Лори Макбейн - Дьявольское желание

Элисия, задохнувшись, замолчала, сконфуженная собственным порывом и ошеломлением маркиза ее яростными нападками. Он даже против обыкновения несколько растерялся, но она решила не извиняться: это была лишь простая самозащита.

— Туше![3] — с удовольствием рассмеялся сэр Джейсон, которого их перепалка несказанно позабавила. Он зааплодировал, заставив щеки Элисии запылать от чувства неловкости. — Ну и ну, вы поистине задали маркизу головомойку, а этого, готов поручиться, отродясь никто не делал. Не так ли, милорд? — Он продолжал улыбаться. — Простите меня, мисс Димерайс, за то, что являюсь представителем пола, который вы так презираете, и разрешите продолжать и дальше наслаждаться вашим очаровательным обществом. — Он говорил преувеличенно умоляющим тоном, и лукавые искорки мелькали в его голубых глазах.

Обстановка разрядилась, и сэр Джейсон обратился к маркизу:

— Тривейн, вы когда-нибудь встречали родителей мисс Димерайс?

— Если память мне не изменяет, я раз или два имел удовольствие встречаться с вашими родителями. Они, по-моему, редко наезжали в Лондон. — Лорд Тривейн помолчал. — Но я отчетливо помню вашу мать. У вас волосы такого же цвета, как у нее.

Маркиз с любопытством разглядывал ее, словно вынуждая почувствовать, что иметь такой цвет волос — преступление. Она невольно пригладила яркий локон и решила, что ей совершенно безразлично, одобряет ее этот заносчивый аристократишка или нет.

К счастью, тут появился Тиббитс с обеденным подносом, и она, с облегчением извинившись, занялась едой. Элисия с аппетитом поглощала поданные ей яства: пышный пирог с голубями, ломтик говядины с зеленым горошком, нежным и сладким. Все было очень вкусно и показалось ей просто пиром, настолько свыклась она за последние два года с простой и скудной пищей в доме тетки Агаты.

Тетя Агата! Что-то она поделывает сейчас? Наверное, проклинает ее, сотрясаясь от негодования своим костлявым, тощим телом. Но улыбка девушки погасла, едва появившись, когда Элисия припомнила, с какой безжалостной хваткой вцепились в ее плечи эти длинные острые пальцы. Да, если Агате удастся когда-нибудь ее найти, она с наслаждением постарается сурово наказать строптивую племянницу.

Нервно прикусив губу, Элисия уставилась невидящим взглядом на горячий пирог и задумалась, правильно ли поступила. Удастся ли ей найти работу в Лондоне, удастся ли…

— Невкусно? — раздался шутливый возглас, и, подняв глаза, Элисия увидела над собой улыбающееся лицо сэра Джейсона. Она решила, что он вполне приятный человек, несмотря на несколько жеманные манеры и пестрый, вызывающий наряд. Хотя надменный маркиз вызывал у нее отвращение, нельзя было не признать, что его одежда понравилась ей гораздо больше. Бледно-коричневый сюртук для верховой езды и туго облегающие мускулистые бедра бежевые лосины над блестящими, как зеркало, черными гессенскими сапогами… Никто бы не смог назвать его денди: наряд и резковатые, небрежные манеры это опровергали.

— Нет, все очень-очень вкусно, — возразила Элисия, глубоко вздохнув. — Знаю, что столько есть леди не подобает, но я ужасно проголодалась.

Сэр Джейсон не сводил с Элисии глаз, словно увидел призрак или какое-то другое необычное видение, в его бесцветных глазах появилась некоторая задумчивость.

— Неужели теперь, после смерти родителей, вы остались совсем одна на свете? — спросил он. — Должны же быть у вас какие-то родственники, у которых вы жили и которые тревожатся за вас?

— Да, у меня есть родственники, — коротко отозвалась Элисия и, ничего не добавив, снова принялась за пирог, обеспокоенная излишним любопытством сэра Джейсона. Чем меньше будет сказано о тете Агате, тем лучше.

Но казалось, сэра Джейсона ее ответы удовлетворили, потому что он встал и откланялся, загадочно заметив:

— Моя дорогая мисс Димерайс, сегодня исполнилось некое предсказание, которое нагадала мне цыганка, и я вам бесконечно признателен.

Элисия вежливо улыбнулась в ответ на это туманное высказывание, но была слишком утомлена, чтобы вдумываться в его смысл. Закончив обед, она тихонько поднялась из-за стола и покинула комнату, не потревожив джентльменов, которые склонились над маленьким столиком, поглощенные карточной игрой. Поднимаясь по шатким деревянным ступенькам, Элисия услышала, как дверь в гостиницу распахнулась. Она оглянулась через плечо и увидела тучного джентльмена, который, войдя, сбросил на узкую скамью у дверей свой забрызганный грязью и дождем плащ, громко позвал хозяина и направился к огню. Туда, где сидели покинутые ею джентльмены.

Пройдя по полутемному коридору, Элисия миновала несколько дверей и дошла наконец до комнаты, в которую Тиббитс, по его словам, поставил ее корзинку. Заперев за собой дверь, она внезапно почувствовала смертельную усталость. Девушка медленно стащила с себя платье, натянула ночную рубашку и без сил опустилась на кровать.

Она не рассчитывала на ночлег в гостинице, собираясь отправиться в почтовой карете прямо до Лондона. Теперь она вынула свою драгоценную горстку монет, которая таяла на глазах. Придется заплатить около пяти пенсов за милю да еще дать кучеру и верховому сопровождающему, который охраняет пассажиров от разбойников. Завтра предстоит оплата гостиницы, еды и остатка пути. Элисия надеялась растянуть ничтожную сумму до Лондона, но сомневалась, что останется на жилье, без которого никак не обойтись. Ладно, об этом она подумает уже в столице.

Элисия уже собралась погасить свечу, когда в дверь постучали. Приоткрыв ее, она увидела Тиббитса, стоявшего у порога с маленькой кружкой какого-то питья, над которой поднимался парок.

— С поклоном от сэра Джейсона, мисс, — произнес он, вручая ей кружку. — Джентльмен рекомендует вам для большего комфорта и лучшего сна.

— Спасибо, — пробормотала Элисия, с радостью принимая горячий напиток, — будьте так любезны передать сэру Джейсону мою сердечную благодарность.

Она закрыла дверь и, обхватив горячую кружку ладонями, подумала, согреваясь, что, возможно, слишком поторопилась с суждениями. Возможно, не все лондонские джентльмены негодяи, которых следует опасаться. Изумительное тепло сдобренного ромом напитка медленно растекалось по ее иззябшему телу. Чувствуя, как затуманивается голова, она забралась в постель и натянула одеяло. «Наверное, это действует ром, — смутно подумалось ей. — Я ведь не привыкла к горячительному». Зато теперь ей было тепло и уютно. Элисия завернулась в одеяло и погрузилась в глубокий сон.

Глава 5

Я встретил деву средь лугов,

Прекрасную, как фея.