Сюзанна Баркли - Львиное сердце

– Но леди – хорошенькая и совсем не дурочка, как вы боялись, когда увидели этих кукол, – заметил Оуэйн.

Дурочка! От гнева кашель у Меган прошел.

– Игры с куклами едва ли можно признать причиной, чтобы отвергнуть ее, – сказал Росс. – Но должен же быть какой-то выход. – Послышался плеск воды. – Изъян или порок, из-за которых я смогу отказаться от нее.

Он не знает про ногу! Меган вздрогнула: прежние сомнения снова овладели ею. Она вспомнила, с каким страдальческим лицом отец сообщил ей, что Комин не женится на ней. «Мужчину нельзя заставить взять в жены калеку», – грустно объяснил он.

Ей хотелось закричать: «Я не калека». Она ведь энергичный и полезный человек. Но мужчины этого не видят. Даже отец отказался взглянуть на ее сломанную ногу. Когда-то она была его любимицей, но после несчастного случая он отдалился и от нее, и от всей семьи. И в этом тоже была ее вина. Ее беззаботность стоила жизни брату, а клан потерял из-за нее своего лэрда. Терпеть чувство вины было тяжелее, чем боль в ноге.

Но она все вынесла, как многострадальные героини древних легенд, и за это боги подарили ей новую надежду – они послали ей Росса. Выглядывая из-под драпировок, Меган уставилась на предмет своих желаний. Ее взгляд скользнул по его лицу, и горечь ушла из сердца. Она станет для него лучшей из жен. То, что Росса в этом надо еще убедить, мало беспокоило Меган. Она знала, что добьется успеха.

– Ты поставил людей сторожить склад в лачуге? – спросил Росс Оуэйна.

– Да. И у портняжной мастерской тоже поставил – на случай, если вернется Лукас.

У Меган перехватило дыхание – собственные заботы померкли перед лицом новой опасности. Если Лукас вернется и попадет в руки Росса, то парня могут силой заставить рассказать, где прячется Сьюзан.

Оуэйн направился к двери.

– Прислать вам Дейви?

– Через четверть часа, – устало и равнодушно ответил Росс. – Пока отмокает повязка, я хочу побыть один.

– За дверью стража. Позовите, если что.

– Думаешь, какой-нибудь ненормальный Сатерленд вскарабкается по стене и влезет в окно? – раздраженно спросил Росс.

– Не стоит рисковать.

Росс вздохнул.

– Прости, Оуэйн. Я не привык, чтобы со мной нянчились, как с беспомощным ребенком.

– Не беспомощным, а уязвимым. Мы не должны забывать, что здесь мы окружены врагами, – спокойно, но зловеще произнес Оуэйн и ушел.

Как лучше подойти к нему? Меган была в раздумье, но вдруг не выдержала и чихнула. Вопрос решился сам собой.

– Кто здесь? – спросил Росс. Она услышала плеск воды и скрежет железа по дереву. – Выходи, иначе я тебя вытащу.

Черт возьми! Меган стала медленно вылезать из-под кровати, моля Бога, чтобы ее маскарад обманул его и она смогла бы перевязать ему рану и уйти.

– Вы! – воскликнул он, как только она появилась из-за драпировок, скрывающих кровать. Меч, направленный в ее сторону, слегка качнулся и застыл, не опускаясь. – Поставьте корзину и подойдите сюда.

С бьющимся, словно пойманная птица, сердцем Меган медленно сделала шесть шагов, отделяющих ее от бадьи, стараясь не показать ни свою хромоту, ни страх. Каким-то образом ей это удалось.

– Милорд? – прошептала она, опустив глаза, как подобало служанке.

– Что вы здесь делаете, Меган?

Она подняла голову. После его обвинений у нее не было причин для кротости и смирения.

– Человеку, столь умело делающему выводы, должно быть ясно, что я пробралась сюда, чтобы убить вас, – резко ответила она.

Он хмуро глядел на нее.

– Не дерзите мне.

– Раз вы не доверяете мне, откуда вам знать, что я пришла не за этим? – продолжала она, все больше входя в раж.

– Вы – не убийца.

– Всего лишь проклятая женщина, дурочка, которую можно презирать и необходимо отвергнуть?

Он покраснел. Отлично, она сумеет заставить этого самонадеянного лорда сбавить тон.

– Вы подслушали то, что для ваших ушей не предназначалось.

– Но речь шла обо мне. – Меган прищелкнула языком. – Стыдитесь, милорд! Я думала, вы хотите, чтобы наши отношения строились на правде.

Он покраснел еще больше, и не от горячей воды. Вот это забавно! Но Меган подавила смех.

– А правда состоит в том, что договор о женитьбе уже заключен и что мы желанны друг другу. Если вы будете это отрицать, то возьмете на совесть еще одну ложь, – сказала она, едва он открыл рот, чтобы возразить ей. – Я, может, и наивна, но не глупа. Не от ненависти же мы целовались прошлой ночью.

Его живые глаза гневно сверкнули. Он положил меч на пол и сказал:

– Для брака одного вожделения мало.

А как же моя любовь? – кричало ее сердце, но гордость не позволила высказать это вслух. Она лишь спросила:

– А разве мир между нашими кланами не стоит брака?

– Вы прекрасно знаете, что стоит. Иначе меня бы тут не было.

Меган сжала губы.

– Это так, но, я думаю, вам было важнее доказать, что Лайона убил мой отец. – Не испугавшись его сердитого взгляда, она опустилась на колени около ванны. – Я тоже хочу правды. И прошу только не осуждать отца сразу.

– Он – лэрд, и если это не его собственных рук дело, то он знает, чьих. А тут еще исчезновение вашей сестры.

Меган дрожала, но, закусив губу, не выдала тайны, хотя жаждала выговориться. Еще не время.

– Я не могу вам ничего больше сказать, но уверяю вас, что Сьюзан не причинила Лайону зла. – Все было как раз наоборот – гибель Лайона поставила Сьюзан и их ребенка перед огромной опасностью. – Может быть, я и расскажу, когда мы поженимся.

– Если вам так не терпится заполучить мужа, почему же вы до сих пор не вышли замуж? – отрывисто спросил Росс.

– Я ждала вас. – Она сказала чистую правду. С болью в сердце.

– Но вы даже не знали меня.

– Я… Лайон часто и с гордостью говорил о вас.

– Да? – удивился Росс.

Черты его лица смягчились, и Меган почувствовала прилив сил.

– Он рассказывал мне тысячи историй о том времени, когда вы оба были еще юношами. Я знаю, например, что у вас под подбородком шрам, полученный на учебном рыцарском поединке: столб, в который метали копье, накренился и выбил вас из седла. Лайон говорил, что вы мужественный, честный и умный… настоящий рыцарь.

Росс сурово сжал губы.

– Будь я настоящим рыцарем, я не подвел бы своего брата. – В глубине его глаз промелькнуло раскаяние. – Вы не могли бы уйти?

– Нет. – Меган дотронулась ладонью до его правой руки, лежащей на краю ванны. – Я займусь вашей раной.

Под ее пальцами напряглись его твердые мускулы, а дрожь передалась от него к ней. От желания его глаза потемнели и затуманились. Он может не доверять ей, но тем не менее хочет ее. Его жаркий взгляд зажег искру в глубине ее существа. Но мудростью, от века данной женщине, она поняла, что страсть привяжет его к ней лишь на какое-то время. Одной страсти мало, чтобы покорить такого сложного человека навсегда. Для этого ей придется завладеть его умом и сердцем, а не только телом.