Пенелопа Томас - Тайна

Легкий ветерок шелестел по болотным зарослям, наполняя воздух ароматом цветущего вереска. Местный пейзаж навевал мысли о прошлом, о первых древних обитателях Корнуэлла, которые строили низкие хижины, похожие на ульи, и хоронили своих сородичей под каменными глыбами кольцеобразной формы. У меня было страшное ощущение, что если свернуть на тропинку, по которой проходили овцы и пробегали кролики, она приведет меня в то далекое время.

Но я прогнала странные мысли и занялась Клариссой, стараясь, чтобы она запомнила названия диких цветов, попадавшихся нам на пути, — лютиков, красных лихнисов, пурпурных васильков. Я рассказала ей, что этот тип васильков не относился к колючим растениям, хотя и казался таким на вид. Когда мы дошли до большой проезжей дороги, у Клариссы уже были большие букеты в каждой руке, а неизменная наша спутница Матильда была вручена мне.

Урок ботаники был прерван появлением черной кареты с впряженной в нее темной лошадкой. Сурового вида человек и миловидная женщина сидели внутри экипажа. Женщина оживленно о чем-то болтала, а ее спутник хранил молчание. С того места, где мы находились, слова разобрать было трудно.

Мы посторонились и приветливо улыбнулись, пропуская карету, но при виде нас мужчина приказал кучеру остановиться. Карета встала как раз напротив, джентльмен высунул голову и приветствовал нас.

— Леди Кларисса, мое почтение, — он приподнял шляпу.

Его спутница смотрела на меня. Это было маленькое хрупкое создание с превосходным цветом лица и длиннющими ресницами. Я никогда раньше не видела таких красивых ресниц.

— Вы новая гувернантка? — спросила она, не дожидаясь, пока нас представят. Голос и взгляд выражали любопытство, но вполне дружелюбное.

— Это Джессами, — представила меня Кларисса. — Она не просто моя гувернантка, она почти моя двоюродная сестра.

Меня несколько смутило, что меня представили в таком значительном качестве, далеком от истины.

— Я воспитывалась в семье покойного брата лорда Вульфберна, — поспешила я прояснить ситуацию. — Теперь я приехала, чтобы позаботиться о Клариссе.

Джентльмен внимательно разглядывал меня, от его взгляда не укрылся мой траурный наряд. Видимо, я ему понравилась, он одобрительно кивнул, на губах появилось подобие улыбки.

— И очень хорошо сделали. Леди Клариссе нужен человек с чувством ответственности.

— Да, лорду Вульфберну ужасно не везет с гувернантками, — сказала я.

Он что-то пробурчал, но молодая леди остановила его, положив свою прелестную ручку на рукав его сюртука.

— Послушай, отец, не кажется ли тебе, что пора представиться?

Не дожидаясь ответа, она протянула мне руку:

— Я Сарра Пенгли, а это мой отец, сэр Рональд. Мы ваши ближайшие соседи. Пенгли Манор — наша усадьба — находится в пяти милях к востоку.

Сэр Рональд опять что-то пробурчал, но дочь легонько толкнула его в бок, и он сделал вид, что просто поперхнулся.

Мисс Пенгли продолжала:

— Вы должны прийти к чаю в воскресенье. И лорд Вульфберн тоже. Он всегда вел довольно замкнутую жизнь, но теперь его положение изменилось и налагает большие обязательства. Мы охотно поможем ему и будем рады его видеть.

Она взглянула на отца, он нехотя улыбнулся, как бы подтверждая ее слова. Голосом более твердым, чем можно было ожидать от женщины ее сложения, она сказала:

— Мы будем ждать вас всех в три.

— Боюсь, мое положение не дает мне возможность принимать приглашения за Его Светлость, — сказала я.

— Естественно, я пришлю официальное приглашение по почте.

— Я передам о Вашей любезности. Он обязательно уведомит, сможет ли посетить Вас в назначенный день.

Сэр Рональд многозначительно посмотрел на дочь, но она проигнорировала его взгляд.

— Если он не сможет быть, приходите вдвоем, окажите такую любезность. В наших местах так мало леди моего возраста, а мне бы очень хотелось иметь подругу.

— Если Его Светлость даст разрешение, мы с удовольствием придем.

Я не видела причин для отказа, но от лорда Вульфберна не приходилось ожидать только разумных решений. Нужно было пустить в ход все свои способности убеждать, чтобы заставить его дать согласие на этот визит. Для Клариссы было бы очень полезно оторваться на какое-то время от Холла.

Сэр Рональд и его дочь попрощались, и карета весело покатилась в восточном направлении. Мы смотрели ей вслед, пока она не скрылась из виду, а потом повернули к дому. Кларисса вприпрыжку бежала рядом со мной, весело болтая о том, что она наденет в гости и как было бы хорошо, если бы дочь сэра Рональда была ее возраста.

Когда мы пришли, я попросила вазу для диких цветов, собранных девочкой, потом пошла искать лорда Вульфберна. Встреча с сэром Рональдом и его приглашение давали хороший повод для разговора, заодно я намеревалась вновь поднять тему о собаках.

Предвидя трудный поединок, я чувствовала крайнее напряжение, но отступление было бы трусостью. Хотя в дверь постучала тихо, мне показалось, что звук громким эхом отозвался в каждом уголке коридора.

Прошло несколько секунд — ответа не было. Я повернулась, чтобы уйти, но тут вдруг сообразила, что если он чем-то занят, может вообще не обратить внимания на стук. Это было у него в характере — он не терпел, когда его прерывали или отвлекали от дела. Если так, то меня тоже не так легко было повернуть с избранного пути, я не собиралась проявлять подобострастия, как прислуга.

Я положила руку на ручку двери, осторожно повернула, дверь легко поддалась, и я вошла. До меня долетели какие-то слова. Голос принадлежал Его Светлости, но слов разобрать не удалось. Все еще стоя на пороге, я тихо произнесла: «Лорд Вульфберн, Вы здесь? Мне нужно поговорить».

Раздалось нетерпеливое рычание, я успокаивала себя, что оно исходит от собак.

— Милорд?

— Что Вы стоите в коридоре? Или заходите, или подите прочь.

— Но я явилась без приглашения.

— Однако, несмотря на это, Вы открыли мою дверь, — отпарировал он.

Я вошла. Занавесы были задвинуты, кабинет заливали солнечные лучи. Взглянув в сторону окон, я обнаружила, что они выходят как раз на развалины, почему-то меня это обстоятельство неприятно удивило, но почему точно, я не могла понять. Может быть потому, что всегда казалось — его окна должны выходить в сад или в сторону болот.

— Что случилось, почему Вы вторгаетесь без предупреждения?

Только тогда я увидела, что он не один. Около письменного стола стоял Уилкинс — брови насуплены, губы растянуты в оскале.

Сдержав себя, чтобы не сказать ему недобрых слов, я приветливо улыбнулась и обратилась к Его Светлости:

— Пожалуйста, извините за вторжение, но Вы сами настаивали, чтобы я сразу передавала поручения.