Джейн Киддер - Если покинешь меня...

– Поэтому, – продолжил Шерман, – я пойду вам навстречу. Я подпишу приказ об освобождении мисс Будро… при условии, что молодая леди примет ваше предложение и покинет Юг. И предупреждаю вас о том, что она не должна также предпринимать попыток вернуться или наладить контакты со своей семьей или друзьями до окончания войны. Это понятно?

– Да, сэр, – отчеканил Стюарт, изо всех сил стараясь не показать своей радости.

– Если мисс Будро откажется выйти за вас замуж, она предстанет перед судом и понесет заслуженное наказание, как это и предполагалось ранее, – заявил генерал.

– Да, сэр, – поспешно согласился Стюарт.

– Итак, капитан, вам остается только убедить молодую леди, что лучше ей выйти замуж за вас, чем быть повешенной, – генерал улыбнулся.

– Я постараюсь, – кивнул Стюарт.

– И вы надеетесь, что вам это удастся? – скептически заметил Шерман.

– Надеюсь, генерал, – ответил Уэлсли.

– Я тоже на это надеюсь. И буду следить за развитием событий, – сообщил командующий.

– Спасибо, сэр, – поблагодарил генерала Стюарт.

На сухощавом лице Шермана заиграла лукавая улыбка.

– Вы свободны, капитан. Идите к своей леди, а я пока подготовлю приказ, – сказал он.

Стюарт нахлобучил шляпу и торопливо отсалютовал, мечтая поскорее оказаться за дверью, когда вдруг услышал:

– Капитан!

– Да, сэр? – Остановившись на пороге, Стюарт с опаской взглянул на Шермана.

– Желаю счастья! – громко произнес генерал.

– Лучше пусть меня повесят, – прозвучал ответ.

– Что?! – Стюарту показалось, что он ослышался.

– Вы все хорошо слышали. Лучше пусть меня повесят, – голос девушки был звонким и четким.

У Стюарта на скулах заиграли желваки. Он был зол и расстроен одновременно. Не такого ответа он ждал. Ошарашенно глядя на Клэр, он не понимал, шутит она или говорит серьезно. Неужели она отказала ему? Как она посмела?! После разговора с генералом Шерманом он несся в форт Макаллистер сломя голову, чтобы поскорее сообщить ей радостное известие и сделать предложение, но такого он не ожидал… Собственное признание в любви к Клэр, о чем он неожиданно заявил генералу Шерману, для самого Стюарта было откровением. Но чем больше он думал о ней, тем яснее понимал, что действительно хочет жениться на мисс Будро. И хочет этого больше всего на свете. Несмотря на предупреждения генерала, что Стюарт может нарваться на отказ, он все же не ожидал, что маленькая упрямица-южанка откажет ему, утверждая, что предпочитает смерть браку с ним!

– Вы ведете себя глупо! – заявил Стюарт, стараясь держать себя в руках.

– Возможно, – ответила Клэр, упрямо тряхнув головой, – но я сама распоряжаюсь своей жизнью и сама решу, идти на гибель или спасаться любой ценой. И вы должны знать, что я тысячу раз выберу смерть, нежели брак с янки.

– Клэр, – начал Стюарт, решив попробовать по-другому, – война скоро закончится, и больше не будет ни янки, ни конфедератов. Мы все будем просто американцами.

– Нет, – отрезала она, – мы никогда не будем «просто американцами». Может быть, когда-нибудь в далеком будущем, но не при нашей жизни.

Стюарт с досады стукнул кулаком по столу.

– Может, вы и правы, – сердито заговорил он, – но, ей-богу, мы никогда не станем единой нацией, пока не перестанем воспринимать друг друга как врагов!

– Но вы и есть наши враги! – парировала Клэр. – И никакое мирное соглашение этого не изменит. Вы с вашими генералами прошагали по нашей земле, убивая наших мужчин, насилуя наших женщин, сжигая наши дома, оставляя за собой одни руины! И вы ждете, что вам это простят?

Стюарт вскочил со стула. «Боже, какая же она упрямая!» – подумал он.

– Мы все должны простить друг друга, – спустя мгновение он снова попытался уговорить ее, заставить понять бессмысленность упрямства, – и забыть старые обиды. Но во многом вы сами виноваты. Первый выстрел в этой войне сделали южане, это Юг отказывался идти на компромисс, это бравые парни с Юга кричали, что хотят войны, – и они получили ее… и вдоволь навоевались. – Шагнув к девушке, Стюарт посмотрел на нее тяжелым взглядом, в глазах его сверкали молнии гнева. – А теперь, – сквозь сжатые зубы продолжал Уэлсли, – хотите вы этого или нет, Юг потерпел поражение. «Правое дело» погибло, и все мы должны попытаться простить друг друга и стать снова единой нацией!

– Прекрасно, – вспыхнула Клэр, тоже поднимаясь, – давайте объединяйтесь, прощайте, мой великодушный капитан, но только без меня!

Клэр резко повернулась, кинулась к двери и забарабанила в нее кулаками.

– Охрана! Охрана! Отведите меня в мою камеру, пожалуйста! – закричала она.

Дверь в ту же секунду открылась, и в нее просунулась голова встревоженного капрала – в недоумении он переводил взгляд с каменного лица Клэр на сердитое лицо Стюарта.

– Вы закончили, капитан? – робко спросил он.

– Да, – ответила Клэр, опередив Стюарта. – Мы закончили.

– Нет, мы не закончили! – загремел Стюарт. – Оставьте нас, капрал, и не смейте открывать дверь, пока я не позову вас. Ясно?

– Да, сэр, – дрожащим голосом отозвался солдат. Он с таким усердием кивнул головой, что казалось, она сейчас оторвется. – Только позовите, когда будете готовы.

– Идите! – рявкнул Стюарт, захлопнул дверь прямо перед носом перепуганного солдата и повернулся к Клэр: – Мы закончим, когда я решу, что мы закончили, мисс Будро, а вам лучше передумать, потому что вы не выйдете отсюда, пока мы не придем к согласию. Клэр, пытаясь сохранить достоинство, села на стул.

– Я вас ненавижу, – тихо сказала она.

– Я знаю, – вздохнул Стюарт, – но я также знаю, что всего неделю назад в этом самом здании вы поцеловали меня.

Клэр вскинула голову.

– Ах, вот из-за чего все это, капитан… – с сарказмом произнесла она. – По-видимому, той ночью вы приняли мою истерику за страсть… Мне очень жаль разочаровывать вас, но это была не страсть. Я поцеловала вас потому, что была сильно напугана, а вы пообещали помочь мне выбраться отсюда, вот и все.

Глаза Стюарта потемнели.

– Вы лжете, Клэр, – сердито проговорил он. – Это не был поцелуй благодарности за обещание помочь вам.

– Вы ошибаетесь, капитан, – не менее сердитым тоном возразила девушка.

Стюарт покачал головой.

– Не думаю, – тихо заметил он. – Я целовал достаточно много женщин, чтобы суметь отличить благодарность от страсти.

Клэр улыбнулась. Глядя Стюарту прямо в глаза, она заговорила с убийственной иронией:

– Ах да, как я могла забыть. Великий Стюарт Уэлсли – самый завидный жених в Бостоне. Какой, должно быть, удар по вашему самолюбию обнаружить, что на свете есть, по крайней мере, одна женщина, которая не умирает от любви к вам!