Сара Уэстли - Поединок с тенью

Зато ночью она отбрасывала все тревоги. Рвение Роберта не уменьшалось. А ее собственная отзывчивость изумляла ее самое. Она смотрела на завешенную пологом кровать как на приют радости и надежды. И все чаще они засыпали в объятиях друг друга.

Прошло еще две недели. Супруги стояли посреди кишащего слугами двора, готовясь сесть на лошадей и, взяв с собой гончих псов и соколов, отправиться на охоту. И тут со стороны ворот раздался звук рожка, возвещающий о прибытии гонца. На его флажке красовался герб Сен-Обэнов. Гонец спешился со своей покрытой пеной лошади и, вытащив мешок с почтой, преклонил одно колено на покрытом жидкой грязью дворе.

– Ступай в зал, там тебя угостят – кружкой эля, – сказал Роберт, взяв у гонца мешок и отпуская его. – А ты проследи, чтобы лошадь покормили и дали напиться, – напомнил он Бернарду.

И, только отдав эти распоряжения, он открыл мешок, вынул пергамент и сломал печать. Лошади в нетерпении били копытами, свиньи хрюкали, цыплята пищали. Роберт читал, и беззаботное выражение постепенно покидало его лицо. Лоб прорезала глубокая морщина, брови сдвинулись.

– Это от моей сестры, – наконец сказал он. – Конечно, письмо написал ее секретарь, ведь она не видит. Здесь стоит лишь ее подпись. Она выучилась грамоте до того, как с ней случилось несчастье, и может начертать свое имя, если ее руку поставить на нужное место.

Дженевра, уже догадавшаяся, что письмо не из приятных, все же спросила:

– Дурные новости?

Роберт скомкал пергамент в руке.

– Ничего хорошего. Матушка заболела и просит меня приехать. Я отправляюсь в путь немедля.

– Разумеется, – сказала Дженевра. – А я поеду с вами?

– Нет, жена. Я буду гнать без передышки. В следующий раз мы поедем вместе. Я хочу, чтобы путешествие в Тиркалл вам понравилось.

Он повернулся к своим воинам, чтобы отдать распоряжения, быстрые и резкие, как полет стрелы. Подготовить эскорт и провизию. Оседлать самых быстрых коней. Никаких вьючных лошадей. Все вещи положить в седельные сумки.

Затем он пошел по ступенькам вверх, в зал, а Дженевра вприпрыжку устремилась за ним. Там Роберт нашел измученного гонца.

– Леди Алида сообщает мне, что матушка заболела, хотя и не пишет об этом подробно. Тебе приказали скакать во весь опор?

Человек поднялся со скамейки, на которой сидел, и упал на колени, устремив глаза на башмаки хозяина.

– Главный оруженосец приказал мне поторопиться, вот и все. Я простой лучник, милорд, и, что делается у господ, не знаю. Сам я давно не видел леди Сен-Обэн.

– Но разве не было слухов о ее внезапной болезни? Челядь обычно хорошо осведомлена о таких вещах.

– Ничего подобного я не слышал, милорд.

– Сэр Дрого бывает в Тиркалле?

– Да, милорд, иногда бывает. Поговаривают, что ваш брат, приезжая в замок, занимает ваше место за высоким столом.

Роберт хмыкнул. Значит, Дрого пытается угнездиться в родовом поместье, благо собственное его имение всего в трех лигах.

– Ладно. Передохни денек, а завтра отправишься без спеха.

Когда лучник поднял свое исхлестанное непогодой лицо, в глазах его было написано облегчение. Не в обычае рыцаря Сен-Обэна пороть гонца за дурные вести!

– Как прикажете, милорд.

Роберт поднялся по ступенькам в свою комнату в сопровождении Алана и парня по имени Робин. Дженевра медленно пошла вслед за ними в гардеробную. Там она выяснила, что Роберт переоделся в одежду для верховой езды, в том числе и в подбитый ватой камзол. Значит, решил обойтись без кольчуги.

– Латы будут мешать мне. Охраны у меня предостаточно, миледи, так что не беспокойтесь о моей безопасности. Трудно сказать, когда я вернусь. Это будет зависеть от состояния здоровья моей матери. – Он снова нахмурился. – Странно, что слухи о болезни матери не распространились среди челяди и воинов, – словно бы мимоходом обронил он. – Как бы то ни было, эту тайну можно разгадать только на месте.

– Ну конечно, милорд. А сколько времени займет путешествие?

– Я поскачу не на Принце, ибо мне придется часто менять лошадей. Может, поездка займет дней десять. Гонец за столько же дней проделал весь этот путь, он скакал около семнадцати лиг в день. Алида призывает меня по просьбе матери… – Он слегка нахмурился. – Странно, что матушка не написала сама. Неужели она так больна? Впрочем, может быть, она не желала тревожить меня.

Алида считает, ее очень обрадовало бы мое присутствие.

– Тогда вы, конечно же, должны поехать туда. – Дженевра поколебалась. – Вполне возможно, что вас не будет месяца два. – Она попыталась скрыть свой испуг под маской практичности. – С помощью своих верных слуг я докажу вам, милорд, что смогу управлять этим замком и даже постоять за него в случае необходимости.

Положив руку на ее изящную спину, Сен-Обэн торопливо увлек ее в их комнату и опустил за собой кожаную портьеру. И, словно не в силах совладать с собой, взял ее руки в свои.

– Я не хочу уезжать, жена, тем более что вы еще не понесли. Но я должен.

– Но возможно, я уже зачала, Роберт. Я узнаю об этом до вашего возвращения.

Он вознаградил ее оптимизм кривой улыбкой.

– Бога молю, чтобы это было так. Что же касается остального, то я не сомневаюсь в ваших способностях управлять этим поместьем даже без помощи слуг, которые, безусловно, уже доказали свою порядочность и толковость. На этот счет я нисколько не опасаюсь.

Он поднял обе ее руки и поцеловал их в костяшки пальцев – поочередно.

– Жена, я назначаю Алана начальником над моими людьми – половину эскорта я оставляю здесь. Они будут сопровождать вас повсюду. И я прошу вас никуда не выезжать без них.

Дженевра помрачнела. Эти предосторожности показались ей излишними.

– Вы думаете, все это столь необходимо, Роберт?

– Так мне будет спокойнее. Робин едет со мной, а Алан остается с вами.

– О, Роберт! Я так буду скучать без вас! – Дженевра чуть не расплакалась от отчаяния, словно муж покидал ее навсегда. К глазам подступили слезы, но она не хотела, чтобы они пролились.

Роберт резко выдохнул. Ярко-синий взгляд его потемнел. Он опустил руки жены и взял ее за плечи, притянув поближе к себе.

– Я тоже буду скучать по вас, Дженевра, – мрачно и как бы неохотно признался он. – Не сомневайтесь, что я попытаюсь вернуться как можно быстрее. – Он крепко и властно поцеловал ее, однако поцелуй длился недолго. – Мне надо идти, – сказал он, отпуская ее так внезапно, что она чуть не упала. – Да пребудет с тобой благословение Божье, женушка.

Дженевра с трудом обрела равновесие и прошептала:

– И с тобой, мой дорогой муж.

Роберту пора было примкнуть к своему поспешно собранному отряду. Попрощавшись с остающимися, Сен-Обэн торопливо взлетел на коня и тронул поводья.