Фабио - Викинг

– О, Боже! Я был таким драчуном? – воскликнул Виктор, с удивлением узнавая про себя такие подробности.

На лице Свена появилось растерянное выражение, потом он уклончиво ответил:

– Может быть… А потом, Альтинг Исландии постановил, что вы оба, Эйрик и ты, должны быть объявлены вне закона.

– Что это значит?

– Никто не смеет давать вам кров, зато любой мужчина может безнаказанно убить вас в любую минуту. И твои родичи не имеют права мстить за это.

Виктор присвистнул.

– М-да, милый закон. Ну и что произошло затем?

– А затем внутри клана Эйрика начались стычки и междоусобицы, и тогда вы с ним решили разделить своих воинов. Часть людей вместе с ним поплыли в Гренландию, а другие последовали за тобой на юг, в Ванахейм.

– А Вольфгард? Как он тут оказался?

– Его тоже изгнали из Исландии за то, что он угнал чужое стадо и, к тому же, обесчестил жену соседнего конунга.

– Неприятный парень, да? – хмыкнул Виктор.

– Это так, – согласно кивнул Свен. – И с тех пор как Вольфгард со своими воинами поселился на берегу фьорда, наши кланы непрерывно воюют.

– Он часто совершает свои набеги на наши земли? – Виктор теперь смотрел в том направлении, где остров прорезался фьордом.

– Как когда… Иногда мир длится несколько месяцев, а иной раз Вольфгард совершает нападения по два раза в день, как это случилось вчера.

– Значит мы должны быть всегда наготове, – озабоченно произнес Виктор Храбрый.

– Да, ярл. Но не тревожься. Наши сторожевые посты стоят вдоль всего фьорда и предупредят нас, если только враги вздумают напасть снова.

– Да, это мудрое решение…

Свен немного помолчал, словно не отваживаясь сказать о чем-то, что его очень мучило, а затем сурово сказал:

– Однако, ярл, ты тоже должен быть готов вести нас в бой, даже пусть ты и утратил не только память, но и свои воинские навыки, если судить по тому, что мы видели прошлой ночью. Неважно! – викинг ободряюще улыбнулся своему вождю. – Мы после полудня каждый день практикуемся, сражаясь на мечах, так что, я думаю, ты быстро восстановишь свои навыки. А я и другие воины с радостью тебе поможем. Возможно, новое нападение Вольфгарда не заставит себя долго ждать, и ты должен быть готов повести воинов за собой и принять вызов любого врага с храбростью и силой, достойными великого Виктора Храброго.

До Виктора только сейчас дошло, какая ему уготована участь, и он даже вздрогнул при мысли о том, что это именно он должен будет возглавлять своих воинов в битвах, подобных тому кровавому месиву, свидетелем которого он вчера оказался. Да уж, конечно, если придется остаться здесь, в этом времени, ему следует научиться себя защищать. Только тогда, может быть, у него появится шанс каким-то образом научить этих воинственных людей жить в мире, не только с членами своего клана, но и с людьми из племени Вольфгарда. Виктор снова дал себе слово, что сначала улучшит свое положение среди этих людей, побольше узнает о норманнском обществе и завоюет доверие своего собственного народа.

Наконец, оба мужчины вновь направились к дому конунга, и, когда они уже подходили к двери, внезапно в голову Виктору пришла любопытная мысль, и он спросил:

– Скажи мне, Свен, – я очень отличаюсь от себя прежнего?

Побратим задумчиво посмотрел на своего вождя.

– Раньше, ярл, у тебя была длинная борода. Наверное, ты ее потерял в Валгалле вместе с памятью. А во всем другом ты совсем такой же, как и раньше.

– Как именно я умер? – затаив дыхание, задал новый вопрос Виктор. Свен засмеялся.

– Надо же, ты даже это забыл! Виктор нетерпеливо кивнул, и тогда викинг рассказал:

– Ты умер вчера, по вечерней поре, после того как мы отразили первое нападение людей Вольфгарда.

– Ах, вот как! Я так и думал…

– Мы победили, ты убил того, кто напал на тебя, но сам был очень изранен и весь истекал кровью. Спустя несколько мгновений, после того как берсеркеры уплыли на своем дракаре назад, ты испустил дух. А когда настала ночь, мы возложили тебя на погребальную ладью и проводили в Валгаллу.

Совсем, как в фильме! С точностью до деталей! Виктор не удержался и, чувствуя, что сейчас узнает что-то удивительное, находящееся за гранью реальности, спросил:

– А ты… а вы не заметили в этот момент ничего… необычного?

Свен пожал плечами.

– Да нет… Ветер был сильный, но ладья долго не загоралась. Она отплывала все дальше в море. А потом внезапно стало очень светло, как днем, и мы увидели, что она охвачена ослепительным пламенем. Да вот еще… В этот момент раздался какой-то громкий удар. Мы еще подумали, что это Тор подает сигнал. А потом мы увидели тебя.

Мужчины помолчали несколько секунд и Виктор спросил:

– Выходит, когда воины Вольфгарда вернулись, они не знали, что я только что возвратился из мертвых?

– Пожалуй так. Когда они отступили в первый раз, ты еще был жив.

– Но мне показалось, что Рейна об этом знала, – тихо, как будто самому себе, сказал Виктор, и его спутник удивленно посмотрел на своего ярла.

– Ты хочешь сказать, что Похитительница знала о твоем возвращении из Валгаллы?

– Похоже так… – растерянно предположил конунг.

– Знает она об этом или нет, не так уж важно. Я уверен, что эта новость и так, скоро разнесется по всему острову. – Свен задумчиво потер подбородок. – А вообще-то мы уже давно подозревали, что среди нас завелся предатель, и этот негодяй тайно сообщает Вольф гарду обо всем, что происходит в нашем поселении.

– Неужели это правда?

Голубые глаза Свена засветились гордостью и восторгом, и, победно улыбнувшись, воин воскликнул:

– Но на этот раз предатель окажет нам большую услугу.

– Каким образом?

– Он расскажет о твоем возвращении из Валгаллы, и сердца врагов наполнятся страхом. Никогда прежде ни одному витязю не удавалось одолеть ангела Смерти и по Радужному мосту вернуться обратно в Мидгард. Я уверен, что ты достигнешь великой славы, вселишь ужас в людей Вольфгарда. Виктор кивнул:

– Будем надеяться. В любом случае, нам сейчас больше не на кого полагаться, правда?

Свен хлопнул своего ярла по плечу так, что тот едва удержался на ногах:

– Не беспокойся. Ты скоро опять все вспомнишь. Через пару дней мы устроим великий пир в честь твоего возвращения из царства мертвых, будем пить мед, принесем в жертву Одину ягнят и на мягких животах рабынь встретим рассвет.

– Пить мед, жертвовать животных и насиловать рабынь? – переспросил Виктор с грустной улыбкой. – О, Тор! Я жду не дождусь!

Викинг подтолкнул его локтем и ухмыльнулся.

– Если только мед будет крепким, то нам придется крепко попросить Локи, чтобы он помог нам не растеряться в это время. Иначе мы можем перепутать и принесем в жертву рабыню, а ягненка разложим на лавке!