Патриция Хэган - Рай в шалаше

– И вы больше не ездите на рыбалку? – участливо спросил Бретт, догадавшись, чем вызвана грусть его спутницы.

– Когда я подросла, мама сказала, что рыбалка – неподходящее занятие для молодой леди. Теперь, выйдя замуж, я должна буду думать о других, более важных вещах, и придется забыть всякие детские глупости.

– Знаете, мне вовсе не кажется, что это детские глупости… В поездках на рыбалку совершенно точно не может быть ничего плохого. – Помолчав мгновение, Бретт решился спросить: – А… а вы не хотели бы показать мне ваше тайное место? Возможно, я как-нибудь сумею ускользнуть с плантации утром. Тростник разросся так сильно, что людей почти не видно; надсмотрщикам трудно сосчитать, сколько человек работает в поле.

Анджела задумалась: уговоры Симоны не прошли даром, но она все еще сомневалась. Действительно, что может быть плохого в невинной поездке на рыбалку? Гатору известно, что она помолвлена, и между ними не возникнет неловкости. Набравшись духу, девушка промолвила:

– Хорошо, если только вы верно истолковываете мое к вам отношение. Я хочу сказать – вам ведь известно о моем женихе, так что мы с вами – просто друзья, и мне бы не хотелось, чтобы мой жених или еще кто-то заподозрил…

– Разумеется, – перебил ее Гатор, глубоко вздохнув. – Я все понимаю… К тому же… – Он хотел было смолчать, но, не сдержавшись, горько проговорил: – Сомневаюсь, что ваш отец позволил бы вам иметь дело с каким-то там каджуном…

– Пожалуй, вы правы, – кивнула девушка.

Оба замолчали: как-то вдруг получилось, что им стало не о чем говорить.

Вскоре они приплыли к тому месту, где была привязана лошадь Анджелы.

Неловкость, возникшая между ними, тяготила обоих.

– Благодарю вас, – робко улыбнулась Анджела, – благодарю за то, что вы еще раз спасли меня.

– Я с радостью сделал это, ma chere,[2] – с легкой усмешкой ответил Гатор. – Надеюсь, мы все же сходим с вами на рыбалку.

Услышав эти его слова, Анджела ощутила разочарование. Когда они говорили о рыбалке там, на реке, ей казалось, что они составляют какой-то тайный заговор: все было так таинственно, так волнующе… а теперь… Теперь уговор пойти на рыбалку представлялся ей пустой болтовней, которую оба вскоре забудут.

– Конечно, – через силу улыбнулась она. – Мне, пожалуй, пора…

Бретт понимал, что для него пришло время проститься с ней и спешить на работу. Еще мгновение – и он бы сделал то, что давно хотел, а именно крепко сжал Анджелу в своих объятиях и прижался губами к ее губам…

– Да, наверное, вы правы, – выдавил он. – До свидания… ангел мой. – Бретт через силу улыбнулся.

Девушка была огорчена. Ей пришло в голову, что, возможно, им не стоит больше встречаться, что бы там ни говорила Симона.

– …Как насчет завтрашнего дня?

– Что? – Сердце Анджелы затрепетало.

– Хотите, пойдем на рыбалку завтра?

Анджела едва сдержалась, чтобы не закричать от радости.

– Но я не смогу выйти из дома на рассвете, – медленно произнесла она. – Это будет скорее всего ближе к полудню. Мы могли бы встретиться под старой ивой. Там никого не бывает в это время дня. Папа всем разрешает отдыхать, когда жарче всего. Возможно, рыба в это время не клюет, но… – Она смутилась. Слава Богу, Гатор не обратил на это внимания: возможно, ему даже нравилось ее смущение.

Внезапно он развел руки, но тут же заставил себя опустить их. Ему до боли хотелось обнять эту девушку – ведь она была самой необыкновенной из всех, кого он когда-либо встречал. Но Бретт боялся обидеть ее.

– Сколько вам лет? – спросил он.

– Шестнадцать. – Анджела опустила глаза.

Гатор кивнул, вспомнив, каким он сам был в этом возрасте. Неудивительно, что Анджела смотрит на мир такими невинными глазами. Рожденная и выросшая в богатстве и роскоши, она совсем не готова к встрече с многообразным, часто жестоким миром. Что ж, он сделает ей одолжение и они останутся друзьями, с огорчением подумал Гатор.

– Я приду к иве в полдень, – пообещал он и поспешил прочь, пока их не увидел кто-нибудь.

Анджела пустила лошадь галопом. Ветер развевал ее волосы, а заходившееся от счастья сердце билось все сильнее и сильнее…

Глава 6

Анджелу разбудил взволнованный голос матери, громко говорившей что-то за дверью ее спальни. Сгорая от любопытства, девушка выбралась из постели и стала прислушиваться.

– Элтон, это же замечательно! – Похоже, Твайла была в восторге. – Мы столько лет не видели Дилайлу и Стивена. Кажется, он ровесник наших девочек, ну, может, всего на несколько месяцев старше. Наверняка он стал уже красавцем юношей! Такое частенько случается с мальчиками, которые в детстве были совсем непривлекательными, – с оптимизмом добавила она.

– Трудно сказать, – проговорил Элтон. – Впрочем, сейчас меня беспокоит другое: успеем ли мы приготовиться к их завтрашнему приезду? Письмо шло так долго… Я же знаю Дилайлу. Она будет просто в шоке, если выяснится, что мы не были извещены о ее прибытии заранее.

– А мы ей не скажем, – заявила Твайла. – К тому же нам не придется очень уж готовиться. Дилайла сможет поселиться в западных покоях для гостей, а Стивен займет одну из комнат для мальчиков. Как замечательно, что они целый месяц будут гостить у нас! Надо немедленно обдумать, как лучше провести это время.

Родители направились к лестнице, а Анджела у себя в комнате запрыгала от радости. Гости! Они приедут на целый месяц! Надо думать, Дилайла Парди везет сюда сына, чтобы подыскать ему невесту. Подумать только, даже в таком большом городе, как Атланта, они не смогли выбрать подходящую девушку.

Конечно, если бы Парди были состоятельными людьми, у них было бы меньше проблем, но вся беда в том, что богатства нажить они не сумели. И все же ее мать наверняка ошибалась – Стивен вряд ли изменился.

Элтон и Вилбур Парди подружились еще мальчишками и не разорвали отношений, даже когда семейство Парди переехало в Джорджию. Вилбур держал продуктовую лавку, но Анджела слышала от отца, что Парди живут очень скромно.

Впрочем, девушку не очень волновала причина приезда Дилайлы с сыном. Самое главное, Твайле и Клодии некоторое время будет не до нее.

Действительно, почти сразу мать, занятая составлением списка гостей и меню, принялась бегать по дому и даже прислала Анджеле поднос с едой в комнату. Клодия ни на шаг не отставала от Твайлы. Поэтому незадолго до ленча Анджеле легко удалось выскользнуть из дома незамеченной.

К ее огорчению, Гатора не было под старой ивой, и она уже успела расстроиться, как вдруг увидела, что он торопливо идет к ней со стороны реки.

– Привет! – крикнул Гатор. – Ну, посмотрим, что ты делаешь лучше – рыбачишь или справляешься с лодкой.