Юлия Леонова - Я вам любви не обещаю (СИ)

- Думаю, нынче довольно будет, - торопливо бросила она. – Ступайте, соберите вещи, Верочка.

Пожав плечами, Вера вместе с Аннет оправилась к особняку, оставив княгиню в парке. Передав Анну на попечение горничной, Вера поднялась в свою комнату. Достав из шкафа свой саквояж, девушка принялась укладывать вещи. Вынув лёгкое платье и несколько блузок, Верочка склонилась и пошарила по дну шкафа в поисках шкатулки, что отдала ей маменька, но её на месте не оказалось. Девушка, положила одежду на кровать и почти полностью залезла в шкаф, разыскивая изящную вещицу, но та, как в воду канула. Выбравшись из шкафа, Вера растерянно села прямо на пол. Она была уверена, что положила шкатулку в самый дальний угол, но нынче он был пуст.

«Видно, запамятовала», - вздохнула она. Однако времени продолжать поиски у неё не оставалось. Надобно было укладывать вещи и спускаться. Вот-вот должны были подать экипаж.

Глава 10

Отпустив гувернантку, княгиня вместе с дочерью ещё некоторое время бродила по парку. Грядущая поездка в Покровское вовсе не радовала. Не любила Ольга бывать в вотчине старой княгини Уваровой. Не нравился ей древний особняк, выстроенный ещё в середине прошлого столетия. Внутреннее убранство дома всегда действовало на неё угнетающе. Даже супруг её иногда шутил, называя дом матери мавзолеем. Но не почтить старую ведьму своим присутствием в день именин, значило оскорбить старуху и нажить себе смертельного врага в её лице. Ольга всегда немного побаивалась своей belle-mère (свекровь), и потому не решилась сказаться больной, дабы не ехать в Покровское.

«Однако же, сколько не тяни время, а ехать все же придётся», - вздохнула княгиня, направляясь к дому. Только она вошла в свой будуар, как в двери тихо поскреблась Варвара.

- Вот, барыня, - положила она туалетный столик небольшую деревянную шкатулку, потемневшую от времени. - Только заперта она, а ключа я не нашла, - опустила глаза горничная.

- Чего очи прячешь? – усмехнулась Ольга Михайловна.

- Не надобно бы. Ничего худого она вам не сделала, - вздохнула Варвара.

- Поговори мне ещё. Или забыла, кто за твоего братца слово замолвил, когда он на краже общинного зерна попался? – ехидно осведомилась княгиня.

- Не забыла, - тихо отозвалась девушка. – Только чем я нынче лучше его-то?

- Возвратимся из Покровского, вернёшь шкатулку на место, - швырнула перчатки на стол Ольга. – И братца своего позови, пока не уехали. Пусть вскроет-то, да аккуратно, чтобы комар носу не подточил.

Варвара молча поклонилась и направилась к двери.

- Постой-ка! – окликнула её Ольга. – Более ничего не нашла?

Горничная замялась в дверях.

- Ну, говори! – грозно сверкнула глазами княгиня, - а то я быстро тебе замену сыщу, поедешь обратно в деревню.

Покопавшись в кармане передника, девушка вытащила свёрнутый вчетверо лист бумаги:

- Там клочки какие-то, будто рисовала что-то, - пробормотала Варвара.

- Клади сюда, и ступай, - указала рукой на дверь Ольга.

Развернув лист, княгиня разложила по гладкой поверхности стола бумажные обрывки. Присев на стул, Ольга с азартом принялась складывать головоломку. По всему выходило, что гувернантка порвала чей-то портрет. Княгине понадобился почти час, чтобы сложить рисунок.

- Дрянь! – выдохнула Ольга, глядя на рисунок.

Смахнув со стола обрывки, княгиня подскочила с места и замерла, уставившись невидящим взглядом в окно. Слезы, навернувшиеся на глаза, застили ей взгляд. «Ну, что с того, что девица влюблена в Бахметьева? Это вовсе не означает того, что Жорж отвечает ей взаимностью!» Она и сама злословила по этому поводу, обсуждая происшествие у пруда. Но внутренний голос шептал, что она ошибается, что Георгий вовсе не так равнодушен к Верочке, как пытался то изобразить, улыбаясь в ответ на шутки о своём геройском поступке. «Ненавижу!» - всхлипнула княгиня. Притом ненавидела она в равной степени обоих. Ольга ещё не решила, как поступит с Бахметьевым, но более всего ей хотелось видеть его у своих ног. Но в то же время у неё не было никаких иллюзий в том, что этому желанию исполниться не суждено. Вряд ли бы он разорвал отношения из-за гувернантки, но коли пошёл на то, стало быть, есть причина. «Неужели жениться собрался?! - закусила губу Ольга, силясь удержать слезы. – Бог, мой, как же больно даже думать о том!» - всхлипнула она, поднеся к глазам платок и промокая мокрые ресницы.

За дверью послышались голоса: низкий басовитый мужской и приглушенный женский. Робкий стук возвестил о том, что Варвара поспешила исполнить просьбу княгини и привела брата.

- Звали, Ольга Михайловна? - стянул с головы картуз, входя в комнату Митька, здоровый бугай лет двадцати пяти.

- Звала, - кивнула княгиня.

Взяв с туалетного столика шкатулку, Ольга протянула её брату Варвары.

- Открыть надобно. Только аккуратно, дабы замочек не сломать, а после закрыть. Справишься? – поинтересовалась она, наблюдая за тем, как Митька осматривает безделицу.

- Тонкая работа, - прищурился тот. – Попробовать-то я могу, но…

Ольга смерила его гневным взглядом:

- Откроешь – червонец получишь, - посулила она.

- Ваше сиятельство можно мне шпилечку вашу, - подобострастно улыбнулся Митька.

Хмыкнув, Ольга вынула из причёски шпильку и протянула мужику.

Митька долго ковырялся с замком. Сопел, кряхтел, вертел шкатулку и так, и эдак, да только все без толку. Лакей, грузивший багаж уже вынес всю поклажу княгини, а шкатулка всё не поддавалась.

- Ну! – нахмурилась княгиня. – Долго ещё ты возиться будешь?

- Да вот, - начал было Митька, не выпуская из рук шпильки. В тишине комнаты раздался тихий щелчок, и крышка открылась. – Ну, вот, барыня, - удовлетворённо улыбнулся он, протягивая ей шкатулку.

Ольга перевернула её, высыпав содержимое на стол: несколько писем, пожелтевших от времени и перевязанных выцветшей лентой, массивный перстень с крупным рубином, лист с какими-то записями, очевидно, вырванный откуда-то. «Ах, прочитать бы всё, да времени нет», - вздохнула она. Открыв ящик стола, княгиня извлекла из коробочки жемчужное ожерелье, то самое, что супруг подарил ей на именины, и положила в шкатулку Веры.

- А теперь закрой, - приказала она Митьке. – Да смотри, мне: язык за зубами держи. Надеюсь, помнишь, чем мне обязан?

- Помню, барыня, - вздохнул Митька, прижав собачку замка толстым пальцем, и захлопнул крышку. – Готово, - протянул он шкатулку Ольге.

Указав ему рукой на дверь, княгиня придирчиво осмотрела шкатулку и нахмурилась, заметив свежие царапины на серебряной отделке замка. Надобно бы вернуть вещицу на место, да только времени совсем не оставалось. Покрутившись на месте, Ольга сунула шкатулку в ящик туалетного столика и торопливо покинула свои покои.