Барбара Картленд - Во власти мечты

— Да, знаю, — вздохнула Салли. — Жаль, что мы не такие, как он.

— Ты-то как раз такая, — сказала Энн, целуя Салли в щеку. — Но не волнуйся за меня, сестричка: я никогда не получу то, что хочу, но все равно буду надеяться.

Салли ничего не сказала и только крепко обняла Энн за плечи. Через секунду дверь распахнулась, и появилась Мэриголд с кувшином молока в руке в сопровождении Питера.

— Посмотрите, кого я обнаружила на крыльце, — весело сказала она. — Он пригласил меня на ужин, и я с радостью согласилась. Мне до смерти надоели чечевичные котлеты в нашем ресторанчике. Подожди, Питер, я надену шляпку.

Мэриголд исчезла за шторой. Салли повернулась к Питеру, собираясь поздороваться, и сразу заметила, что он выглядит как-то иначе. Потом Салли поняла, что на нем вместо обычных вельветовых брюк и свитера на этот раз был прекрасно сшитый фланелевый костюм и рубашка с галстуком.

— Вот это вид! — воскликнула Салли.

Питер усмехнулся:

— Это комплимент?

Салли кивнула:

— Ты выглядишь совсем по-другому, и мне это нравится. Даже не думала, что ты такой красавец!

— Ну, ради такой похвалы стоит претерпеть все неудобства из-за галстука, — со смехом сказал Питер.

«Да, — думала Салли, — так он выглядит абсолютно другим человеком, и ему это очень идет».

Ей никогда не нравилась небрежная одежда, которую он обычно носил; может, так и было принято среди богемы, но, по мнению Салли, выглядело чудаковато, будто нарочито. Питер, высокий и широкоплечий, в классическом строгом костюме выглядел прекрасно.

Вернулась Мэриголд. На голове у нее была очень маленькая шляпка, украшенная белыми маргаритками. Девушка вся сияла.

— Идем, Питер! Давай отправимся в какое-нибудь интересное местечко. Считаешь, что ты достаточно богат сегодня?

— Достаточно богат, чтобы накормить тебя хорошим ужином.

— Прекрасно.

Они попрощались с Салли и Энн и вышли на залитую закатным солнцем улицу. Мэриголд уже собралась свернуть за угол, но Питер остановил ее.

— Я на машине.

— На машине? Я и не знала, что у тебя есть машина.

— Она была в ремонте.

Автомобиль оказался низким, длинным, как стрела. Мэриголд залюбовалась им.

— Подумать только, и ты молчал, — прощебетала она. — Мы гонялись за автобусом, а ты молчал. Почему ты скрывал его от нас?

— По личным причинам, — улыбнулся Питер.

Мэриголд пожала плечами:

— Ну… Если хочешь быть загадочным… А куда мы направляемся?

— В «Беркли-Гриль».

Мэриголд посмотрела на него с удивлением, но ничего не сказала.

Ужин оказался отменным, а Питер всячески старался развлечь Мэриголд. Ей было весело, уютно, нравилось внимание официантов. Нравилось чувствовать себя красавицей, у которой такой достойный и представительный спутник.

Когда они вышли из ресторана, уже смеркалось. Они сели в машину и Питер, не говоря ни слова, мягко тронул с места. Мимо плавно поплыли пустеющие улицы Сити.

— Куда мы едем? — спросила Мэриголд минут через двадцать, нарушив затянувшееся молчание.

— В одно тихое место, — ответил Питер. — Я хочу поговорить с тобой.

Они проехали еще немного и остановились на вершине холма. Внизу раскинулась долина, поросшая лесом. Ее пересекала небольшая речушка. Уже показалась луна, но в летних сумерках еще можно было разглядеть друг друга и чудесный пейзаж.

Питер вышел, открыл капот автомобиля и вернулся в салон. Было тихо, только шорох прошлогодних листьев нарушал покой. Оба молчали, наконец Мэриголд не выдержала.

— Зачем ты привез меня сюда?

— Поговорить.

— О чем?

— О нас.

Мэриголд нетерпеливым жестом сняла шляпку и бросила ее на заднее сиденье.

— В чем дело? — спросила она.

Питер положил руку на спинку сиденья Мэриголд.

— Посмотри на меня, Мэриголд, — настойчиво проговорил он.

Девушка слегка, словно не решаясь ослушаться, повернула голову к нему, но потом резко отвернулась.

— Нет, Питер, нет!

— Ты боишься!

Она нервно рассмеялась.

— Поедем обратно. Мне понравилась прогулка, но завтра нужно рано вставать, я хочу пораньше лечь. Едем, Питер.

Он покачал головой:

— Нет, ты еще не выслушала меня.

Мэриголд испугалась.

— Нет, Питер, не говори так! Я не хочу ничего слышать!

— Значит, ты знаешь, что я хочу сказать!

— Догадываюсь.

Вдруг Питер взял девушку за руки и крепко сжал их.

— Послушай, Мэриголд, я люблю тебя, люблю всем сердцем и уверен, что ты тоже любишь меня.

Мэриголд попыталась высвободить руки.

— Нет, это не так, Питер! Пусти!

— Не пущу! Я никогда не отпущу тебя, Мэриголд. Я хочу жениться на тебе.

— Это абсурд!

В голосе Мэриголд не было насмешки, только мольба.

— Это вовсе не абсурд, и ты знаешь это. Я люблю тебя и почти не сомневаюсь, что и ты меня любишь.

— Не люблю! Не люблю! — выкрикнула Мэриголд.

С минуту Питер молчал, удерживая руки Мэриголд, а затем тихим чувственным голосом почти приказал:

— Хорошо, я отпущу тебя, но при одном условии: глядя прямо мне в глаза, ты повторишь, что не любишь меня. Скажешь, я отвезу тебя домой и больше не побеспокою.

— Сначала отпусти меня.

— Хорошо.

Питер выпустил руки Мэриголд.

— Ты сделал мне больно! — пожаловалась она, как капризный ребенок, и потерла кисти.

— Мэриголд, так скажи то, что я попросил тебя сказать. — Питер был очень спокоен, но потихоньку приближался к ней, и Мэриголд чувствовала, как он напряжен.

— Ладно, раз ты настаиваешь.

Она резко повернулась к Питеру, посмотрела ему в глаза, и слова, которые она хотела произнести, замерли у нее на губах. Секунду они смотрели друг на друга, осознавая, какое влечение испытывают оба. Их сердца бились в унисон, охваченные пылкой страстью. И вдруг этот огонь вырвался наружу.

— О, Питер!

Их губы слились в поцелуе. Он крепко обнял ее, и Мэриголд отдалась во власть нахлынувших на нее чувств. Ей казалось, что она вложила в этот поцелуй всю душу, но вдруг девушка с силой оттолкнула Питера.

— Нет, Питер, нет!

— Ты любишь меня! — ликующе произнес Питер.

— Нет, говорю тебе, нет!

Питер рассмеялся:

— Дорогая, ты не умеешь лгать. И твои губы выдают тебя.

Мэриголд сжалась, словно испуганный ребенок.

— Не заставляй меня влюбляться, Питер! Неужели ты не понимаешь, что это невозможно? Я не могу выйти замуж за тебя! Не могу выйти замуж за человека без средств! Я должна стать богатой, должна получить все, что хочу. Если ты заставишь меня влюбиться сейчас, потом я возненавижу тебя. Отпусти меня, Питер, отпусти!