Сюзанна Кирсли - Забытая история любви

— Это хорошо. Ну вот, — сказал он собаке. — Как тебе? Не болит?

Ангус вытянул шею, чтобы лизнуть его в лицо. Грэм рассмеялся и потрепал его по ушам.

— Ну все, все. Пора нам убираться, леди нужно работать.

Я не хотела, чтобы они убирались. Я хотела, чтобы они остались. Хотела сказать, что пишу в основном вечерами, что днем я совершенно свободна, что могу заварить чай и мы поговорили бы… Но я не знала, как это сказать, чтобы он не посчитал меня навязчивой. К тому же у меня не было повода думать, что он согласится или что он находит меня хотя бы на одну десятую такой же привлекательной, каким находила его я.

Поэтому я просто отошла в сторону, когда он снова поблагодарил меня за помощь и поднял Ангуса. Я открыла им дверь, и тут он остановился. Посмотрев на меня, подумав секунду, он спросил:

— Вы уже видели Буллерс оф Бьюкен?

— Что?

Он повторил название, медленно произнося слоги.

— Буллерс оф Бьюкен — это морская пещера тут недалеко.

— Нет, я не была там.

— Я подумал, если вы не против погулять, я мог бы вас сводить туда завтра.

Не без удивления я ответила:

— Было бы чудесно.

В уме я обругала себя за то, что говорю такими вежливыми фразами, но он, похоже, ничего не заметил.

— Отлично. Часов в десять вас устроит? Вы сможете идти по скалам вдоль берега?

— Запросто, — заверила его я.

— Тогда до завтра.

Снова я была награждена ослепительной улыбкой, и, глядя на нее, я вдруг поняла, почему мне показалось, что я уже видела лицо Стюарта раньше. У братьев было мало общего, но определенное сходство в чертах улавливалось, хотя контур лица Грэма, как мне показалось, говорил о силе и уверенности в себе, которые на лице его более миловидного брата не нашли отражения.

На Стюарта было приятно смотреть, а Грэм был из тех мужчин, на которых я не могла не смотреть.

Может быть, из-за этого, после того как он ушел, я прямиком направилась к своей рабочей папке и в разделе с названием «Персонажи» три страницы подробно и обстоятельно описывала мужчину с глазами цвета зимнего моря.

Пока что я не представляла себе, как смогу его использовать, но у меня появилось подозрение, что сегодня вечером, когда я начну писать, он где-нибудь да объявится, войдет в мое повествование уверенной походкой вразвалочку, говорящей о том, что он имеет право быть там.

Когда пришло время ужинать и я собралась идти на кухню, в мою дверь постучали.

Я и не думала, что это может быть Грэм, но на моем лице, видимо, все же отразилось разочарование, когда я увидела доктора Уэйра, потому что он с извиняющимся видом произнес:

— Надеюсь, я не оторвал вас от работы?

Взяв себя в руки, я ответила:

— Что вы, конечно, нет. Пожалуйста, проходите.

— Я на минутку. — Он вытер ноги и вошел. — Обещал Элси, что вернусь засветло. Я нашел те планы, о которых рассказывал. План Слэйнса, каким он был изначально, до переделки викторианских времен. И я нашел несколько старых фотографий, которые, по-моему, могут вам пригодиться. Куда я их засунул? Ага!

Запустив руку за пазуху, он извлек из внутреннего кармана конверт. Планы были свернуты в трубочку и упакованы в картонный тубус, который он в свою очередь, чтобы не намочить, положил в прозрачный пластиковый пакет. «Весьма предусмотрительно», — подумала я, видя, что сильный ветер с моря забрызгал водой его очки.

Он снял их и начал протирать, пока я раскладывала планы и фотографии на столе.

— Скотча у меня нет, — сказала я, — но я могу угостить вас чаем или кофе.

— Не нужно, моя дорогая, со мной все в порядке. — Он с интересом и явным одобрением окинул взглядом комнату.

— Джимми здесь славно все устроил.

— Да, он очень милый человек.

— Все Киты такие, — сказал он. — Даже Стюарт, несмотря на все его недостатки. Вижу, он довез вас в целости и сохранности.

— Да.

— Стюарт — парень хороший, но… — Доктор на миг замолчал, как будто подбирая слова. — Во многом он все еще парень. — Что, по моему разумению, было чем-то вроде отцовского предупреждения.

Я улыбнулась, давая понять, что в этом нет необходимости.

— Да, я заметила, — сказала я, а потом как бы между прочим спросила: — А второй брат? Тот, который преподает?

— Грэм? О, Грэм — птица совсем другого полета. Он не похож на Стюарта. Совсем не похож. — Доктор задумчиво сдвинул брови. — Пожалуй, вам следовало бы с ним поговорить. У него замечательная память, и он может помочь вам. К тому же, — добавил он, — юный Грэм сам отчасти якобит. Он знает, наверное, все, что связано с 1708 годом. Сейчас он живет в Абердине, но приезжает почти каждую неделю. Его иногда можно встретить на берегу. Он гуляет там с собакой. У него небольшой спаниель. — Тут он постучал пальцем по своим часам. — Мне пора. Фотографии пусть у вас остаются, пока они вам нужны. Планы тоже. Надеюсь, они вам пригодятся.

Я не сомневалась, что пригодятся, и сказала об этом.

Когда он ушел, я напомнила себе, что эти планы превратили мою утреннюю работу в напрасную трату времени. Подойдя к столу, я отодвинула в сторону самодельный план, чтобы освободить место для настоящего.

Сверток плавно выскользнул из тубуса, и я развернула его на столе, прижав непослушные края линейкой и длинной стороной моей папки. Передо мной лежал масштабный план замка Слэйнс в его первоначальном виде с аккуратными надписями.

Изучив его, я нахмурилась, недоверчиво потянулась за планом, нарисованным мною этим утром, и положила его рядом для сравнения.

«Это просто не может быть», — подумала я, и тем не менее это произошло.

Они совпадали. Полностью.

Не просто напоминали друг друга. Они были идентичны. Кухня, гостиная, комната Софии, маленькая угловая комнатка для шитья — все они были в тех местах, где расположила их я на страницах своей рукописи, где я представляла их в уме.

Но как такое могло произойти? Как человек может столь точно изобразить то, чего никогда не видел?

Где-то в глубинах подсознания я снова ощутила волнение, и женский голос у меня в голове произнес: «Ты же видишь, что мое сердце отдано этому месту навсегда…»

Только на этот раз то был голос не Софии.

Я услышала собственный голос.

— Да уж, довольно необычно, — успокаивающим тоном произнесла по телефону Джейн.

Я ответила ей:

— Необычно — не то слово. Это в голове не укладывается.

— Кэрри, дорогая, у тебя фотографическая память. Ты можешь дословно пересказать наши разговоры трехлетней давности. Говорю же тебе, ты просто где-то уже видела план замка, вот и все. Ты просто забыла.

— Если у меня такая замечательная память, как я могла забыть?