Патриция Мэтьюз - Влюбленный игрок

Вдруг Морган повернулся и легко положил руку ей на плечи. В этот момент экипаж тряхнуло на дорожной выбоине, и он обнял ее крепче. Кэт непроизвольно повернулась к нему лицом и не успела еще ничего понять, как он ее поцеловал.

Кэт не пыталась сопротивляться. Этот поцелуй казался неизбежным завершением вечера. Она еще никогда не целовалась с мужчиной, и ощущение было более чем приятным. Дрожь с кончиков пальцев распространилась по всему телу, и где-то в глубине ее существа взметнулся вихрь чувств.

Девушка понимала, что юной леди не подобает так себя вести – позволять почти незнакомому мужчине целовать себя в темноте крытого экипажа. Но Кэт не была ханжой. Ей нравилось то, что с ней происходило, и она не собиралась притворяться рассерженной или отталкивать Моргана. Во всяком случае, пока. Интересно, что будет дальше? Кэт мысленно улыбнулась – она вовсе не претендовала на звание леди.

Все кончилось слишком быстро. Экипаж остановился. Эта остановка смутно отозвалась в хаосе мыслей Кэт, и Морган оторвался от ее губ.

– Приехали, Кэт, – прошептал он.

– А-а, – выдавила она и немного отодвинулась. Лицо ее пылало. Морган касался ее только одними губами, а у нее было такое смятенное состояние, как будто он обшарил руками все ее тело. Пока он выбирался из экипажа, Кэт поправила платье и прическу. Словно в тумане, она слышала, как Морган расплатился с извозчиком. Потом он вернулся и, нагнувшись, протянул руку.

– Пойдем, моя милая.

С его помощью Кэт вышла из экипажа и украдкой огляделась – не видел ли кто ее распутного поведения? Но улица была темна и пустынна, и Кэт знала, что на барже тоже никого нет: Мик ушел в ближайший трактир, а Тимми собирался ночевать у родственников (похоже, родственники у него были во всех прибрежных городках и деревушках вдоль Эри).

Когда Кэт это поняла, ее посетила смелая мысль. Девушка пыталась прогнать эту мысль, пока шла под руку с Морганом на баржу, но она не давала ей покоя. А почему бы нет? В конце концов, ей уже двадцать три года, она женщина взрослая и без комплексов. Ей безумно хотелось еще раз ощутить себя в теплых объятиях Моргана, и желание это почти не поддавалось контролю. Почему бы нет, в самом деле?

Подведя Кэт к двери ее каюты, Морган отступил на шаг и учтиво сказал:

– Большое спасибо за приятный вечер, Кэт. Спокойной ночи...

– Морган... – внезапно осмелев, она взяла его за руку, – давай пока не будем прощаться.

– Не понимаю... – Он уставился на нее, удивленно вскинув брови, потом заулыбался. – Желание леди – закон для джентльмена.

Она провела его в свою темную маленькую каюту. Через узкие оконца залетал легкий ветерок, но все равно было довольно тепло. Кровь кипела в жилах у Кэт, от этого жара ее бросило в пот. Она вспомнила фразу, вычитанную когда-то в дамском романе Годи: «Лошади покрываются испариной, мужчины потеют, а леди накаляются». В данный момент она больше чем просто «накалилась», значит, она точно не леди.

Кэт закрыла дверь на засов, а когда опять обернулась к Моргану, он схватил ее и крепко прижал к себе. Его поцелуй был как сладкий пожар. На этот раз руки Кейна легко трогали ее то здесь, то там, и Кэт тихо стонала, все крепче прижимаясь к нему.

Она чувствовала, как ей в живот упирается что-то твердое – то, о чем шепотом рассказывали ей некоторые знакомые женщины. К своему удивлению, она не испытала ни шока, ни отвращения. Слабея, она слышала, как в висках шумными волнами стучит кровь.

Он начал ее раздевать – сначала медленно и невероятно нежно, потом его руки стали нетерпеливо-настойчивыми.

Она тихо вздохнула и отступила назад.

– Дай я сама, Морган, а то ты что-нибудь порвешь, – сказала она с дрожащим смешком. – У меня не так много платьев.

Морган отошел на шаг. Раздевшись, Кэт услышала шуршащие звуки – он снимал с себя одежду. Ее удивляло собственное поведение. Подумать только: привела мужчину к себе в каюту и сама для него разделась – такое ей и во сне не снилось! Несмотря на свою девственность, она была не совсем невежественна. Люди канала откровенны на язык, и Кэт все-таки имела смутное представление о том, что происходит, когда мужчина и женщина занимаются любовью. Девушка дрожала все сильнее – и не только от страха, но и от предвкушения. На губах ее еще горел его поцелуй, а грудь и бедра хранили прикосновение его рук.

Она нащупала койку и легла, инстинктивно натянув на себя простыню. Интересно, как они поместятся на такой узкой койке? Правда, бывая на других баржах, Кэт видела койки ничуть не больше, и на них как-то спали двое – муж и жена.

Она услышала, как Морган подходит к ней. В темноте он наткнулся на край койки и тихо выругался.

– Надо зажечь свет. Здесь есть лампа или хотя бы свеча?

– Нет, Морган, пожалуйста, не надо, – прошептала она. – Пусть будет темно. Это... – она прочистила горло, – это у меня впервые, и я смущаюсь.

Морган провел рукой по всему ее телу.

– Ладно, но это нам точно не нужно. – С этими словами он сдернул с койки простыню и лег рядом с Кэт.

Оба лежали на боку, прижавшись друг к другу. Его руки нашли ее лицо, он привлек ее к себе и опять поцеловал, нежно поглаживая тело. Каждая ее клеточка словно ожила, и она почувствовала, что вибрирует в ответ на его ласки. Поцелуй не кончался, и она все крепче прижималась к Моргану. Его рука скользнула по ее животу и тронула Кэт в самом интимном месте. Ощутив это незнакомое прикосновение мужской руки, девушка невольно вскрикнула и отпрянула.

– Не бойся, Кэт, – прошептал он ей на ухо. – Я не сделаю тебе больно, обещаю. Я люблю тебя, ты это знаешь. Я не стал бы тебя обманывать только ради того, чтобы... – он ласково усмехнулся, – чтобы тобой воспользоваться.

Но Кэт лежала неподвижно, напрягшись всем телом. Морган опять нашел ее губы и принялся ласкать ее умелыми руками – спину, упругие груди, плоский живот.

Постепенно Кэт расслабилась и отдалась во власть тех пламенных ощущений, которые возбуждали в ней его ласки. Вскоре она уже горела в огне желания, чувствуя, что стоит на грани какого-то великого откровения, способного перевернуть всю ее жизнь. Морган нагнул голову и принялся нежно ласкать языком ее соски, то один, то другой по очереди.

Кэт громко стонала и, схватив его за затылок, крепче прижимала его губы к своей груди. Конечно, она всегда знала, что у нее чувствительные соски, но до этого момента не представляла, насколько они чувствительны. Казалось, прошла вечность – вечность, которая постепенно превращалась в сладостное мучение – потом рука его опять двинулась ниже и скользнула между ног. Он ласкал ее нежно, одними кончиками пальцев. Кэт дрожала в ответ на его прикосновения, но на этот раз не от страха. Ее ноги раздвинулись.