Элизабет Стюарт - В объятиях врага

Энн попыталась воспротивиться этому грубому натиску, столь непохожему на нежность, соединявшую их прошлой ночью, но очень скоро у нее пропала охота отталкивать Фрэнсиса. Ее губы сами собой, помимо воли раскрылись навстречу его поцелую, язык робко ответил на его требовательный зов. Этот жаркий поцелуй пробудил в ней неудержимый трепет, затронул какую-то первобытную струну в ее душе, о существовании которой она до сих пор не подозревала. Позабыв о сопротивлении, Энн прижалась губами к его губам, прильнула к нему всем телом, опровергая своей молчаливой страстностью только что произнесенные слова.

Постепенно его медвежий захват смягчился, губы перестали терзать ее рот, поцелуй, начавшийся столь бурно, стал долгим и нежным. Наконец Фрэнсис оторвался от нее, и Энн вдруг почувствовала себя чуть ли не обездоленной, когда поцелуй прервался. Почти ничего не изменилось, но она яснее, чем когда-либо, поняла, что ее место – рядом с ним, в его объятиях. И именно этому было не суждено осуществиться! На нее обрушилась жестокая действительность, и она закрыла глаза, подавленная ощущением беспомощности.

– Что случилось, Энн? – спросил Фрэнсис с тревогой в голосе.

Он ласково обхватил ладонями ее лицо, заглянул в глаза. Энн сделала глубокий вдох и попыталась заговорить, хотя ей мешала судорога, перехватившая горло:

– Мой… мой отец никогда не допустит никаких отношений между нами, и ты не хуже меня знаешь это. Кроме того, мне недолго осталось здесь пробыть, поэтому нам лучше прекратить все это, пока не поздно.

– А ты сама хотела бы уехать?

Глаза Энн широко раскрылись, она посмотрела на него в растерянности.

– Ты же прекрасно знаешь, что нет!

Довольная улыбка расплылась по лицу Фрэнсиса. Он наклонился и наградил ее таким глубоким поцелуем, что она задохнулась.

– В таком случае тебе не о чем беспокоиться, милая, – сказал Фрэнсис, подняв голову. – Предоставь мне заняться Гленкенноном; я уже разработал план.

– Но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за меня!

– У меня начались неприятности с тех пор, как я появился на свет, – беспечно отмахнулся он. – Если не веришь мне, спроси у Дженет. Отец устраивал мне порку не реже чем раз в неделю, а уж твоего отца я и подавно не боюсь. Тут весь фокус в том, чтобы перехитрить старого лиса. Но не беспокойся, у меня в этом деле большой опыт.

Фрэнсис улыбнулся, плутовски подмигнул ей, и сердце Энн мгновенно растаяло.

– Верь мне, – добавил он шепотом и обнял ее.

Энн позабыла обо всем на свете. Ничего не осталось, кроме его крепких, надежных рук и губ, требующих от нее ответа. Но потом сквозь дымку страсти, окутавшую ее сознание, пробился смутный посторонний звук: кто-то нарочито громко прочищал горло. Звук повторился, а затем раздался насмешливый голос Дональда:

– Извините, сэр, но леди Дженет и Иэн Макдоннелл разыскивают вас обоих. Я им сказал, что видел, как вы направлялись к конюшне.

Энн спрятала пунцовое от смущения лицо на груди Фрэнсиса, а он поднял голову, не размыкая кольца обнимающих ее рук.

– Спасибо, Дональд, – невозмутимо произнес он. – Ступай, мы сейчас придем.

Когда Дональд вышел, Энн, сгорая от стыда, подняла взгляд на Фрэнсиса и, увидев, что он улыбается, опять залилась краской.

– Не надо стыдиться Дональда, милая, – сказал Фрэнсис и ласково погладил ее по волосам. – Он знает все мои секреты, и, поверь, такого верного наперсника могла бы пожелать себе любая дама. Было бы гораздо хуже, если бы нас здесь обнаружили моя сестра и твой дядя. Иэн запросто мог бы решить, что я играю твоими чувствами, и войти в роль разгневанного родственника. Я так и вижу, как он хватается за меч.

Энн сделала именно то, чего добивался Фрэнсис: она улыбнулась. Через несколько минут они с самым невинным видом вышли во двор и лицом к лицу столкнулись с конюхом, который вел в конюшню взмыленную лошадь. Фрэнсис остановился как вкопанный: вид загнанного коня сразу насторожил его. Что бы это могло значить? Никто из членов его клана не посмел бы так обращаться с лошадью, если только…

Он кинулся бегом через весь двор. Энн подхватила под руку смертельно побледневшую Дженет, и они обе бросились бежать за Фрэнсисом, молча вознося молитвы и совсем забыв, что дамам бегать не подобает.

Фрэнсис достиг ступеней крыльца в тот самый миг, когда измученный, забрызганный до самой макушки грязью гонец выскочил из дверей ему навстречу. Однако Маклин не успел задать ему ни одного вопроса: его опередила Дженет.

– Что-нибудь случилось с Джейми? – воскликнула она, глядя на посланца широко открытыми от страха глазами.

– Нет, о вашем муже нет никаких известий.

Дженет судорожно перевела дыхание. От слабости у нее подогнулись колени, и ей пришлось опереться на Энн.

– Слава богу, – прошептала она.

Энн обняла ее и ласково погладила по плечу.

– Говори толком, в чем дело? – нетерпеливо потребовал Фрэнсис. – Что тебя заставило так спешить?

– Это Чарльз Рэндалл, – ответил гонец сиплым от усталости голосом. – Он скачет сюда и коня своего не жалеет.

Фрэнсис нахмурился:

– С ним вооруженный отряд? Сколько клинков?

– Меньше двух десятков, сэр, но все вооружены до зубов.

Фрэнсис некоторое время молчал, сосредоточенно размышляя.

– Вряд ли он приехал искать драки: для этого у него слишком мало людей. Даже этот юный сорвиголова не рискнет атаковать Кеймри с такими силами. Не исключено, что это обманный маневр… – Он задумчиво потер подбородок и пристально взглянул на гонца. – Почему меня раньше не предупредили?

– Гленкеннон и его советники уехали в Эдинбург, но юный Чарльз неожиданно вернулся с границы. Думаю, он узнал об исчезновении сестры, только когда приехал домой. Он задержался лишь для того, чтобы перекусить и поменять лошадей, и тут же выехал со своим отрядом. Мы узнали о его намерениях по чистой случайности, сэр. Мне повезло, что я его опередил: у меня лошадь резвее, и ехал я без отдыха.

– Что ж, ты все сделал правильно, мой мальчик. Стало быть, юный щенок действует по собственному усмотрению, а Гленкеннон об этом ничего не знает. Отлично! Мы можем выиграть очко в этой игре. – Фрэнсис повернулся к Энн; холодная усмешка искривила его губы, но не затронула глаз. – Вам будет приятно встретиться с братом, сударыня?

Энн заметила нотку враждебности в его голосе, вновь напомнившую ей о разделявшей их пропасти. Неужели этот жестокий и опасный человек совсем недавно целовал ее с такой нежностью?

– Да, конечно, я буду рада, – не менее холодно ответила она и повыше подняла голову, чтобы скрыть свое смятение.

Фрэнсис повернулся к Дональду:

– Собери здесь два десятка людей. Пусть они будут вооружены, но так, чтобы это не бросалось в глаза: не надо никого тревожить. Соберитесь в зале, играйте в кости, но будьте наготове. Постараемся избежать стычки, если только Рэндалл не начнет первый. Мы с Иэном поднимемся наверх; если Чарльз захочет поговорить со мной – я к его услугам. Но, богом клянусь, никому не удастся застать нас врасплох!