Сэнди Хингстон - Безрассудная леди

Она оглянулась и увидела, что напавший на нее чужак, пошатываясь, гонится за ней. Подумав, что он, вероятно, хочет отобрать у нее кошелек, Татьяна бросила его через плечо как можно дальше, но он даже не замедлил движения. «Беги и не останавливайся!» — приказала она себе. Впереди должна быть беседка, дальше газон, за которым начинались цветники, — там кто-нибудь ей обязательно поможет.

На повороте к беседке Татьяна заметила двух пожилых дам, которые при виде ее открыли рты от изумления. «Помогите!» — крикнула она. За ее спиной совсем близко слышалось тяжелое дыхание бегущего человека. На лбу у нее выступила испарина. Будь проклят этот корсет, который не позволяет ей дышать. Не хватает только лотерять сознание.

Вдруг синее небо, деревья — все закружилось…

— Татьяна! — Сильные, надежные руки подхватили ее. Она почувствовала запах лошадей и кожи — бодрящий, как первый снегопад…

— Лукас?

— Все в порядке. Ты со мной. Не разговаривай, отдышись сначала.

— Там… за мной гонится мужчина…

— Уже нет. Он убежал.

— Он… он…

— Не пора ли успокоиться? — бесцеремонно прервал ее Лукас.

Татьяна заплакала.

Он хлопнул ее по щеке. От неожиданности она замолчала и испуганно уставилась на него своими зелеными глазами.

— Ну вот так-то лучше. — Лукас вытащил из жилетного кармана фляжку и заставил девушку сделать глоток. Бренди обожгло ей горло, зато у нее восстановилось дыхание.

— А теперь расскажи, что случилось.

— Я гуляла с Сюзанной, потом мы встретили мистера Паркера, и они пошли вперед, а я стала ждать Каррутерс. Ждала, ждала, а она так и не появилась…

— Каррутерс прибежала домой и была очень встревожена. Кажется, она остановилась, чтобы поглазеть на фокусника, и потеряла вас. Я же предупреждал, что не следует брать в горничные такую растяпу.

— Она не виновата! Откуда ей было знать, что на меня нападут?

— Если бы у нее была хоть капля здравого смысла, то она бы догадалась.

— Так за мной гнался вор?

Рука, державшая ее, сжалась крепче.

— Тебя это удивляет?

— Когда я бросила ему кошелек, он даже не остановился, чтобы поднять его!

— Ты, кажется, ударила его? Как тебе это удалось?

— Я… — Она не могла заставить себя произнести это, поэтому продемонстрировала наглядно. — Вот так. Когда он подбежал ко мне, я ударила его изо всех сил.

Лукас отнюдь не счел это неприличным и громко рассмеялся.

— Это вовсе не смешно. Если ему не был нужен мой кошелек, то что тогда?

— Ума не приложу. — Лицо Лукаса помрачнело.

Опираясь на его руку, Татьяна приподняла юбки, чтобы осмотреть чулки.

— Испорчены, — сказала она. — Жаль, совершенно новая пара.

— А где твои туфли?

— Валяются где-то на дорожке вместе с моей шляпкой. Вы, наверное, захотите поискать ее — она обошлась вам в четырнадцать фунтов!

— Неужели ты думаешь, что меня это волнует… — Он замолчал. Из беседки по направлению к ним шла женщина в платье из прозрачного шелка — ее рыжевато-каштановые волосы были зачесаны назад и прикрыты кокетливой шляпкой из фазаньих перьев. Ведя на поводке двух борзых, она опиралась на руку высокого седовласого джентльмена в сюртуке безупречного покроя и бриджах.

— Взгляни-ка туда, Джиллиан! — воскликнул джентльмен. — Никак это Стратмир со своей маленькой итальянской кузиной?

Леди Иннисфорд неумолимо приближалась к ним, и Татьяна поспешила отвернуться, смущенная своим видом: без шляпки, без туфель, платье в беспорядке, лицо блестит от пота.

— Нам надо вернуться и отыскать мои туфли и кошелек, а заодно найти Сюзанну, — быстро сказала она. — Сюзанна, наверное, с ума сходит от беспокойства.

Лукас удивленно вскинул брови.

— Ты готова снова вернуться в эти заросли?

— Колени при мне, так что всегда сумею защититься.

Он взял ее за руку.

— Пожалуй, ты права. — Лукас рассмеялся и под неприязненными взглядами, исподволь бросаемыми на них леди Иннисфорд, повел ее по дорожке.

Глава 16

Поднявшись в свою комнату, Татьяна увидела Каррутерс. Несчастная служанка была сама не своя от страха.

— Теперь вы прогоните меня, — в полном унынии бормотала она, помогая хозяйке снимать одежду.

— Полно, дуреха, никто тебя не прогонит. Приготовь-ка мне лучше ванну.

— Все равно я потеряла место, — мрачно твердила Каррутерс. — Хозяин сам сказал мне это.

— А я говорю — нет! Каждый может совершить ошибку. В следующий раз ты будешь внимательнее, не так ли?

Девушка с готовностью закивала головой.

— Иди и приготовь мне ванну, да поторапливайся, не то я передумаю.

Каррутерс с непривычной скоростью выбежала из комнаты и вскоре доложила о том, что все готово.

Ванна действовала благотворно. Татьяна долго нежилась в пахнущей розами воде, пока не сообразила, что чуть не пропустила время ужина. Какие у них планы на сегодняшний вечер? Кажется, Далси что-то говорила относительно театра. Девушка поморщилась. Ей не хотелось поддерживать разговор с толпой скучных поклонников, к тому же у нее все еще болели ноги и ребра. Господи, а если бы Лукас не подоспел вовремя? Она вздрогнула, вспомнив блеснувшее в руке нападавшего оружие.

Графиня удивила ее, явившись к ней в сопровождении Смитерса с ужином на подносе.

— Лукас уже уведомил меня о том, что произошло в парке, — объявила она. — Учитывая все обстоятельства, тебе лучше провести спокойный вечер у себя в комнате. А теперь ты сама расскажи, что случилось, дорогая.

Татьяна взглянула на Смитерса — ей хотелось, чтобы он ушел, но слуга, повернувшись спиной, не спеша снимал крышки с блюд.

— Вор, миледи. Он набросился на меня, выскочив из кустов.

— Силы небесные! В Риджентс-паркс, средь бела дня! Он не ударил тебя, дорогая? Может быть, послать за доктором Трэвисом?

— Нет. Этот человек всего лишь напугал меня.

— Ну что ж, если ты уверена… я, пожалуй, предложу твое место в ложе леди Паркер — кажется, она сегодня ничем не занята.

— Это хорошее решение, — сказала Татьяна. — И если представится возможность, похвалите Сюзанну как достойную партию для ее сына.

Далси задумчиво склонила голову.

— Раз у них к тому идет дело, то я, разумеется, сделаю все возможное. Обожаю заниматься сватовством, несмотря на то что мои усилия в отношении собственного сына потерпели полное фиаско. И все-таки мне кажется, что он постепенно приходит в нормальное состояние. Сегодня, судя по всему, он опять уезжает куда-то играть в карты. Утром я видела на его письменном столе какое-то письмо из «Уайтса» и была бы очень рада, если бы он возобновил свое членство в этом клубе.

Графиня подошла к Татьяне и поцеловала в щеку.