Кристина Додд - Непокорная невеста

— Благодарю, Леймон, — кивнула Джулиана молодому человеку. А затем, вымученно улыбнувшись, сказала гостям: — Как видите, я не настолько уж безответственна.

Хью несколько смешался и с низким поклоном сказал:

— Тысяча извинений, миледи. А то я уж не знал, что и думать. — Он покосился на сэра Джозефа.

— Добро пожаловать, — пригласила Джулиана. — Располагайтесь, а я займусь детьми.

Девочки дрожали от холода. Джулиана хлопнула в ладоши, и служанки тут же притащили большую деревянную бадью, разогрели воду, стали готовить ванну. Дагна закрыла бадью раздвижной ширмой, которая в обычное время отделяла постель хозяйки от остального зала. По вечерам, когда Джулиана укладывалась спать, ширму раздвигали, а утром снова сдвигали.

Предоставленные самим себе, мужчины перестали обращать на женщин внимание.

Хью с важным видом подошел к пылающему огню. Коротышка Феликс последовал за ним. У него была странная привычка — он все время покачивал головой, словно прислушиваясь к чьему-то невидимому голосу. Сразу было видно, кто в этой парочке кукольник, а кто марионетка.

— Эй ты! — обернулся Хью к Раймонду. — Иди сюда, помоги мне снять доспехи.

Он протянул к Раймонду руки в кованых рукавицах.

Как и все рыцари, Раймонд в юности служил оруженосцем. Поэтому он хорошо разбирался в доспехах и снять их не представляло для него ни малейшего труда, так что Хью, очевидно, желавший наставить невежу на место, просчитался.

Глядя на Раймонда, Феликс презрительно фыркнул:

— Какой он грязный.

— Это мягко сказано. — Хью скривился. — Да от тебя несет, дружище.

— Это обычная грязь, милорд, — ответил Раймонд, глядя ему с вызовом в глаза. — Не то что навоз, которым несет от вас.

Кейр страдальчески застонал, а Хью размахнулся, чтобы ударить наглеца, но взгляд Раймонда заставил его замереть.

— Да кто ты такой? — прошептал барон.

Раймонду ужасно хотелось представиться наглецу всеми своими титулами, однако делать этого не следовало — ведь он еще не успел добиться у Джулианы взаимности. Барон Холли, судя по всему, был не семи пядей во лбу. Одурачить его будет нетрудно. А Джулиана — это не просто невеста, это тайна, которую необходимо разгадать, и тут торопиться нельзя.

— Я королевский зодчий, — сказал Раймонд.

Хью опустил кулак, однако враждебности в его взгляде не убавилось. Откуда столько ненависти к человеку, которого барон видел впервые? Должно быть, Хью уловил в поведении Раймонда вызов.

— Принесите теплой воды, — сказал барон, а когда слуги не сразу кинулись выполнять его приказ, прикрикнул: — Горячей воды, я сказал!

Валеска заметалась по залу, квохча, как курица:

— Горячей воды, горячей воды! Горячей воды для мастера Раймонда.

Хью насмешливо наблюдал, как Валеска в сопровождении слуг тащит из кухни ведра с водой.

— Это твоя мать? — спросил он у Раймонда.

— К сожалению, нет.

Раймонд принялся мыть руки, блаженно жмурясь от удовольствия. Затем вытерся полотенцем и добавил:

— Моя мать — уродина.

Валеска порозовела от удовольствия, а Феликс ухмыльнулся. Старуха протерла влажной тряпкой лицо Раймонда и вполголоса сказала:

— Внизу много горячей воды. Тебе бы надо сегодня побриться.

— Почему?

Она покосилась на высокого рыцаря и прошептала:

— Он красивый мужчина.

Раймонд внимательно посмотрел на Хью и кивнул:

— Ладно, побреюсь.

— Покажи-ка руки, — приказал барон. Раймонд сунул ему ладони прямо под нос.

— Теперь другое дело, — кивнул Хью. — Ногти, правда, грязные, но тут уж ничего не поделаешь. Ремесленник есть ремесленник.

Ухмыльнувшись, Раймонд стянул с него рукавицы и с преувеличенным интересом посмотрел на не слишком чистые ногти барона.

Хью рявкнул на него:

— Помоги снять кольчугу!

Кованый колпак снять было легко. Под ним обнаружилась лысина, украшенная парочкой живописных шрамов. Судя по всему, барон Холли был воякой бывалым, и Раймонд впервые почувствовал к нему нечто вроде уважения.

— Ты уж извини, что я на тебя внизу с мечом накинулся, — с фальшивым сожалением в голосе произнес Хью. — Просто леди Джулиана и ее семья мне не чужие. Я чувствую за них ответственность.

— Ответственность?

— Мы выросли вместе. Я люблю эту маленькую трусиху.

Феликс встрепенулся:

— Я тоже с ней вырос. И тоже ее люблю.

Раймонд не обратил на коротышку внимания, да и Хью тоже. Соперники разглядывали друг друга. Раймонд держал в руках шлем, рассеянно дергал его за кожаные ремешки.

— Вы назвали ее трусихой, милорд?

— А как же еще ее называть? Ты не можешь себе представить, но она ни разу не съездила в свой второй замок. Боится.

— На трусиху она не похожа, — заметил Раймонд, вспомнив, как храбро билась с ним Джулиана во время метели.

Хью снисходительно рассмеялся:

— Уж можешь мне поверить. Она оставила замок Бартонхейл на попечение сэра Джозефа. Это он следит за обороной крепости, ведет там хозяйство. Сколько раз я говорил ей, что нельзя всецело доверяться такому дряхлому старику, но она меня не послушала.

— Ага, стало быть, она не прислушивается к вашему совету, — с соболезнованием в голосе вставил Раймонд.

— Почему же? Я даю ей советы уже много лет.

Кожаный ремешок лопнул в руках Раймонда. Хью промолчал и лишь улыбнулся.

— К моим советам она тоже прислушивается, — сказал Феликс.

— Могу себе представить. — Раймонд отшвырнул оторванный ремешок в сторону. — Раз вы так давно знакомы с леди Джулианой, вы наверняка знали и ее мужа.

Хью небрежно махнул рукой:

— Миллард был хилым и болезненным мальчишкой. Даром что богат. Он смог сделать Джулиане только дочерей. С такой страстной женщиной ему было не совладать.

Значит, дело в тебе, барончик, подумал Раймонд. Это ты погубил репутацию Джулианы. Должно быть, вы были любовниками. Но с этим покончено. Теперь Джулиана принадлежит только ему, Раймонду. И если этот красавчик нанес ей обиду, он горько пожалеет об этом.

— Мы с Джулианой вместе выросли, — повторил Хью. — И с детства любили, друг друга.

Раймонд с удовольствием опустил бы шлем на голову рыцаря, однако, его с детства приучили относиться к доспехам с почтением. Не сдержавшись, Раймонд сказал:

— Детская привязанность как песочные часы. Когда наполняются мозги, сердце опустевает.

— Ты слишком умен для простого зодчего, — заметил Хью, видя, что Раймонд механически осматривает шлем — нет ли на нем вмятин и повреждений. — К тому же я вижу, что ты привык иметь дело с доспехами.

Раймонд протянул шлем Кейру:

— Почисть его и смажь маслом.

— Откуда строитель крепостей может обладать знанием о рыцарском снаряжении?