Джоан Вулф - Обман

Лорд Грейстоун не ответил, и я, вдруг вспомнив, что он в прошлом был офицером кавалерии, испугалась, что его обидели мои слова.

— Я только хотела сказать, что они не используют классическую посадку, — поспешно поправилась я.

— Когда герцог Веллингтонский был молодым, — сказал Адриан, — он обучался верховой езде в Анжере. Он всегда считал, что в английской кавалерии искусство верховой езды находится на весьма низком уровне.

Мой отец придерживался того же мнения, но я решила, что сейчас об этом лучше не упоминать.

— Слова герцога наверняка к вам не относились, — сказала я. Адриана явно позабавило то, что я так горячо отстаиваю его умение держаться в седле.

— Я стараюсь совершенствоваться, — коротко заметил он.

В это время мы проходили мимо старой сыроварни. Тень от ее стен закрывала прилегающий к постройке участок земли от прямых лучей солнца, и потому в этом месте на дорожке поблескивал нерастаявший лед. Я опустила глаза, внимательно глядя под ноги, чтобы не поскользнуться, и услышала, как Адриан сказал:

— Когда я был в Лиссабоне, я имел возможность поездить верхом в Королевском манеже. Для меня это было настоящим открытием.

Я подняла голову и встретилась с ним глазами. Он улыбнулся. Улыбка была какой-то особенной. Никогда раньше я не видела на его лице ничего подобного. И сердце мое странно екнуло.

— Я привез с собой лузитанского жеребца, — добавил Адриан.

От удивления я раскрыла рот. Лузитанская порода лошадей являлась национальной гордостью Португалии. Ее выводили веками, и представители этой породы особенно легко поддавались дрессировке.

— Сюда, в Англию?! — воскликнула я.

Удивление мое было легко объяснить: португальцы очень строго следили за тем, чтобы лузитанские лошади не попадали за пределы их страны.

— Да, в свое поместье Грейстоун-Эбби. Вы должны как-нибудь заглянуть туда и покататься на нем верхом.

Глава 7

— Ваш брат рассердился, когда узнал, что вас отчислили из университета? — спросила я у Гарри, который впервые приехал с визитом в Лэмбурн после того, как пять дней назад здесь в первый и пока что в последний раз побывал Адриан.

Мы с Гарри, как обычно, сидели в библиотеке. Младший брат Адриана с завидным аппетитом уплетал обильно смазанные маслом оладьи миссис Ноукс. Я к ним даже не прикасалась: в последние пять дней аппетит у меня снова пропал. Проглотив очередной кусок, Гарри мрачно ответил:

— Нет, Кейт, он не рассердился. Он просто очень разочарован. Если бы он разозлился, мне было бы легче.

Я прекрасно его понимала.

— Разумеется, он надеется, что в следующем году я снова отправлюсь в Оксфорд, чтобы продолжить учебу. А пока буду заниматься с приходским священником, чтобы не отстать.

— Как вы думаете, у вас все же будет время, чтобы заняться поисками Пэдди? — с тревогой осведомилась я.

— Поиски Пэдди для меня стоят на первом месте, Кейт, — заверил меня собеседник, старательно поглощая оладьи.

Я почувствовала огромное облегчение. Меня серьезно беспокоил тот факт, что приезд Адриана каким-то образом помешает мне в проведении моего расследования.

— Вы видели вчерашнюю «Морнинг пост»? — спросил Гарри с набитым ртом.

— Нет, — ответила я. — Газеты приходят сюда с опозданием на несколько дней.

— Ну, Адриану-то их доставляют вовремя. — Гарри наконец разделался с оладьями и иронично приподнял одну бровь, как это делал его старший брат. Никогда раньше я не видела на его лице этого выражения. — Там в колонке светской хроники есть кое-что интересное.

— Может быть, вы скажете мне что именно или так и будете сидеть и ухмыляться? — спросила я, нетерпеливо постукивая ногой по ковру.

— Я вовсе не ухмыляюсь, — обиделся Гарри.

— Нет, ухмыляетесь.

— Нет, не ухмыляюсь.

Я зажмурилась и принялась считать в уме до десяти. Дойдя до восьми, я услышала шелест бумаги и, открыв глаза, увидела, что Гарри стоит около моего кресла, держа в руках газетную вырезку. Я сразу же увидела, что она именно из «Морнинг пост», и, наклонив голову, принялась читать.

«Кое-чем интересным», как охарактеризовал это Гарри, был первый абзац колонки под рубрикой «Говорят, что…» «Где же супруга некоего графа, который недавно вернулся из-за границы? — прочла я. — Соответствуют ли истине слухи о том, что граф в скором времени намерен с ней развестись? Если это так, то что же тогда будет с его политической карьерой?»

— О Господи! — С трудом оторвав глаза от газетных строк, я посмотрела на Гарри. — Ваш брат, вероятно, просто в бешенстве?

— Да, он в бешенстве, — подтвердил Гарри и, снова опустившись в свое кресло, развалился в нем, вытянув ноги к огню. — Адриан не любит, когда его к чему-либо принуждают, а Чарлвуд сделал это уже дважды.

— Вы считаете, что это дело рук Чарлвуда? — спросила я, взмахнув газетной вырезкой.

— Наверняка. А вы со мной не согласны?

— Да, наверное, вы правы, — убитым голосом признала я.

— Я сказал Адриану, что единственный возможный способ приструнить этого подонка — это создать вашему браку благопристойный фасад, — с удовлетворением сообщил Гарри. — И мне кажется, что он со мной согласился.

— Что значит «придать вашему браку благопристойный фасад»? — устало спросила я.

— Сделать его реальным, разумеется. В конце концов, Кейт, я не вижу никаких причин, мешающих вам с Адрианом поладить. Оба вы молоды, оба привлекательны, оба с ума сходите по лошадям. — Мой собеседник улыбнулся ангельской улыбкой. — Все может получиться как нельзя лучше. Разве я не прав?

Чудовищная толстокожесть, проявленная Гарри, на какое-то время лишила меня дара речи. Должно быть, он догадался по выражению моего лица, что сказал что-то не то, потому что, взмахнув рукой, тут же добавил:

— Ладно, ладно, не заводитесь, Кейт. Я думал не столько об Адриане, сколько о вас. Ведь вам нужен дом, где вы могли бы жить.

Я раскрыла рот для ответа, но Гарри, не дав мне произнести ни слова, заговорил снова:

— Напрасно вы вбили себе в голову, что могли бы жить где-нибудь под одной крышей с этим вашим конюхом. Это невозможно. Вы леди, а леди не живут с конюхами. Для вас будет гораздо лучше, если вы останетесь жить с Адрианом.

Я выждала, чтобы убедиться, что Гарри наконец закончил свою тираду, а затем сказала:

— Возможно, для меня это и лучше, а для Адриана? Я вовсе не намерена удерживать его в узах брака, которыми его связали со мной в принудительном порядке!

— Это как раз самое лучшее из всего того, что с ним могло случиться, — упрямо продолжал гнуть свое Гарри. — Вы как жена гораздо больше ему подходите, чем эта леди Мэри, вся такая правильная и добродетельная.