Джози Литтон - Замки в тумане

Так она бы и сделала, если бы вдруг мысль не показалась ей вполне здравой.

Размышляя, Брайанна спустилась с башни по каменной лестнице, пересекла широкий холл и вышла навстречу ледяному ветру и своему прошлому.

– Дорогая моя! – Леди Констанс широко раскрыла объятия, спеша навстречу гостям. Спутникам Брайанны досталась только ее улыбка. – Уильям рассказывал, что ты очень похожа на свою мать, но такого сходства я не предполагала. Ты же вылитая Дельфина!

– Правда? – выговорила Брайанна сдавленным голосом, поскольку леди Констанс переусердствовала с объятиями.

Отступив на шаг, радушная хозяйка внимательно оглядела Брайанну и воодушевленно закивала:

– Да, брови у тебя, пожалуй, отцовские, а все остальное ты унаследовала от Дельфины. Она была прелестнейшим, улыбчивым существом и пела, как птичка. И ты, наверное, поешь?

– Только когда хочу досадить окружающим, – грустно призналась Брайанна. Пережив первые минуты знакомства с леди Констанс, она получила возможность разглядеть хозяйку поместья и осталась довольна увиденным. Если граф Холлистер производил впечатление заурядного и сдержанного человека, то к графине это никоим образом не относилось. Она держалась искренне и сердечно, светское жеманство было ей чуждо, а мелкие морщинки вокруг глаз и рта следовало приписать скорее улыбчивости, нежели старческой раздражительности.

– Ну, ты наверняка скромничаешь! – заявила леди Констанс, обнимая Брайанну, и только после этого уделила внимание остальным гостям. – Леди Джоанна, леди Кассандра, как я рада вам обеим! И вам, милорды, тоже. – Она перевела взгляд на Атрея и смело обратилась к нему: – Ваше величество, простите мою бесцеремонность! Ваш визит для нас – большая честь.

К чести леди Констанс, она ничуть не кривила душой. Приезд ванакса Акоры она и вправду считала честью. И не задумывалась о том, что высший свет готов пуститься во все тяжкие, лишь бы заманить к себе высокопоставленного, но неуловимого гостя страны.

– Не держи гостей в дверях, дорогая, – добродушно напомнил граф. Вместе с женой он провел всю компанию в холл Холихуда.

Брайанна быстро перевела дыхание, надеясь успокоиться. Она так часто разглядывала изображение Холихуда в книге, найденной в лондонской библиотеке Алекса и Джоанны, что снаружи дом показался ей давно знакомым. Но что ждет ее внутри, она понятия не имела.

Атрей держался рядом. Брайанна не заметила, как он вытеснил с этого места леди Констанс, но его близость придавала уверенности. В отличие от Хоукфорта, со временем почти не изменившего свой облик, Холихуд, вероятно, перестраивали бесчисленное множество раз. Нынешний Холихуд был построен лет двадцать – тридцать назад. В холле с огромной ротондой потолок увенчивался куполом на высоте нескольких этажей. Мраморный пол был украшен узором из звезд, стенные ниши – статуями в античном стиле, потолок был расписан созвездиями. Изящные мраморные колонны обрамляли двойную лестницу, которая делала плавный поворот и убегала вверх.

– Этот дом построил мой покойный дядя, – объяснил Холлистер. – На месте особняка тюдоровской эпохи.

– Впечатляюще, – заметил Атрей, но смотрел он только на Брайанну. Она была бледна и молчалива, чего он никак не ожидал. Невольно он взял ее за руку. Даже сквозь кожаную перчатку рука показалась ему холодной. – Что-то не так? – тихо спросил он.

– Нет-нет. – Брайанна ответила улыбкой на любопытный взгляд леди Констанс. – Я хотела бы побольше узнать о маме...

– Непременно, дорогая! Но сначала вас ждет сюрприз – верно, Уильям?

– Да, – кивнул граф, который тоже наблюдал за Брайанной.

– Идем же! – Графиня повела их в гостиную, где от камина веяло уютным теплом. Слуги уже подали чай, но Брайанна не обратила на это внимания. Ее взгляд сразу притянул портрет молодой женщины, висящий над камином.

У Брайанны перехватило дыхание. Она смотрела... на саму себя? Нет, не совсем: ее лицо все-таки отличалось от лица на портрете, но она была так похожа на незнакомку, как могут быть похожи только мать и дочь.

– Мама... – тихо выговорила Брайанна.

– Портрет написан в тот же год, когда она познакомилась с твоим отцом, – объяснил граф. – Когда они сбежали из дому, портрет исчез. Мы думали, твой дед велел уничтожить его. Но после его смерти портрет нашелся на чердаке и был возвращен на прежнее место.

– Спасибо вам, – кивнула Брайанна. Еще минуту назад она боялась расплакаться, а теперь вдруг воспрянула духом. Ее мама, женщина, которая подарила ей жизнь и заботилась о ней первые восемь лет, вдруг обрела плоть, перестала быть только смутным воспоминанием и неясным шепотом. Она существовала на самом деле, жила в этом доме. И до сих пор с улыбкой смотрела с портрета на собравшихся в гостиной родных и друзей.

– Мы не могли поступить иначе, – ответила леди Констанс. – Твой дедушка поступил непорядочно. Этот дом принадлежал Дельфине, она имела полное право бывать здесь.

Но не бывала – только однажды привезла сюда мужа и дочь.

Длинный коридор, сгущающиеся тени в углах... свет в дальнем конце... запах корицы...

«Какое милое дитя... вылитая мать... гадкий старик...» «Тсс, Брайди, придержи язык...»

– Присядь, дорогая, – мягко предложила леди Констанс, но Атрей уже усаживал Брайанну на ближайшую кушетку.

Она села и только тут заметила, что удерживает его за руку. Вспыхнув, она разжала пальцы. Ее взгляд упал на аппетитные блюда, расставленные перед ней на низком столе, и она не упустила случая сменить тему: – У вас, должно быть, замечательная кухарка.

Собираясь разливать чай, леди Констанс закивала:

– Ну разумеется! К слову сказать, слуги, которые давно служат здесь, горят желанием познакомиться с тобой, детка. Видишь ли, они знали твою мать, вот им и не терпится увидеть, какой ты выросла.

– И я была бы рада познакомиться с ними, – тихо призналась Брайанна.

– Превосходно! Значит, после чая? – предложила леди Констанс.

Брайанна кивнула. Неспешная застольная беседа продолжалась. Граф Холлистер поинтересовался впечатлениями Атрея о Лондоне, оба увлеклись. Брайанна рассеянно слушала их, но голос Атрея заглушали другие, незнакомые, голоса.

« Эдвард, мы должны попытаться...

– Должны, но я не хочу, чтобы ты пострадала...

– Ради Брайанны, ради ее наследства...

– Сын французской потаскухи... да как он осмелился... моя дочь...

– Отец!»

– Уилкокс не французская фамилия, – невольно произнесла Брайанна вслух голосом, который даже ей самой показался странным.

– Что ты сказала? – не поняла Кассандра.

– Уилкокс не французская фамилия, – нехотя повторила Брайанна и добавила, обращаясь к хозяевам дома: – Простите, вы, наверное, удивлены. Должна признаться, что однажды в детстве я уже побывала здесь. А нынешний приезд пробудил давние воспоминания.