Розалинда Лейкер - Серебряное прикосновение

Джек нахмурился.

— Но я с тех пор не замечал, чтобы этот парень появлялся здесь. К тому же я и видел-то его всего раз в жизни. Тогда, в баре, когда Эстер сидела рядом с ним и разговаривала. Напомни мне, как он выглядит.

— Ну, высокий, широкоплечий, стройный, светлые волосы, симпатичный…

Марта испуганно замолчала, увидев, как лицо Джека приобретает багрово-фиолетовый цвет, говорящий о наполняющей его ярости. Его огромный кулак обрушился на стойку бара, зазвенели потревоженные бокалы и бутылки.

— Черт возьми! С этим парнем ее видели недавно возле Тауэрского моста. Почему ты мне раньше о нем не говорила?

— Потому что ты не сказал, что следишь за ней. Откуда мне было знать? И вообще, что ты теперь намерен предпринять?

Джек отбросил в сторону тряпку, которой вытирал руки.

— Я собираюсь идти прямо к Харвуду и поговорить с ним до того, как об этом узнает Эстер. Я сам вытяну из Бэйтмена всю правду, и она уже не сможет выгораживать его!

Ворвавшись в контору, Джек схватил свой плащ, а Марта поспешно достала его лучшую шляпу, взволнованная такой несвойственной мужу активностью.

— Не забывай, что вина Бэйтмена еще не доказана, — посоветовала она Джеку.

Тот выхватил шляпу у нее из рук и напялил ее на голову.

— Если он невиновен, то мы с тобой ничего не теряем. А если виновен, то этот Бэйтмен проклянет день, когда впервые увидел мою сестру!

Оставшись одна в кабинете мужа, Марта, глядя в окно, наблюдала, как Эстер несет огромную корзину грязного белья в прачечную. Как только она скрылась за дверью, Марта вышла из конторы и направилась в спальню Эстер. Там она плотно закрыла за собой дверь и внимательно оглядела комнату. Марта была уверена, что где-то здесь она обязательно найдет доказательство связи Эстер с Джоном Бэйтменом, на случай, если Джек вернется от Харвуда ни с чем. Разумеется, она не ожидала найти любовные письма, так как знала о неграмотности Эстер. Но она помнила, что юные девушки любят хранить сувениры, небольшие мелочи, принятые в качестве подарков от возлюбленного, поэтому надеялась найти предмет или вещицу с инициалами, или что-нибудь в этом роде.

Марта начала тщательные поиски. Это был далеко не первый случай, когда она вторгалась в комнату Эстер и перебирала ее вещи. Последний раз Марте было достаточно открыть ящик комода и найти в нем стопку детского белья, чтобы все самые черные подозрения ее подтвердились. Тогда-то она и придумала план разоблачения Эстер в купальне.

На полочке лежал черный кожаный тубус, в котором Эстер хранила свои рисунки. Марта открыла его и вытряхнула содержимое на постель в надежде отыскать портрет мужчины. Однако там были только эскизы птиц, деревьев, цветов, да несколько старых, пожелтевших страниц из книги с изображением различных лекарственных трав и указаниями, как их использовать для приготовления настоев и микстур. Марта нашла высохший цветок розы, вложенный между двумя ящиками, но это не давало ей ровным счетом ничего. Она даже встала на табуретку и заглянула за полог кровати, отодвинула занавески, чтобы убедиться, что за ними ничего нет. Там не было даже пыли. Эстер всегда тщательно убирала свое жилище.

Слезая с табуретки, Марта вдруг каблуком наткнулась на половицу, под которой явно была пустота. Поразмышляв немного, она опустилась на колени и приподняла ее. «Тайник» был пуст, но это не охладило ее пыл. Она принялась методично и последовательно простукивать все половицы в комнате…

Притащив в прачечную корзину с грязным бельем, Эстер вдруг вспомнила, что еще накануне собиралась простирнуть и свое белье вместе с очередной партией из гостиницы. Мальчишка-помощник уже разводил огонь под большим медным котлом, и Эстер, оставив корзину под его присмотром, вернулась в таверну. Ничего не подозревая, она открыла дверь в свою спальню и увидела там Марту, которая, стоя на коленях возле открытой половицы, изучала свидетельство о браке Эстер и Джона.

— Что вы здесь делаете? — ошеломленно спросила Эстер. — Как посмели вы трогать мои вещи?

И она ринулась вперед, пытаясь отнять у Марты документ. Та поднялась с коленей и быстро спрятала бумагу за спину.

— Почему ты не сказала, что вы поженились? — зашипела она на Эстер. — Ведь этим ты спасла бы своего брата от унижения и позора!

Эстер подняла с пола небольшой мешочек, который хранил ее обручальное кольцо и из которого Марта вытащила свидетельство о браке.

— Сколько можно совать нос в чужие дела? — с невыразимым презрением сказала она. — Ну почему, почему вы не оставите меня и Джона в покое? Мы договорились пока никому не говорить о нашем браке. И это был единственный способ сохранить все в тайне.

Марта пренебрежительно швырнула лист бумаги на постель.

— А почему ты думаешь, что я не умею держать язык за зубами, когда это нужно? — язвительно спросила она.

Эстер вскинула голову и неуверенно, с опаской взглянула на Марту.

— Вы действительно никому не скажете обо мне и Джоне, пока он не закончит учебу?

Марту забавляло сначала обнадеживать, а потом вновь расстраивать Эстер, поэтому она злорадно объявила:

— Теперь уже я ничего не могу поделать. Четверть часа тому назад мы с Джеком наконец-то догадались, что твой любовник — Джон Бэйтмен. И теперь Джек уже, наверное, на полпути к дому Харвуда. Ему не терпится поговорить с ним обо всем этом!

Вскрикнув от этой ужасной новости, Эстер поспешно сунула свой мешочек в карман фартука и сдернула с крючка накидку.

— Я должна остановить его!

— Ты его не догонишь.

— Я постараюсь.

Эстер закутала шею шарфом.

— Господи, только бы найти возможность задержать его! А может, мистера Харвуда нет дома? Ведь все, что мне нужно, это несколько минут, чтобы убедить Джека выслушать меня!

Марта проследовала за ней на лестничную площадку и смотрела, как Эстер торопливо спускается вниз. Она покачала головой, подумав, что при таком темпе ходьбы, который могла позволить себе Эстер в ее положении, Джек, вероятно, вернется домой до того, как она дойдет до мастерской Харвуда.

Джон сидел на своем рабочем месте и занимался украшением церковного серебряного блюда для пожертвований. Он держал резец почти вертикально между большим, указательным и средним пальцами левой руки, а правой сжимал молоток. Этим молотком Джон аккуратно, с точно рассчитанной силой стучал по резцу. Инструмент постепенно наносил изящный рисунок по краю блюда.

Неожиданно его сосредоточенную работу прервали. Мастер Харвуд желал видеть Джона немедленно. Он снял с себя кожаный фартук, надел на сорочку жилет, чтобы выглядеть солиднее, и пошел в контору.