Барбара Картленд - Вор и любовь

Неожиданно к ней пришло ощущение, что все это время она пыталась запереть в узкую клетку прекрасную, редкостную птицу, которая просто умрет в неволе. Пусть уж лучше Дикс поживет своей жизнью в мире роскоши и красоты какое-то время, чем будет отбывать срок в тюрьме согласно общественным обычаям.

«А почему я так думаю? – опять задала себе вопрос Элоэ, немного раздраженно. – Я знаю, что правильно, и я знаю, что плохо. То, чем занимается Дикс, плохо, и он должен с этим покончить».

Она посмотрела в зеркальце заднего обзора. Сзади на небольшом расстоянии от нее, урча мотором, следовал красный «мерседес». У нее появилось внезапное желание остановить машину, подойти к нему и поговорить, сказать ему, что им так много еще надо обсудить, так много еще надо решить.

Но она понимала, что не осмелится остановиться, потому что, когда она окажется лицом к лицу с ним, она не сможет сказать ему всего, что хотела. Она представила, как он смотрит сверху вниз своими темными глазами в ее глаза, представила его улыбку, его касание руки, и поняла, что в такой миг она ничего большего не сможет ему предложить, чем слова – а слова были бессмысленны.

И тогда она поняла всю свою несостоятельность, всю свою беспомощность и всю тщетность своих усилий. Слезы покатились по ее щекам. Она сердито смахнула их.

Они въехали в Бейонн, пересекли мост над рекой, и затем справа она увидела указатель с надписью «Биарриц». Она обернулась назад.

Красный «мерседес» все еще следовал за ней, и она свернула на дорогу, окруженную с обеих сторон соснами. Море было по правую руку от нее – темно-зеленое с золотыми и ярко-малиновыми бликами, играющими в великолепии заходящего солнца. Казалось, оно сверкало и искрилось так, что Элоэ было трудно отвести от него глаза, чтобы следить за дорогой. Сосны справа простирались вниз и уходили в пески.

Перед ее глазами промелькнули ярко окрашенные виллы, спрятанные среди деревьев, а затем дорога вывела ее на открытое пространство и ее взору показались маяк, отели и дома Биаррица.

Все было именно так, как она себе представляла – Биарриц расположился вдоль берега моря небольшим полукружьем, красочный и красивый, а позади рисовались Пиренеи с их заснеженными вершинами.

Инстинктивно она притормозила и обернулась назад.

На какой-то миг она не могла поверить тому, что увидела. Она подкатила автомобиль к стоянке и развернулась всем корпусом, жадно всматриваясь в пыльную белую дорогу позади нее.

Не было больше красного «мерседеса», следующего за ней. Никого и ничего больше не было на дороге!

Глава 6

Лью была в своей спальне и переодевалась к ужину, когда клерк из приемной провел Элоэ в апартаменты. Она развернулась от туалетного столика и протянула вперед руки с неподдельным возгласом восхищения:

– Элоэ! Я так рада тебя видеть. Я думала, ты никогда не приедешь.

– Я приехала настолько быстро, насколько это было возможно, – ответила Элоэ. – У меня была небольшая проблема с машиной в Аленконе, иначе бы я приехала сюда еще раньше.

Когда она это говорила, ей самой стало интересно, насколько это было правдой. Однако Лью не интересовали детали ее путешествия.

– Ты доставила багаж в целости и сохранности? – спросила она.

– Его сейчас поднимают наверх.

– Я молила Бога о том, чтобы ты как можно скорее приехала. Кажется, мы здесь поразвлечемся. Мама откопала целую кучу друзей, и мы уже завалены приглашениями на ужины и обеды.

– Я так рада, – улыбнулась Элоэ, а затем добавила, раздираемая любопытством: – А как насчет «дука»?

– От него пока нет известий. Мама рвет и мечет от ярости, но сама она в этом ни за что не признается. Конечно, большинство наших знакомых здесь – американцы, поэтому они не могут нам сообщить хоть какую-то информацию.

Элоэ уже собиралась расспрашивать дальше, но тут открылась дверь и в комнату вошла миссис Деранж.

– Жанна сказала мне, что ты здесь. Как дела, Элоэ. Ты доставила багаж в целости и сохранности?

– Совершенно в целости.

– Я надеюсь, ты не забыла машинопись, – продолжала миссис Деранж. – Моя секретарь прислала мне гору корреспонденции из Нью-Йорка, но я даже и не пыталась вскрыть хотя бы одно письмо до твоего приезда.

– Мы все это рассортируем завтра, – сказала Элоэ с улыбкой.

– Но, может, у тебя найдется время просмотреть хотя бы часть почты сегодня вечером? – после минутного колебания спросила миссис Деранж.

Элоэ ничего не ответила. Неожиданно она почувствовала, насколько она устала. И дело было не только в усталости от напряженной езды, но и во всем том, что она пережила за последние сорок восемь часов, включая и то опустошение в душе, которое она почувствовала после того, как Дикс покинул ее, не попрощавшись. Наконец она осознала, что миссис Деранж ждет от нее ответа.

– Да, да, конечно, – сказала она. – Я сделаю все, что смогу.

– Ты найдешь всю почту в гостиной, – продолжала миссис Деранж. – Однако я попросила установить письменный стол в твоей спальне. Тебе будет удобнее работать там.

– Благодарю вас, – сказала Элоэ. Она слегка вздохнула и повернулась к двери. – Сейчас, если вы мне позволите, я хотела бы попасть в свою комнату. Я целый день была в пути, и мне необходимо переодеться и принять душ.

– Я хотела бы обсудить с тобой еще одну-две вещи перед тем, как мы спустимся к ужину… – начала миссис Деранж.

Но тут вдруг Лью впервые проявила чуткость, осознав насколько Элоэ была уставшей.

– О, оставь ее в покое, мама, – сказала она. – Разве ты не видишь, в каком она состоянии? Это же было целое путешествие, если призадуматься.

Миссис Деранж хватило такта, чтобы принять смущенный вид.

– Может быть, тебе лучше сегодня отдохнуть, Элоэ, – сказала она. – Ужин тебе принесут. Не забудь, это входит в услуги отеля, таковы здесь условия пансиона. Это очень дорогой отель.

– Что мы прекрасно можем себе позволить, – сказала Лью из-за своего туалетного столика, манерно растягивая слова.

Миссис Деранж предупреждающе на нее взглянула.

– Ни к чему быть экстравагантной, Лью. Как я тебе уже неоднократно говорила, мы, может быть, и богаты, но твой отец зарабатывал каждый десятицентовик тяжелым трудом.

– Чепуха! – не унималась Лью. – Ему улыбнулась удача, и ты об этом знаешь. А если ты будешь продолжать вести разговоры в подобной мелочной манере, «дук» может подумать, что у нас вообще ни на что нет денег.

– Кстати, ты напомнила мне. Мы должны спросить внизу, нет ли письма для нас. Я не доверяю этому портье в холле. Он настолько глуп, что может перепутать нашу фамилию с чьей-либо еще. Я почти уверена, что герцогиня уже могла ответить нам к этому времени.