоя подруга расскажете мне о ваших истинных целях или я применю силу. Так что, пожалуйста, говори.