Лори Макбейн - Золотые слезы

— Конечно, — сочувственно кивнул дон Андрес. — Я вас понимаю. Молодой сеньор разместится в комнате, смежной с вашей. А сеньору О'Салливану отведут следующую комнату по коридору.

— Благодарю вас. — На этот раз Mapa улыбнулась искренне.

— Позвольте и мне поблагодарить вас, дон Андрес, — почтительно поклонился Брендан. — Вы невероятно добры к измученным и жаждущим отдыха путешественникам.

— Располагайтесь, мы увидимся позднее. Я хочу познакомить вас со своей семьей. Ну а пока необходимо восстановить силы. Шуточное ли дело совершить такое путешествие! Надеюсь, ваш багаж благополучно прибыл на ранчо? Повторяю, я не ожидал вашего приезда, донья Амайя. Мои люди оказались в Сакраменто-Сити лишь потому, что дон Луис должен был привезти из Европы кое-что лично для меня. Вот я и решил, что ему может понадобиться помощь. Кто же думал, что он приготовит для меня такой сюрприз!

— Вам кажется странным то, что я согласилась вернуться в Калифорнию? — заинтересованно спросила Mapa, украдкой бросая взгляд на дона Луиса и стараясь разгадать, что у того на уме.

— Я сделал такой вывод, получив письма от ваших английских родственников. Однако теперь, я вижу, вы изменили свои намерения… — Объяснение было прервано появлением служанки, хозяин приказал ей проводить гостей в их комнаты. Затем он резко обернулся к дону Луису. — Вероятно, вы тоже устали, мой друг. У вас изможденный вид. Догадываюсь, как вам хочется поскорее встретиться с доньей Хасинтой. И, тем не менее, прежде нам нужно поговорить.

— С удовольствием, дон Андрес, — спокойно ответил тот. Кивнув на прощание Маре и Брендану, он добавил: — Увидимся позже, моя дорогая племянница. — И Mapa услышала в его интонациях поздравление с удачным дебютом и неподдельный восторг поклонника ее таланта.

— До вечера, донья Амайя, сеньор О'Салливан, — с формальной учтивостью поклонился дон Андрес.

— Благодарю вас, дон Андрес, — ответил за всех Брендан и поспешил увести ошеломленную сестру в дом следом за молчаливой индианкой. Ее растерянная улыбка устыдила обоих мужчин и заставила долго провожать взглядом процессию, которую замыкала Джэми, ведущая Пэдди за руку.

— Mapa, любовь моя, — шепнул Брендан ей на ухо, когда уже никто не мог их услышать. — Я горжусь тобой. Ты ни разу не переиграла и все время строго придерживалась роли. Пожалуй, только немного перегнула с моей трагической судьбой и сиротской долей бедняжки Пэдди, — добродушно пожурил он Мару.

— Не волнуйся, дорогой. Я умею правильно произносить свои реплики, — ответила девушка и вдруг нахмурилась. — Скажи, что, по-твоему, случилось с доном Андресом? Кажется, поначалу мне удалось его обворожить, а когда мы прощались, он держался холодно и отчужденно.

― Все дело в том, что ты слишком привыкла к победам над мужчинами. А дон Андрес не так прост, как остальные. Твои обычные уловки на него не действуют, — цинично заметил Брендан. — Советую держать с ним ухо востро. Чуть расслабишься и решишь, что покорила, и не миновать осечки. Чувствую, что все время нам придется балансировать на краю пропасти. Один неверный шаг — и нас ничто не спасет.

— Не похоже, чтобы этих господ связывала крепкая дружба. Какие же у них могут быть дела, если они так ненавидят друг друга? — спросила Mapa.

— Выбрось все из головы. Нам следует заботиться лишь о себе. Я постараюсь приглядеться к дону Луису. Сдается, что за этим маскарадом кроется нечто более серьезное и интересное, чем он хочет показать.

Служанка остановилась перед открытой дверью комнаты и жестом показала Брендану, что это его апартаменты.

— Вот так раз! Никогда бы не подумал, что в таком огромном доме спят на первом этаже. Если ко мне на подоконник среди ночи вспрыгнет петух, я умру от разрыва сердца. — Брендан драматично закатил глаза, и скрылся за дверью.

Сезария проводила Джэми и Пэдди в их комнату, Мару — в самую дальнюю и скрылась на заднем дворе, шелестя ворохом цветастых юбок.

— Mapa, скажи, а петух действительно может пробраться ко мне в комнату ночью? — испуганно спросил Пэдди.

— Нет, не думаю. Твой папа просто пошутил, — ответила Mapa. — Разве можно чего-либо бояться, когда рядом Джэми, всегда готовая защитить тебя от любой опасности?

Mapa вошла к себе и остановилась на пороге, с удовольствием оглядываясь. Здесь было тихо и прохладно: кроны деревьев отбрасывали на окна тень, дощатый пол натерли до блеска, небольшое количество мебели создавало ощущение простора. Огромная кровать у стены выглядела уютно и манила испытать мягкость перин. Расшитое крупными цветами покрывало, призывно отогнутое, обнажало белоснежный шелк простыней и наволочек.

— Здесь довольно мило, — заметила Джэми, вслед за Марой вошедшая к ней в комнату. Женщина подошла к столу и провела пальцем по блестящей столешнице, надеясь обнаружить пыль. — И гораздо чище, чем в гостиницах, где нам часто приходилось останавливаться.

В комнату вбежал Пэдди и, разбежавшись, бросился на постель.

— Ух, какая мягкая!

— Прекрасно! По крайней мере, хорошо отдохнем после долгой дороги, — с удовольствием отозвалась Mapa. Она обратила внимание на картины из жизни святых, развешанные на белых оштукатуренных стенах, и металлические прутья решеток, прикрывавшие углубленные, похожие на амбразуры окна. При виде решеток девушке снова сделалось не по себе.

До слуха Мары донеслось мелодичное позвякивание бокалов. Она обернулась и увидела индианку, вносившую поднос с напитками. Оставив его на столе, служанка резко развернулась, так что взметнулись цветастые юбки, и беззвучно вышла. Mapa улыбнулась Пэдди, который соскочил с постели, чтобы получше разглядеть содержимое подноса. Она наполнила малышу бокал, затем другой, после того как он моментально осушил первый. Детская ручонка протянулась к блюдцу с конфетами, сладкое лакомство отправилось за щеку, после чего счастливый Пэдди вернулся на постель.

— Осторожнее, мастер Пэдди, не запачкайте шоколадом покрывало, — предупредила малыша Джэми, с опаской присаживаясь на край стула.

— Похоже, на этот раз О'Флинны будут жить неплохо, — сказала Mapa, потягивай сок через соломинку и чувствуя, как нестерпимая жажда понемногу отступает.

— И если хочешь, чтобы так продолжалось как можно дольше, моя дорогая, советую придерживать свой острый язычок, — раздался с порога голос Брендана, зашедшего навестить сестру.

— Я думаю, и без того все слишком далеко зашло, — вспыхнула Mapa.

— Далеко? Что ты, моя радость! Все еще только начинается! — Он вошел в комнату с бокалом вина в руке. — Как ты думаешь, здесь можно достать виски? — Брендан глотнул и поморщился. — Ну да все равно! Чтобы смыть в горле дорожную пыль, и вино подойдет, а в. чемодане у меня припрятано несколько бутылочек.