Шарлотта Армстронг - Лучезарно-голубое

– Но если булавка Кейт была в кармане Макколи, то булавку Натаниэля могли взять только из сейфа! – воскликнул Джонни. – Каким образом?!

– Хороший вопрос, – вздохнул адвокат. – В свое время я размышлял, не могла ли сама старуха подобрать эту булавку с пола.

– И таким образом подставить Макколи?

– Защитить Натаниэля. Она очень властная особа, а Натаниэль был ее любимцем. Отец терпеть его не мог. Зато она… Она нянчилась с ним изо всех сил. Иногда мне казалось, что она любила Натаниэля даже больше, чем своего собственного сына, Барта-младшего. Забавно. Натаниэль был еще тот парень. Он всегда врал.

– Врал?

– До смерти боялся отца. Поэтому ему и приходилось врать. В некоторой степени его вынуждали на это. Старик съел бы его живьем. Для такого слабовольного человека, каким был Натаниэль, ложь была единственным способом существования.

– Значит, Макколи осудили благодаря совпадению и вранью?

– Кто-то, безусловно, врал. Но я не говорю, что Макколи невиновен. Я не знаю.

– А как насчет этого парня? Дика?

– А, это, – сказал Маршалл. – Это теория сестры Макколи. Довольно трудно поверить, что такую вещь мог совершить пятнадцатилетний подросток.

– Что он был за парень?

– Дикий парень. Но вовсе необязательно, что все необузданные подростки оказываются такими плохими. Помню, мне даже пришлось запретить дочери встречаться с ним.

– Почему, сэр?

– Потому что он был таким необузданным. Гонял по всей округе на машине, что в его возрасте не следовало бы. Это единственный раз, когда я употребил родительскую власть. Но Бланш нормально к этому отнеслась.

– Бланш! – Джонни был крайне удивлен.

– Моя дочь вышла замуж за Барта-младшего, – сказал адвокат. – Разве вы не знали?

– Нет, не знал, сэр.

– Барт – нормальный парень, – адвокат забарабанил пальцами по столу. – Лучше бы Дик не возвращался.

– Почему, сэр?

– Даже не знаю.

– А где он был?

– После того как его выгнали из колледжа – уже не помню, из-за чего, – он скитался по всей стране. Поступил в морской флот и ушел оттуда. Перепробовал все на свете. Работал каким-то клерком на большом лайнере. Нигде не задерживался надолго. Появился здесь полтора года назад. Заискивал перед дедом. Но старик не включил его в завещание. Доля Натаниэля перешла к старухе.

– Дик был разочарован?

– Насколько я знаю, он мужественно воспринял это.

– Он участвует в деле?

– По-моему, сейчас он наемный работник. Если бы у него были деньги, уверен, Барт смог бы их использовать. Я так понимаю, что старик не очень-то следил за усадьбой. Барту придется многое модернизировать. Но только где Дику достать денег?

Джонни не стал объяснять ему, где именно.

– Барт все наладит, только дайте время. Он знает свое дело.

– Вы не думаете, что Дик мог иметь какое-либо отношение к смерти Кристи?

– Сомневаюсь, – ответил адвокат. – Макколи не сумел отделаться от обвинений. Присяжные признали его виновным. Вы не сможете в спешке опровергнуть это.

У адвоката были уставшие глаза.

Джонни поднялся.

– Барт и Дик придут сюда сегодня утром составить какие-то бумаги.

– Спасибо и извините меня, – торопливо сказал Джонни.

Нет, он ничего не будет опровергать в спешке. Но все равно, ему надо было спешить.

Глава 11

Стоя на обочине шоссе, протянувшегося через весь маленький пыльный городок, Джонни усиленно размышлял.

Что делать? С чего начинать? Сомнения не помогали, они опоздали на семнадцать лет. Сейчас перед Джонни стояла задача убедить во всем не присяжных, а самого себя. Разрешить свои собственные сомнения.

Он должен встретиться с Кейт.

Неожиданно он увидел зеленый автомобиль с откидным верхом. За рулем сидела шатенка, а рядом с ней блондинка. Нэн подъехала к тротуару. Дороти спросила:

– Ты далеко, Джонни? Поедем с нами на побережье. Угостишь нас обедом.

– У меня работа, – начал Джонни.

– Ну и что! Тебе все равно нужно пообедать! – Дороти очень хотела, чтобы Джонни поехал с ними.

Нэн мягко добавила:

– Мы собрались в гостиницу «Мишн Инн». Говорят, там неплохо. Почему бы тебе не поехать с нами? Подвинься, Дотти. Дай Джонни сесть.

Джонни взглянул на Дороти. Казалось, ее голубые глаза говорили ему: «Мне необходимо поговорить с тобой».

– Почему бы вам обеим не пойти со мной? Всего пятнадцать минут. А потом я угощу вас хорошим обедом, все, что ни пожелаете. Согласны?

– А куда ты собрался? – поинтересовалась Дороти.

– Встретиться с одной женщиной и минуту поговорить с ней.

– О том старом убийстве? – недовольно спросила Нэн.

– О, мы согласны, – сказала Дороти. – Пятнадцать минут ничего не значат, а обедать в компании мужчины гораздо приятнее.

– Мы же собирались за покупками, – начала Нэн, но Дороти уже вышла из машины.

Тогда Нэн вынула ключ зажигания и соскользнула с сиденья.

– Я догоню вас, – сказала она, демонстрируя искреннее желание оставить их наедине.

Посетителями заведения Кейт были в основном мексиканцы. Народу в баре было немного: два смуглых человека сидели у стойки, их темные глаза с интересом разглядывали девушек.

Заведение не отличалось изысканностью. Сюда заходили бедняки. Они чувствовали себя здесь как дома, не замечая осыпавшейся штукатурки и закопченного потолка.

Когда они спросили стоявшего за стойкой бара темноволосого и темноглазого человека о мисс Каллахэн, тот, не сходя с места, громко позвал ее. Она показалась из-за пыльной розовой занавески.

– В чем дело?

– Мисс Каллахэн, можно поговорить с вами?

– Почему бы нет? – ответила она. – Проходите сюда.

Они зашли за розовые занавески и оказались в маленькой квадратной комнате с круглым столом, за которым, наверное, играли в карты, и газовой плитой. Стену украшал цветной календарь. В углу было гнездышко самой Кейт. Там стояло бесформенное кресло, на столе – стопка журналов, радиоприемник, маникюрный набор.

– Садитесь, – вежливо пригласила Кейт. Это была довольно полная женщина в потертом черном платье и с длинной ниткой ярко-зеленых бус. У нее были черные, цвета воронова крыла, крашеные волосы. Стареющее лицо было густо напудрено персиковой пудрой, веки подкрашены голубым. Но глаза были мягкими и добрыми, а большой, хорошо очерченный рот привык улыбаться.

– Я пришел задать вам несколько вопросов о Клинтоне Макколи.

– Яслушаю вас.

Джонни представил себя и девушек. Все сели за стол. Кейт спросила:

– Не желаете ли выпить чего-нибудь? Я угощаю.

Девушки поблагодарили ее, но отказались. Джонни согласился выпить пива.

– Замечательно! Эй, Хайме!

Кейт и себе заказала пива, чтобы поддержать компанию.