Донна Белл - Честити

— Да, конечно, почти как новая, — бодро произнес он. Но его голос дрожал, и он ничего не смог добавить. Он положил свою руку поверх ее руки, и Честити снова улыбнулась.

— Который теперь час?

Почувствовав облегчение от того, что она сменила тему, Алекс достал часы.

— Почти двенадцать. Ну, и как же мы утащим этот хлыст?

— Вы упадете в обморок, а я незаметно возьму хлыст во время всеобщего переполоха, — предложила она с решительным видом.

— Очень смешно. Нет уж, я не буду падать в обморок. И вот что я вам скажу, если вы так настроены стать воришкой. Я выйду во двор и буду искать вас повсюду. Я притворюсь пьяным, которому не терпится уехать, и начну выть и орать, что нигде не могу вас найти.

— Представляю, как это будет выглядеть!

— Ха-ха… Итак, в общей суматохе вы берете хлыст, прячете его… где-нибудь, затем обходите гостиницу сзади и неожиданно появляетесь с другой стороны. Наши лошади к тому времени будут готовы, и мы убегаем.

— Придумано неплохо. Дайте мне несколько минут, чтобы я успела выйти на задний двор и подкрасться к дилижансу.

— Кажется, я слышу шум приближающейся почтовой кареты из Лондона. Желаю удачи, — произнес он, улыбнувшись и поцеловав ее руку.

— И вам также, — она послала воздушный поцелуй и вышла через заднюю дверь.

Алекс подождал пять минут, затем поднялся и, шатаясь из стороны в сторону, направился к дверям.

— Где моя лошадь? — произнес он заплетающимся языком, выйдя во двор.

— Вот она, господин! — ответил мальчик-конюх.

— А где лошадь моей сестры? — закричал он на мальчика. Он осматривал двор, вращая головой так, будто она с трудом держалась на шее.

— А где моя сестра? — произнес он заплетающимся языком, направляясь к тому месту, где несколько кучеров сидели и пили пиво. — Где моя сестра? — заорал Алекс. Один из кучеров поднялся и подошел к нему.

— Потеряли свою сестру, мистер?

— Нет, черт возьми, я не терял ее. Она была здесь минуту на… назад. Куда она делась? Ты не видел ее?

— И в глаза не видал, сэр. А она хорошенькая? Я бы запомнил, если бы она была хорошенькая.

— Как ты смеешь обсуждать внешность моей сестры! — завопил Алекс, входя в роль. — Я вызову тебя на дуэль за это!

Появился другой кучер и несколько конюхов, один из них вел лошадей.

— Эй, мистер, успокойтесь! Не надо так волноваться, она найдется.

Уставившись на кучера, Алекс принялся рвать на себе волосы. Честити в это время подкралась к заднему сиденью дилижанса и подняла хлыст.

— Где же она? — завывал Алекс. — Ну где она?! Я должен найти ее! Ведь мама доверила ее мне! Если она опять убежала…

Он обвел собравшихся диким взглядом и провел ладонью по шее, показывая, что ему отрежут голову. — Последний раз она убежала с танцмейстером. Не представляю, с кем она сбежала на этот раз!

Честити поспешно выбежала из-за гостиницы.

— Пойдем, братец. Я здесь. Все будет хорошо, — успокаивала она Алекса. Она помогла ему забраться на лошадь, после чего позволила конюху подсадить себя. Ее лицо выражало тревогу. Честити жестом объяснила присутствующим, что ее «братец» — полоумный, затем они ударили лошадей и поскакали вперед.

Едва сдерживая смех, они отъехали на некоторое расстояние от постоялого двора, соскочили с лошадей и принялись громко хохотать. Безудержное веселье овладело ими.

— Вы видели их лица, когда я начал рвать на себе волосы? — спросил Алекс, задыхаясь от смеха.

— Это было великолепное зрелище, — воскликнула она. — О, вы играли превосходно, как настоящий безумец!

— А вы утащили его, не правда ли? — спросил Алекс, вдруг вспомнив о цели этого спектакля.

Честити усмехнулась, отвернулась от него и начала вытягивать длинный хлыст откуда-то из складок одежды.

— Я думала сначала, что не смогу взобраться на лошадь. Было так неудобно!

— Но мы готовы на любые жертвы ради победы, не так ли?

Вспомнив об игре, Честити произнесла виновато:

— А вы знаете, я действовала не по правилам.

— Что вы имеете в виду?

— Чувствовала себя так неловко, когда брала хлыст. Понимаете, ведь мы никогда не сможем вернуть его бедному парню.

— И что же? Что вы сделали?

— Я положила немного денег на сиденье. На самом деле, это не была плата за хлыст. Я и понятия не имею, сколько он стоит. Это был как бы обмен.

Алекс улыбнулся.

— Если мы смогли докатиться до воровства, думаю, нам ничего не стоит примириться с нарушением одного маленького правила и никому не говорить об этом.

Честити с облегчением вздохнула.

Алекс помог ей сесть на лошадь и сам вскочил на спину Бэби. Оглядев ее с ног до головы, он произнес насмешливо:

— Если бы вы позволили мне украсть хлыст, я бы, безусловно, не нарушил ни одного правила!

Он пришпорил Бэби и быстро поскакал вперед.

Честити удалось нагнать его, только когда он замедлил ход.

— Вы, действительно, ужасный человек, — заметила она, улыбаясь.

— Мне все так говорят, — ответил он с поклоном. И в этот момент раздался выстрел.

Бэби взвился на дыбы, прозвучал еще один выстрел. Алекс упал на землю. Песок на дороге окрасился кровью. По щеке Алекса струилась кровь.

Спрыгнув с коня, Честити подбежала к нему. Положив его голову к себе на колени, она прижала подол своего платья к ране, стараясь остановить кровотечение. Рана казалась неглубокой, и Честити сохраняла спокойствие, вспомнив, как она расшиблась в детстве, упав с дерева: тогда крови было гораздо больше.

Через несколько минут, показавшихся вечностью, кровотечение утихло, и Алекс открыл глаза.

— Пожалуй, это единственный способ попасть в ваши руки, — лихо произнес он, пытаясь приподняться.

Не обратив внимания на это замечание. Честити с тревогой спросила.

— Как вы себя чувствуете?

— Кажется, терпимо, — ответил он, дотронувшись до затылка.

— Может быть, вам лучше пока не двигаться?

— Нет, все нормально. Вы не видели, кто стрелял в меня?

— Нет, я была слишком занята, чтобы иметь возможность осматриваться. Все случилась так неожиданно.

— Возможно, браконьер, — предположил Алекс, поднимаясь на ноги и оглядываясь. — Кажется, я упустил свою лошадь.

Честити свистнула. Появился Бэби, жующий пучок травы.

— Он не ранен? — спросил Алекс.

Честити вскочила и побежала к лошади.

— Не знаю, — прокричала она. — Я и не подумала о нем. — Она провела рукой по его шее и холке.

— Похоже, его задело пулей, — сказал Алекс, указывая на следы крови. Он осмотрел жеребца более тщательно и обнаружил небольшую царапину.