Ольга Болгова - Неуместные происшествия, или Переполох в Розингс Парке

— Нет! — с ужасом воскликнул судья.

— То есть, — смутился он, — я хочу сказать, она приехала позже и вряд ли что-нибудь сможет добавить. Побеседуем с ней в другой раз.

Глава шестнадцатая, в которой жена похвально не желает покидать своего мужа

«— Мой супруг отравлен! — закричала леди Корделия, заламывая руки.

Безутешную вдову никто не смог успокоить, и еще долго по Розингс-Холлу разносился ее плач…».

Розингс, 19 апреля, понедельник, 4:20 вечера

После возвращения сестер Беннет, леди Кэтрин приказала подать в библиотеку и в гостиную чай.

— Не могу сказать, что меня устраивает, когда в моем доме проводятся обыски, а судья допрашивает моих гостей, — сказала она мисс Бингли. — Но долг хозяйки Розингса обязывает меня проявить гостеприимство по отношению ко всем, находящимся под этой крышей, — званым и незваным…

— Сэр Фэйр вполне благовоспитанный и доброжелательный джентльмен, — поделилась своими впечатлениями от беседы с судьей мисс Бингли.

— Да? — с сомнением переспросила леди Кэтрин, которая не могла забыть, как сэр Фэйр выставил ее из библиотеки. — Генерал Бридл — вот поистине настоящий джентльмен. Несмотря на походную жизнь, его манеры, обхождение превосходны, — добавила она, вновь с удовольствием вспоминая, как любезен с ней был генерал, и какими глазами он смотрел на нее…

Она была вынуждена себе признаться, что генерал произвел на нее неизгладимое впечатление мужественным лицом, внушительной осанкой и тем нескрываемым интересом, проявленным по отношению к ней. Да что говорить: то, что в библиотеку подали чай, — было сделано исключительно для генерала. Судья не получил бы в ее доме и стакана воды после столь возмутительного поведения. Но генерал Бридл… совсем другое дело. Превосходный чай, блюда с разнообразными сандвичами, нежнейшими пирожками и восхитительными пирожными могли удовлетворить вкус любого разборчивого гурмана. Может быть, генерал привык к непритязательной походной пище, но в ее доме он всегда будет питаться самыми изысканными яствами.

— Превосходно! — тем временем отметил генерал, отправляя в рот сандвич с гусиным паштетом. — Превосходно! Какая хозяйка! А?!

— Я уж думал, нам в этом доме и глотка воды не подадут, — пробормотал судья, уминая сливочное пирожное и протягивая свободную руку за румяным, еще теплым пирожком.

— Ну что вы?! — возмутился Бридл. — Такая великолепная женщина… гррр-м… такая великолепная хозяйка никогда не оставит своих гостей голодными, без внимания и заботы…

— Мы все же не гости, — напомнил сэр Юстас.

— Это неважно! — отмахнулся генерал. — Леди Кэтрин прекрасно понимает ситуацию и делает все, что в ее силах…

— Позвольте усомниться, — сказал судья, дожевав сандвич с огурцами. — Вспомните только, как она сопротивлялась осмотру дома…

— Вы просто плохо понимаете женщин, — с улыбкой превосходства заявил Бридл. — Женщины, как крепость: сначала всегда сопротивляются, но при умелой осаде… гррр-м… а то и штурме — охотно сдают свои позиции… гррр-м…

— Вы думаете? — заинтересованно спросил сэр Юстас. — А какой вид атаки вы считаете наиболее подходящим?

— Все зависит от фортификационных сооружений крепости, дружище, — генерал покосился на лейтенанта Йорика, который пристроился за краешком стола и усердно потягивал свой чай, делая вид, что не слушает беседу генерала с судьей, хотя его напряженно-внимательный вид свидетельствовал об обратном.

Бридл одобрительно кивнул, отмечая повышенную тягу к знаниям молодого поколения, и стал подробнейшим образом описывать кампанию по взятию испанской крепости Опорто в 1809 году, в которой принимал непосредственное участие.

Сэр Фэйр и Йорик, рассчитывавшие услышать ряд рекомендаций по взятию крепостей несколько другого рода, приуныли. Через полчаса судья с трудом остановил разошедшегося генерала и напомнил ему, что время позднее, а опрошены еще не все свидетели.

— Гррр-м… — крякнул генерал и предложил пригласить на беседу миссис Херст — последнюю свидетельницу происшествия в лесу.

Йорик был послан в гостиную за вышеупомянутой дамой, однако тут же выяснилось, что миссис Херст не спускалась из комнаты своего мужа. За ней отправили лакея, который вскоре вернулся в гостиную и сообщил: миссис Херст категорически отказывается даже ненадолго оставлять мужа, утверждая, что не в состоянии покинуть мистера Херста в его положении.

Дарси молча взглянул на Фицуильяма. Полковник хмыкнул и пошел в библиотеку вместо миссис Херст, где и предложил:

— Простите, судья Фэйр, может быть, вам следует побеседовать с миссис Херст в комнате ее мужа? Миссис Херст — дама очень впечатлительная и опасается сейчас оставлять мистера Херста без своей опеки.

Сэр Юстас с возмущением отверг бы любые попытки указывать, как ему вести следствие, однако слова полковника нашли неожиданную поддержку со стороны генерала Бридла:

— Действительно, судья, от дамочки Херст, уверен, здесь будет мало проку. Она начнет рваться обратно к мужу, стенать и заливать ваш сюртук слезами…гррр-м…

С содроганием припомнив беседу с миссис Беннет, судья согласно кивнул:

— Хорошо, полковник, мы поднимемся в комнату мистера Херста. Кстати, мистера Херста нам тоже нужно допросить в связи с утренним происшествием, вернее, вчерашним…

Фицуильям поклонился и вышел, и через минуту появился лакей, готовый проводить господ, куда они пожелают. Сэр Юстас с генералом в сопровождении неизменного лейтенанта последовали за провожатым.

Поднявшись в спальню, они застали идиллическую картину. Камердинер смачивал виски больного, который испускал душераздирающие стоны, уксусной водой, а нежная супруга, полулежа на софе, бдительно наблюдала за действиями слуги. Увидев вошедших, она придала своему лицу усталое и озабоченное выражение, мученическим голосом пригласила их присесть и спрашивать о чем угодно.

— Итак, миссис Херст, — судья Фэйр многозначительно откашлялся, — расскажите нам подробно, где и с кем вы находились вчера, во время поисков семейства Беннет.

Бледнея и путаясь в своих показаниях, леди повторила практически все, сказанное полковником Фицуильямом.

— …потом мне стало дурно, и я уже смутно помню, что было дальше.

— Скажите, миссис Херст — вкрадчиво произнес судья, — отходил ли полковник от места, где вы нашли шаль, куда-нибудь… в сторону?

— Я не помню, сэр, — растерянно сказала миссис Херст и приложила к глазам платочек.