Нэн Райан - Твоя, только твоя

Его поцелуй стал более пылким, и Мэри Элен забыла о виски. Она забыла обо всем, кроме того, как сильно она его любит.

В конце концов, Клей оторвал от девушки свои горящие губы.

– Я лучше пойду! Уже поздно!

– Еще не поздно и потом завтра воскресенье. Тебе не надо рано вставать и идти в контору, – сказала Мэри, обнимая юношу за шею. – Не уходи! Не покидай меня, Клей!

– Мне действительно нужно идти! – Он встал и поднял ее за собой.

– Я не понимаю почему! – Девушка огорченно вздохнула. – Ты завтра придешь?

Клей смотрел куда-то в темноту. Он чувствовал, что слабеет. Ему невыносимо хотелось рассказать ей. Рассказать, что он уезжает завтра в восемь утра. Что направляется в Балтимор и Аннаполис. Что вернется как можно быстрее. Что если все пойдет, как он надеется, то его примут в академию и все их мечты осуществятся.

Он хочет сделать как лучше. Он не станет ей сейчас ничего говорить. Джон Томас уверял его, что позаботится о Мэри, поэтому Клей был уверен, что отец девушки найдет подходящее объяснение его неожиданного отъезда.

Клей сдержал слово и сохранил тайну.

– Поцелуй меня и пожелай спокойной ночи, Мэри! – ласково попросил он, наклонил свою темноволосую голову и нежно поцеловал ее в последний раз.

Ему и в голову не пришло, что это был их прощальный поцелуй.

Она об этом тоже не догадывалась.

Войдя в просторную каюту величественного речного парохода «Гулпорт Бель», Клей радостно улыбнулся. Было прекрасное воскресное утро, начало восьмого. Юноша оглядел роскошно обставленную каюту и присвистнул. Поставив чемоданчик на узорчатый ковер, он подошел к закрытому занавесками иллюминатору и выглянул.

Щурясь от утреннего солнышка, Клей внимательно посмотрел вверх, где на высоком берегу стояла ослепительно-белая усадьба. Это был Лонгвуд. Юноша тотчас же отыскал взглядом два окна на втором этаже. Он знал, что кровать Мэри стоит неподалеку от окон. Клей представил ее спящей – такую милую, сонную и прекрасную.

Зевая, юноша отвернулся от иллюминатора, скинул пиджак и улегся на мягкую постель. Вытянулся во всю длину, закинул руки за голову и принялся мечтать о том дне, когда они с Мэри будут спать в одной постели.

Убаюканный приятными мыслями, он закрыл глаза и вскоре забылся сном. Он пропустил момент, когда «Гулпорт Бель» отдал швартовы, отошел от запруженной пристани, вышел на середину Миссисипи и направился вниз по течению.

Но Джон Томас Пребл не упустил этого момента.

Он взволнованно следил за пароходом из полуоткрытых дверей своего кабинета. Наконец хозяин Лонгвуда расслабился и улыбнулся. Когда двойные гребные колеса парохода «Гулпорт Бель» начали энергично пенить воду, и большое судно принялось маневрировать, выходя на простор реки, Джон Томас Пребл с облегчением вздохнул.

Сцепив руки за спиной, он остался стоять там же, у двери, где провел уже целый час. Хозяин Лонгвуда, не отрывая глаз, следил за медленно двигавшимся белым пароходом с его многочисленными палубными надстройками. Джон Томас наблюдал за судном до тех пор, пока оно не исчезло за густо поросшим лесом изгибом реки.

И только тогда он отвернулся.

Хозяин Лонгвуда упал в свое кожаное кресло с высокой спинкой, стоявшее у письменного стола, и тут же потянулся за хрустальным графином. Джон Томас налил себе виски. Он выпил одну рюмку и налил другую. Алкоголь согрел и успокоил его перед выполнением следующего этапа его замысла.

Оставалась еще самая трудная его часть.

Мистер Пребл повернулся в кресле и решительно дернул шнурок звонка. Почти мгновенно появился Тайтес, готовый выполнить приказания хозяина.

– Тайтес, мисс Мэри Элен уже встала?

– Да, сэр, она проснулась. Она просила подать ей завтрак.

Джон Томас кивнул.

– Скажи ей, что я хочу ее видеть здесь, у себя в кабинете.

– Сейчас, мистер Джон? До того как она позавтракает?

– Сейчас! – Голос его прозвучал очень властно. – Сейчас, немедленно!

– Да, сэр! – послушно ответил слуга и вышел. Через несколько минут Джон Томас услышал в коридоре, возле своего кабинета, голоса Мэри Элен и Тайтеса.

– Я не знаю, мисс Мэри Элен. Честное слово, не знаю! – говорил слуга.

Джон Томас глубоко вздохнул и поднялся. В дверях появилась Мэри Элен. Спутанные после сна светлые волосы свободно спадали на плечи. Она была в халате и босиком.

– Папа? Ты хотел меня видеть? – удивленно спросила она.

– Да, да, хотел. Заходи, детка! – Отец пальцем поманил ее внутрь кабинета. – Входи и закрой дверь.

Сердце девушки тревожно забилось. Она вошла в кабинет, закрыла дверь и, прислонившись к ней спиной, посмотрела на отца.

– Мэри Элен, милая Мэри Элен, – начал Джон Томас с печальным выражением лица. – Иди сюда, дитя мое!

Девушка встревожилась и спросила:

– В чем дело, папа? Что случилось?

Взволнованная, Мэри Элен повыше подняла халат и рубашку, чтобы не мешали идти, и стремительно обогнула письменный стол.

Джон Томас взял ее правую руку в свои:

– Это касается Клейтона Найта, дорогая!

– Клея? – прошептала она, и сердце ее лихорадочно забилось. – С ним произошел несчастный случай? Он… О нет! Нет!

Смутившись, она замолчала и отняла у отца свою руку. Джон Томас покачал головой. На лице его было страшное отчаяние. Ласково сжав плечо дочери, он сказал:

– Нет, Мэри Элен, Клей цел и невредим. Просто он уехал.

– Уехал? – Девушка удивленно посмотрела на отца. – Уехал куда? Клей не уехал! Он скоро придет и…

– Нет, нет, он не придет. – Джон Томас ласково обнял дочь и погладил ее по голове. – Ну, как я могу тебе это сказать? Что я могу сделать, чтобы облегчить удар?

Мэри Элен испуганно прижалась к отцу и сказала:

– Папа, ты что-то не то говоришь! Я не понимаю! Где Клей? Я должна видеть Клея!

– Ш-ш-ш! – пытался успокоить ее отец. – Ты должна немедленно забыть о нем!

Девушка вскинула голову. Она оттолкнула Джона Томаса.

– Забыть Клея? Ты пугаешь меня, папа! Что произошло? Скажи мне, пожалуйста!

Джон Томас посмотрел прямо в недоумевающие глаза дочери.

– Сокровище мое, ты же знаешь, что ни за что на свете я не хотел бы причинить тебе боль, правда?

– Да, да, но…

– Дорогая моя, ты помнишь, что вчера вечером Клей рано пришел к нам, вы с мамой еще не спустились в гостиную. – Джон Томас тяжело вздохнул. – Он сказал, что хочет… что ему нужно поговорить со мной. Я решил, что он собирается просить твоей руки, поэтому я…

– Он этого не сделал? – взволнованно спросила Мэри. Отец печально покачал головой:

– К моему удивлению, этот Найт… О Господи, как мне тяжело…

– Ну что же? Скажи мне! – Лицо Мэри Элен горело, в висках стучало.