Лиз Карлайл - Очаровательная проказница

По бесконечным коридорам и лестницам Зоэ проводили в так называемую Маленькую гостиную, хотя комната была вдвое больше обычных гостиных. Длинная комната с высоким потолком сияла в полуденном солнце, лившимся сквозь полдюжины французских окон, распахнутых на террасу. У камина сидели мачеха с Джонет и Амхерстом.

Мерсер опирался локтем на каминную полку из зеленого мрамора, поставив ногу на медную решетку, — до мозга костей могущественный лорд на досуге. Две собаки лежали у его ног.

Когда она вошла, Амхерст стремительно поднялся.

— Зоэ, дорогая! — Он указал на кресло и предложил сорта чая. — Ты предпочитаешь сушонг? Или «порох»?

— «Порох», если можно, — сказала она.

— Это меня не удивляет, — заметил Мерсер, загадочная улыбка тронула уголок его рта.

Зоэ, повернувшись, сделала чопорный реверанс.

— Как ваши дела, милорд?

Он с ленивой грацией отошел от камина.

— О, в основном так же, как час назад. Меньше грязи, конечно.

Зоэ слабо улыбнулась.

— Действительно, вы выглядите гораздо лучше, — прижала она. — Я же… гм, ладно. Надеюсь, наш багаж прибудет до обеда. — Сев рядом с мачехой, она отвернулась от Мерсера.

Джонет, налив чаю, подала чашку Зоэ.

— По-прежнему ничего не хочешь, Стюарт? — Она пристально взглянула на сына.

— Нет. Благодарю. — Подойдя к матери, он почти покровительственно положил руку на спинку ее кресла. Пальцы у него длинные, тонкие, заметила Зоэ, и теперь безукоризненно чистые. Густые темные волосы аккуратно зачесаны, но все еще влажные.

— Надеюсь, ваша поездка прошла без особых событий, леди Рэннок, — сказал Мерсер, — и дождь не причинил вам больших хлопот?

— Не такие большие, как вам, — ответила она, взяв чашку. — Наша последняя карета просто потеряла колесо. Думаю, что она вот-вот появится.

— Да, вчера мы пережили ужасный шторм, — сказала Джонет, подливая чай мужу. — Чарли говорит, что даже сорвало куски черепицы с крыши конюшни.

Беседа продолжалось в том же духе, и Зоэ позволила себе отвлечься. Ее мысли вернулись к Робину, к своему разочарованию от его отсутствия. Она и не сознавала, насколько рассчитывала на него, надеялась, что он уладит то неловкое положение, в котором они по собственной милости оказались… Она скучала без него, без его смеха и ободрения. Сейчас, оставшись почти один на один с его родственниками, Зоэ чувствовала себя странно неуклюжей и неуместной.

И Робин болен. По словам Мерсера, здесь многие болеют, а бывает, и умирают. Зоэ только-только смирилась с фактом, что они с Робином должны пожениться, и пыталась убедить себя, что не сможет без него жить. А теперь, похоже, судьба ее обманула.

Но Робин не мог заболеть оспой, он же делал прививку. Однако это не значит, что он вообще не мог заболеть. И возможно, чем-нибудь похуже. Чем больше ее мысли крутились вокруг этого, тем сильнее ее охватывало незнакомое чувство паники. Зоэ прижала руку к сердцу, чашка звякнула о блюдце.

— Робин простудился под дождем? — вдруг спросила она, взглянув на Джонет. — Я хочу сказать… его болезнь… Надеюсь, у него не… лихорадка? Или что-то хуже? Можно мне подняться к нему?

Все, повернувшись, многозначительно смотрели на нее. Эванджелина деликатно кашлянула.

— Зоэ, дорогая, мы обсуждали обед, — негромко напомнила она. — И речи не может быть о том, чтобы подняться к…

— Конечно, она волнуется, — мягко перебила Джонет. — Она его нареченная. Пожалуйста, не тревожься, Зоэ, с Робином все в порядке.

— Но если так, он… он был бы здесь, — настаивала Зоэ. — Я имею в виду…

Мерсер то ли фыркнул, то ли издал смешок, потом стремительно пересек комнату, словно собираясь выйти. Пятнистые собаки устремились за ним, цокая по поду когтями. Бонни по пути ткнулась носом в колено Зоэ, будто скачав «привет», потом помчалась за хозяином.

Зоэ смотрела вслед собакам, затем повернулась к чуть побледневшей Джонет.

Мистер Амхерст прочистил горло.

— Боюсь, Зоэ, моя жена пытается объяснить, что Робин не болен, — спокойно сказал он, — а страдает от последствий ночи, проведенной в «Розе и короне», за что я прошу тебя выбранить его, как это уже сделали мы.

— Вы хотите сказать, что он… он просто… — Зоэ подбирала подходящее слово, ее опасения сменились негодованием.

— Немного нездоров, — подсказал отчим Робина. — К обеду он будет в полном порядке.

Зоэ со стуком поставила чашку на блюдце, лицо ее вспыхнуло.

— Да, хорошо… Я понимаю, — сказала она. — Тогда надеюсь увидеть его за обедом. — Зоэ резко поднялась. — Прошу извинить. Мне хотелось бы пройтись и полюбоваться видами.

— Конечно, — быстро ответила Джонет. — С этой западной террасы можно видеть пруд и крышу летнего дома. Очень красивая перспектива.

Зоэ почтительно присела в реверансе.

— Спасибо, мэм.

Она прошла к террасе и слишком поздно сообразила, что лорд Мерсер уже там со своими собаками. Прислонившись бедром к каменной балюстраде, он наблюдал за происходящим в комнате.

— Хорошо сделано, Зоэ, — спокойно сказал он, когда она вышла. — Почти можно было поверить, что вы беспокоитесь о друге.

Она повернулась к нему, глаза у нее горели гневом.

— Я действительно беспокоюсь. Как вы смеете думать иначе? — Ее низкий голос дрожал. — Что с вами, Мерсер? Чем я заслужила это ваше высокомерное презрение?

— Прошу прощения, что?

— Вы можете просить все, что желаете, — прошипела она, едва сдерживая ярость, — но скажу вам прямо, сэр, что ваше поведение становится утомительным. Что до ваших инсинуаций, я не стану их терпеть. Если у вас есть что сказать мне, говорите, и дело с концом.

Мерсер деланно отпрянул, округлив глаза.

— Вы думаете, что я не имею права беспокоиться о своем брате?

— Ваш брат, — скрипнула зубами она, — насколько я понимаю, страдает от того, что выпил слишком много эля. Если бы вы о нем так тревожились, то сидели бы сейчас рядом с ним с чайником крепкого чая и наставляли относительно умеренности, а не мучили тут меня.

— Извините, но я вышел на террасу первым. — Его глаза вспыхнули каким-то мрачным юмором. — Это вы последовали за мной. И, между прочим, дорогая, это не моя вина, что ваш жених вчера вечером решил напиться до полусмерти.

Зоэ уперла руки в бока и наклонилась к нему.

— Почему вы всегда становитесь благочестиво-нравоучительным, когда дело касается Робина или меня?! Не понимаю, почему вы считаете, что имеете на это право? Мы теперь взрослые! Мы не нуждаемся в вас!

— Нет, и никогда не нуждались, не так ли? — ответил он. — Даже будучи детьми, вы с Робином были неразлучны.