Сьюзен Джонсон - Прикосновение греха

— Я не помышляла причинить кому-нибудь зло, Кейт. Мистер Дюра — замечательный человек. Спору нет, — проговорила миссис Орд, как бы оправдываясь.

— Думаю, его уникальную внешность можно назвать евроазиатской, Орди. Он необыкновенно изыскан. Как вы считаете, — продолжала она взволнованным тоном, — мы можем предложить им еще чаю, или это будет бестактно с нашей стороны?

— Боже праведный, Кейт, можно подумать, что у нас никогда не было гостей. Пойду спрошу у них. Мне кажется, этот красивый молодой человек не отказался бы пропустить еще стаканчик виски.

Когда миссис Орд решительно толкнула дверь, Кейт поспешила укрыться, боясь, как бы ее не уличили в подглядывании.

— Но гостей у нас и впрямь не было, — прошептала бывшая гувернантка, прижимаясь спиной к стене.

Сердце у нее в груди колотилось как бешеное. Возбуждение оказывало на нее столь же стимулирующее воздействие, как и на ее юного воспитанника.

Однако несколько минут спустя любопытство одержало верх над страхом быть обнаруженной, ведь гости у них в доме были большой редкостью. «К тому же такие…» — подумала она Ее представления о романтической любви основывались на романах миссис Берни. Осторожно приоткрыв дверь, она заняла на своем наблюдательном пункте прежнюю позицию.

Наполнив Пашин бокал, миссис Орд поставила графин на стол рядом с ним.

— Это любимый ирландский напиток покойного хозяина. Он берег его для особых случаев. Пейте когда захотите. — Экономка широко улыбнулась Паше. — Ваш батюшка наверняка предпочел бы в компании наслаждаться своим виски, — тараторила она, бросив в сторону Трикси многозначительный взгляд, словно ее подопечная не имела представления, как развлекать джентльмена.

— Не стану с тобой спорить, Орди.

Трикси поразилась почтительности, с которой экономка обращалась с Пашей. Тем более что от ее прежнего мужа ирландский виски. Орди скрывала. «И как ни странно, от Тео тоже», — вдруг вспомнила Трикси.

— Мне кажется, Крису стоит похвастаться своими новыми сельскохозяйственными животными перед Уиллом, — произнесла экономка с вежливой улыбкой. — Ты же знаешь, Кристофер, как будет рад Уилл увидеть у тебя пару першеронов, — добавила она, смахивая в передник крошки со стола. — И двух гнедых тоже. Он также оценит охотничьих собак вокруг хорошенькой новенькой конюшни, которую вы с мистером Дюра соорудили.

— Это мы с Пашей ее построили, — гордо объявил Крис, сидя на коленях у своего нового друга, но с места не сдвинулся.

— Пойдем найдем Кейт и Джейн, и все вместе отнесем Уиллу этих замечательных животных.

Не вполне уверенный, что хочет расстаться с Пашей, Крис вопросительно взглянул на него.

— Тебе самому решать, Крис, — ответил Паша великодушно, хотя сгорал от желания остаться наедине с Трикси.

— Еще ты можешь отнести Уиллу оставшееся клубничное пирожное, — подсказала миссис Орд, зная, как Уилл и Крис обожают этот десерт.

— Уилл и правда очень-очень любит пирожные, — согласился Крис, все еще колеблясь. Но в следующее мгновение он потянулся за сладким. — Я скоро вернусь. — Осторожно держа лакомство в маленькой ладошке, малыш проворно сполз с колен Паши. — Не играйте с моими игрушками, пока меня не будет.

— Обещаю, — произнес Паша с улыбкой, мечтая поиграть в совсем другие игры. — Скажи Уиллу, что у меня есть арапник из Обдорска, который я потом ему принесу.

— А где этот Об… дорк, — спросил Крис, с трудом выговорив незнакомое слово, — далеко?

— Чтобы добраться туда, понадобится месяц напряженной скачки.

— Месяц? — повторил мальчик завороженно.

— Дай мне пирожное, Кристофер, а сам возьми першеронов, — предложила экономка.

Сначала собрали в кучу всех лошадей вместе с собачьей сворой, туда же добавили и фермера с семьей — Ты уже дал им имена? — поинтересовалась миссис Орд у Криса, когда они выходили из комнаты.

— Ты, должно быть, ей очень понравился, — прозвучал голос Трикси в наступившей тишине. — Такое неприкрытое сводничество. Прости Орди ее хитрость, шитую белыми нитками.

— Я не жалуюсь, — ответил Паша с широкой улыбкой. Ненавистное слово «сводничество» в гостиной Берли-Хаус почему-то прозвучало вполне безобидно. — А миссис Орд — большая мастерица уговаривать Криса.

— Спасибо, что предоставил ему право выбора.

— В детстве я очень любил находиться в обществе взрослых.

— Комната, до отказа набитая игрушками, вызывает у него ничуть не меньший восторг, чем ты сам. Он просто обожает тебя. Надеюсь, он тебе не слишком досаждает.

— Он прелесть, как и его мама. Я очарован.

— Спасибо. Я навеки в долгу перед тобой.

— Перестань. Это скорее обоюдное чувство долга. Я никогда не получал столько удовольствия от чаепития… игры с Крисом… и милой тирании твоей экономки. Еще Уилл… Это какая-то волшебная сельская идиллия. Так что спасибо тебе. — Нерасположенный анализировать свои эмоции, Паша не подвергал сомнению чувства, что скрывались за этими общими наблюдениями. — Но больше всего я счастлив оттого, что нас наконец оставили одних.

— Специально, если не ошибаюсь.

— Может, уже настало время послеобеденного отдыха? Трикси ответила не сразу, обдумывая сложившуюся ситуацию. Ведь в доме полно слуг.

— Не уверена.

— Меня устроит любое место, — сказал Паша. С того момента, как миссис Орд покинула комнату, его либидо разрасталось как снежный ком. Он огляделся.

— Как тебе та софа?

Их взгляды скрестились над столом с остатками чаепития, и Трикси вздрогнула, как от удара, ощутив, как в ней вскипело плотское желание, жаркое и могучее.

— А что, если они скоро вернутся? — прошептала она, борясь с приливами сластолюбия.

— Тогда стоит поторопиться. Поднявшись со стула, он протянул ей руку.

— Нет, нет… не здесь, — в волнении пролепетала она, вскочив на ноги. — Следуй за мной.

Трикси вышла в прихожую и, оглянувшись на Пашу, обомлела, увидев его улыбку. Ее тело откликнулось так, словно он уже владел им. В его глубинах растекалась горячая лава. Трикси быстро пересекла мраморный зал, направляясь к лестнице. Она физически ощущала исходившую от него энергию, которая проникала в каждую клеточку ее существа.

Когда они прошли половину пути, он с легкостью подхватил ее на руки и зашагал быстрее, перепрыгивая через две ступеньки.

— Куда теперь? — спросил он, достигнув верхней лестничной площадки.

— Боже, Паша, — пролепетала Трикси, лихорадочно соображая, где менее опасно. — Здесь нет недоступных комнат.

Паша направился к первой попавшейся двери.

— Тогда сюда, — предложил он. — Нет!

Он остановился.

— Как насчет третьего этажа?