Вирджиния Хенли - Блестящая партия

— А сколько проиграли вы, ваша светлость? — язвительно спросила Джорджина. — Ах да, я и забыла. Вы играете не из-за денег… а для того, чтобы почувствовать радость от победы или мучения от проигрыша.

Френсис внимательно посмотрел на нее, даже не пытаясь скрыть жаркое вожделение, горевшее в его глазах.

— Вам нравится быть со мной жестокой? Но в один прекрасный день мы поменяемся ролями, и вы будете молить меня о милосердии.

— А вы часто занимаетесь самообманом, ваша светлость? — сладким голосом спросила Джорджина. — Извините меня, господа, — пойду получу свой выигрыш.

И Джорджина ушла от них так поспешно, что к тому времени, когда нашла букмекера и показала ему свой билет, задыхалась. Когда тот положил ей на ладонь двадцать гиней, она почувствовала себя такой богатой, как ей и не мечталось. У нее никогда не было больше соверена в качестве карманных денег.

Джорджина повернулась и чуть не столкнулась с Джоном Расселлом, который тоже пришел получить выигрыш.

Он окинул своим мрачным порицающим взглядом ее фигуру в коротком килте, и Джорджина почувствовала, что щеки ее вспыхнули. Ей захотелось провалиться сквозь землю. Все удовольствие от выигрыша пропало. «Почему это он заставляет меня ощущать себя какой-то дерзкой девчонкой?» Она вздернула подбородок и сказала, оправдываясь:

— Я поставила на победителя.

— Поздравляю. Играть на бегах — это, конечно, занятие, для вас весьма приятное. Я тоже поставил на ирландскую лошадь.

— Двадцать пять фунтов дают пять сотен, милорд.

Букмекер поинтересовался, будет ли он играть на скачках вУоберне.

— Еще нет. Можете поставить за меня на Джимкрека.

— А вы, миледи?

— Я не знаю, кто участвует в забеге.

Букмекер подал ей список.

Она почувствовала на себе неодобрительный взгляд Расселла. «У этого угрюмого дьявола взгляд опасный, как будто ему хочется схватить меня и трясти до тех пор, пока у меня не застучат зубы». От этой мысли ей захотелось самоутвердиться в своей браваде.

— Ставлю пятнадцать гиней на Громовой Горшок! — с вызовом сказала она. — Мне кажется, на самом деле его хотели назвать Ночным Горшком.

Джон Расселл не рассмеялся.

— Вы склонны к вульгарности. Это совершенно не пристало девице.

— А вы совершенно лишены чувства юмора, лорд Тависток.

— Не совершенно. — Он окинул подчеркнутым взглядом ее килт и дублет. — Есть множество вещей, которые меня забавляют. — Он любезно поклонился. — Всего хорошего, леди Джорджина.

«Он снова одержал надо мной верх… Жаль, я не пнула его в голень. — Она представила себе эту картинку и улыбнулась. — Килт на мне задрался бы так, что стало видно не только ноги!»

Джорджина подошла к матери и сестре, стоявшим у трибуны.

— Если Сьюзен согласилась привезти на мой бал свой необыкновенный серебряный сервиз, я не вижу, зачем нам оставаться здесь и дальше.

— Мы не уедем до главного события на этих скачках, — заявила Джейн. — Я поставила на лошадь принца Уэльского — на Королевского Боевого Коня. Мне намекнул Чарлз Джеймс Фокс.

— Это очень рискованно. Единственный вид удачи, которая бывает у Фокса, — это удача с приставкой «не».

Сьюзен рассмеялась на это точное замечание сестры.

— Я попросила Уильяма поставить за меня на Годольфина. Он великолепный жеребец.

— Кто — Уильям или Годольфин? — с невинным видом осведомилась Джорджина.

Улыбка исчезла с лица Сьюзен.

— Боюсь, что и тот и другой. Иногда мне хочется, чтобы это было не так.

— А что насчет частных пари? Ставлю пять фунтов на Джимкрека.

Сьюзен на пари согласилась.

— Это фаворит. Он принадлежит Бедфорду.

— Этого я не знала.

«Значит, Джон Расселл поставил пятьсот фунтов на лошадь своего брата».

— Я ставлю на Мессенджера, — заявила Сьюзен, оценивающим взглядом посматривая на скаковых лошадей, которых вели к старту.

— Я видела, как ты шутила с Френсисом Расселлом, Джорджи. Надеюсь, он дал понять, что придет на наш великолепный бал, — сказала Джейн.

Джорджина улыбнулась с милым видом.

— Он ничем не дал мне это понять, мама.

— Они бегут!

Взволнованная Сьюзен схватила Джорджину за руку.

— Давай, Мессенджер! — воскликнула та с большим энтузиазмом.

— Впереди Королевский Боевой Конь! — воскликнула Джейн. — Я смогу присоединиться к принцу, когда он будет получать Золотой кубок в кругу победителей!

Джорджина увидела, что Джимкрек и Громовой Горшок бегут ноздря в ноздрю. «Если Громовой Горшок выиграет, я получу кругленькую сумму!» Джимкрек обошел ее лошадь, и внезапно ее охватило неестественное желание, чтобы Джимкрек выиграл. Ее волнение быстро нарастало, в то время как Джимкрек приближался к финишу, неумолимо обгоняя всех лошадей, которые шли впереди. К тому времени, когда он вырвался вперед, она уже выкрикивала его имя, подскакивая на месте:

— Джимкрек! Джимкрек!

— Он выиграл! Он выиграл!

— Джорджи, соотношения были один к двум. Я должна тебе всего десять фунтов. Вряд ли из-за такой суммы стоит так волноваться.

«Джон Расселл выиграл тысячу фунтов! Я так рада за него. Мне наплевать, что я потеряла на Громовом Горшке пятнадцать гиней».

— Как это неожиданно — что выиграла лошадь Бедфорда. Будет вполне удобно, если мы пройдем в кружок победителей и поздравим его.

Джорджина мысленно выбранилась и закатила глаза, повернувшись к Сьюзен. Она представила себе, как Френсис Расселл показывает всем Золотой кубок Уоберна, и бросила язвительно:

— Бедфорд будет вне себя от радости.

Глава 9

Первая неделя октября пролетела быстро. Джорджине казалось, что все происходящее слилось в одно пятно. Накануне того дня, когда она должна была представиться королеве, в особняк на Пэлл-Мэлл прибыли ее сестры с мужьями. Дамы провели чудесный вечер, показывая друг другу платья, которые наденут, когда отправятся ко двору. Мужчины удалились в комнату для игры в карты и обсуждали там достоинства разных скаковых лошадей и суммы, которые они потеряли на скачках в Ньюмаркете и Уоберне.

В ту ночь Джорджина долго не могла уснуть от волнения.

— Жаль, что отец не приехал, — задумчиво прошептала она.

Тревога, которую испытывала Джорджина в связи со своим представлением ко двору, возрастала из-за того, что отец не приедет и не сможет оказать ей моральную поддержку. Уверенность почти совсем покинула ее. «Люди решат, что отец недостаточно любит меня. Но это же не так!» Она увидела падающую звезду и загадала желание.