Ольга Болгова - Неуместные происшествия, или Переполох в Розингс Парке

Тут вмешался мистер Херст, вяло запротестовав:

— Позвольте, господа, вы же видите, моя супруга рассказала вам, что смогла, и незачем больше ее допрашивать.

Неприязненно покосившись на Херста, судья все же смилостивился:

— Что ж, мадам, мы вам очень признательны… А вы, сэр… вы, как нам известно, стали свидетелем странного визита. Расскажите о нем как можно подробнее.

Херст протяжно вздохнул и поведал свою незатейливую историю. Судья несколько оживился:

— Прошу вас, мистер Херст, опишите нам этого человека.

— Ну… — Херст явно не был способен четко описать приметы странного незнакомца. — Ээээ… Он был немолод и одет в темное… кажется.

— А какие-нибудь особые приметы? — генерал нетерпеливо дернул головой.

— Не знаю, сэр, — промямлил Херст. — Он… немного хромал… кажется.

Судья поскучнел.

— Что это у вас все время: кажется да кажется? Неужели вы не можете толком описать…

— Но я не помню, — заканючил больной. — Я был не в состоянии запомнить… Мне плохо…

Судья, не обращая внимания на стоны мистера Херста, продолжил:

— В остатках бренди обнаружен порошок, происхождение которого мы еще не установили… — при этих словах сэра Юстаса миссис Херст сдавленно охнула на софе. — Вы можете предположить, как он оказался там?

Херст с трудом объяснил, что графин с бренди он прихватил с собой из гостиной.

— Скажите, мистер Херст, была ли возможность у этого таинственного визитера подсыпать порошок в графин?

— Пожалуй, сэр, — неуверенно отозвался Херст. — Я уронил поданную им записку на пол, и пока я поднимал ее… За это время он, вероятно, мог…м-м-м… это сделать.

— Итак, вы выпили немного бренди и?..

— И после этого почувствовал слабость и сонливость… именно поэтому, как ни прискорбно, я не смог сразу же отдать записку леди Кэтрин…

— Пожалуй, кое-что вырисовывается, генерал, не так ли? — удовлетворенно заметил судья.

— Гррр-м… — генерал, для которого не только ничего не вырисовывалось, а еще больше запутывалось, согласно кивнул.

— Благодарим вас, мистер и миссис Херст, за помощь, — сказал он. — И разрешите откланяться.

Вернувшись в библиотеку, сэр Фэйр с наслаждением откинулся на спинку кресла.

— Итак, это был последний допрос на сегодня. Честно говоря, я устал.

— Соглашусь с вами, — сказал генерал Бридл. — Оказывается, допросы чрезвычайно утомляют.

— И не говорите! — в сердцах воскликнул сэр Юстас. — Одни так углубляются в подробности, что их невозможно остановить, другие юлят, лишь бы не сказать лишнего слова, третьи считают себя самыми умными и пытаются указывать, как нужно вести расследование, четвертые устраивают истерики… И все это выглядит крайне, крайне подозрительно, скажу я вам. Да, следствие обещает быть нелегким, — глубокомысленно заметил он. — Будет трудно свести все концы с концами, но я уже сделал для себя кое-какие выводы, так что парочка подозреваемых у меня на примете есть… Да, есть… Признаюсь, из всех здешних дамочек только одна не пробудила у меня никаких сомнений… Как приятно видеть столь разумную леди, да и в красоте и очаровании с ней мало кто может сравнится!..

— Ваша правда! Гррр-м, — согласился генерал. — Такая здравомыслящая, такая прелестная женщина! Все в ней! А как гостеприимна, любезна, обходительна… О, вот и она!

Бридл вскочил при виде хозяйки Розингса, которая в это мгновение вошла в библиотеку. Сэр Юстас, увы, уже не имел возможности сообщить генералу, что имел в виду совсем другую леди.

Тем временем леди Кэтрин, изучая радушие — от былого высокомерия не осталось и следа, — с улыбкой обратилась к генералу.

— Генерал Бридл, предлагаю вам завершить свои дела на сегодня и отобедать с нами, — сказала она и, спохватившись, добавила:

— Также я рада буду видеть за столом и вас, сэр Фэйр, а также лейтенант…

— Йорик, миледи! — отрапортовал лейтенант, радуясь появившейся возможности как пообедать, так и поболтать с младшими мисс Беннет, которые оказались такими общительными девицами.

Генерал рассыпался в изъявлениях благодарности, предвкушая великолепный стол и удовольствие от общения со столь приятной леди. Сэр Юстас также поблагодарил хозяйку и с удовольствием принял приглашение, которое сулило ему продолжить знакомство с мисс Бингли.

Тут в библиотеку вошел дворецкий и объявил:

— Капитан Шелли, ваше сиятельство. Говорит, что прибыл по поручению генерала Бридла.

Следом за Дугласом появился красивый молодой человек в капитанской форме. Поклонившись миледи, он доложил генералу:

— По вашему приказанию, возглавляемый мною отряд драгун провел тщательное исследование местности. Нами было обнаружено…

— Хорошо, хорошо, мы обсудим это позже, — прервал его генерал Бридл. — Мадам, позвольте представить вам капитана Эдгара Шелли — младшего сына графа***. Весьма многообещающий молодой офицер.

— Очень рада знакомству, капитан. Не угодно ли присоединиться к нам за обедом? — царственно улыбнулась леди Кэтрин.

— Благодарю, ваше сиятельство, с удовольствием! — поклонился Шелли.

Глава семнадцатая, в которой герои просто с приятностью проводят время

«Чадили факелы, отбрасывая тусклый отблеск на закопченные стены и пиршественный стол, заставленный огромными блюдами с яствами…».

Розингс, 19 апреля, понедельник, 6:30 вечера

Поскольку не у всех гостей была возможность переодеться к обеду, то леди Кэтрин в виде исключения решила отойти от традиционных условностей и провести вечер без излишних церемоний.

Когда хозяева и гости Розингса перед обедом собрались в гостиной, то дамы не блистали драгоценностями и декольте, а джентльмены не щеголяли вечерними фраками и шелковыми чулками. Только мисс Бингли, сославшись на привычку переодеваться к обеду, появилась в роскошном вечернем платье с бриллиантовой диадемой в волосах.

Миссис Херст, которая решилась на время оставить своего больного мужа, была даже рада, что может спуститься в дневной одежде, которая все равно отличалась от простых платьев прочих приглашенных леди изысканностью покроя и богатством ткани.

Учитывая, что генерал, который отчего-то чувствовал себя в Розингсе как дома, предложил джентльменам выпить по рюмочке после трудного дня, «…чтобы скоротать время до прихода дам, и…так сказать, гррр-м, для аппетита», леди застали мужчин уже в довольно шумном настроении.

— Сэр, позвольте заметить, что священники могут позволить себе вкусить вино или какие другие крепкие напитки в доме своей сиятельной патронессы, — доказывал полковнику мистер Коллинз, норовя взять его под руку. — Подобным образом выказанное уважение достойнейшей из достойных леди не может таить в себе злонамеренности или непочтения. И не будем забывать, что вино, как и хлеб — это духовные дары, освященные таинством евхаристии…