Сычев К. В. - Роман Брянский

– Они отступают, княже! – закричал воевода Добр. – Тогда давай-ка порубим их в спины!

Польское войско, услышав сигнал отступления, резко развернулось, и так же быстро помчалось назад, как только что наступало.

– Пусть уходят! – громко сказал князь Роман, показывая рукой, что следует прекратить преследование. – Если они разгромили два татарских тумена, то мы там просто погибнем! А это ни к чему!

– Батюшка! – раздался вдруг звонкий крик, и к князю Роману подскакал во весь опор потный и покрытый пылью зять – Владимир Волынский. – Если бы не ты, не сносить бы мне головушки! Я тут прикрывал отступление нашего неудачливого Льва да спасал Мстислава. Он лежит, израненный, там в повозке! – князь Владимир показал рукой в сторону берега Вислы. – Здесь у Гошлина поляки нас беспощадно разгромили! Одних татар перебили если не тьму! И моих людей с полтысячи! А сколько они взяли пленников!

– Так что теперь говорить, сынок? – сказал, подъехав ближе и обняв зятя, Роман Брянский. – Значит, надо идти скорей к броду, куда умчался тот злосчастный Лев. Пока поляки не образумились и не вернулись сюда! От такой силы не устоишь! Удивительно одно: куда исчезли татары? Их здесь было немного…

– Все татары разом перескочили Вислу, как только стало ясно о нашем поражении…

– Поворачивайте-ка, мои славные воины! – приказал князь Роман своей коннице. – Идем к броду. Война закончилась!

ГЛАВА 14

БЕДА СУЗДАЛЬСКОЙ ЗЕМЛИ

День 19 декабря 1281 года был страшен для несчастных жителей Переяславля Суздальского. Огромное пожарище охватило город. Толпы татар с дикими криками метались по узким улочкам старинного русского города, нещадно убивая всех, кто бы ни попадался им под руку. Даже женщин, которых охотнее всего полонили степные хищники, они истребляли с невероятной жестокостью.

Вот из одного только что загоревшегося дома выскочила молодая купеческая жена, держа в руках два кричавших от ужаса свертка – своих годовалых младенцев.

Потный, грязный татарин с гиканьем подскочил к ней и пронзил жалобно закричавшую женщину своей остроконечной пикой. Сбросив на землю окровавленный труп, он со смехом развернул своего коня и начал топтать беспомощных младенцев конскими копытами.

Тут же, поблизости, группа татар по очереди насиловала соседку убитой купчихи – молодую жену погибшего на улицах города гончара. Женщина отчаянно кричала: прямо перед ней маячила черная куча из тел ее убитых детей.

Князь Андрей Александрович Городецкий, приведший на суздальские земли татар, проезжал по пожарищу и со злой улыбкой посматривал по сторонам.

– Вот и получили свое эти переяславльские злодеи, – говорил он боярину Семену Тонлиевичу, ехавшему рядом, – не пожелавшие признать во мне великого князя! Пусть узнают о моей жестокой мести!

– Твоя месть, великий князь, справедлива, – кивнул головой верный боярин, – однако тебе не стоит глотать жар и копоть! Пусть татары вершат праведный суд…Они, как известно, сильны в этих делах!

В это время до князя и его боярина донеслись крики насилуемой женщины.

– Вот любопытно, – засмеялся князь и подскакал к толпе татарских воинов. – Что это вы, отважные воины, решили развлечься? – крикнул он. Татары расступились, и князь увидел жертву насилия. Женщина лежала на снегу, беспомощно раскинув ноги. На ней сидел здоровенный татарин и быстро покачивался. Несчастная уже не кричала, она отчаянно, по-волчьи, выла.

– Умелы ваши татарские воины с женками, – сказал, смеясь, Семен Тонлиевич.

– И как они справляются с ними в такой лютый холод? – с удивлением спросил стоявших рядом татар князь Андрей.

– Вот если долго не будешь без женок, коназ урус, – ответил ближайший татарин громким гортанным криком, перекрикивая вопли насилуемой, – так даже в холод на любую полезешь!

В это мгновение насильник, сделав свое дело, оторвался от своей жертвы и быстро встал на ноги.

– Якши, якши, коназ урус! – сказал он, натягивая штаны.

Князь с улыбкой посмотрел на нагую женщину: несчастная лежала, тяжело дыша, выпучив глаза и высунув язык, с ужасом глядя вверх.

– Как тебе, красная девица, по душе ли татарские мужи? – весело вопросил князь Андрей. Измученная женщина что-то выкрикнула, но князь не понял.

– Что она там говорит? – обратился он к боярину.

– Да вот, эта забавная женка благодарит татар! – ответил, смеясь, Семен Тонлиевич.

– Хороши наши русские женки, – весело сказал князь Андрей. – Получают удовольствие даже на пожаре и среди трупов своих родственников! А татары, в самом деле, неприхотливы, – сказал он теперь по-татарски, – если топчут такую некрасивую женку! Как им это не противно?

Татары, услышав последние слова князя, что-то между собой обсудили и быстро, вскочив на коней, разъехались в разные стороны.

– Прими же свою судьбу, глупая женка! – промолвил татарский сотник и, подняв кривой меч, с размаху отсек несчастной голову. Брызги горячей крови попали прямо в лицо князю Андрею.

– Ты шайтан, а не воин! – закричал русский князь на татарина. – Не можешь даже башку отсечь без грубости!

– Это плохой знак, великий князь, – сказал боярин Семен, доставая из-за пазухи большой цветастый платок и отирая им лицо князя. – Кровь этой коровищи попала тебе прямо в щеку!

– Отвратительно! – недовольно буркнул князь Андрей и, развернувшись, проехал копытами своего коня по обезглавленному трупу. Боярин, брезгливо морщась, проследовал за своим князем. Кровавые следы конских копыт далеко потянулись за всадниками.

– Скоро будет наш и Великий Новгород! Слава Господу, без войны! – сказал как ни в чем не бывало князь Андрей, выехав за город. Впрочем, Переяславль теперь трудно было назвать городом: он представлял из себя лишь обугленные развалины. Даже городская дубовая стена дымилась!

– Надо бы потушить эту стену, – сказал князь Андрей, выехав в поле. – Этот город мне еще пригодится! Или оставить его таким моему братцу?

– Эй, молодцы! – крикнул во весь голос боярин Семен. Перед ним предстали, ехавшие до того на некотором расстоянии от князя, дружинники. – Соберите-ка смердов, если они тут уцелели, да потушите эту тлеющую стену! Дома-то уже не спасешь! – Отдал распоряжение боярин.

Князь подъехал к своему походному шатру, слез с коня и вошел внутрь.

– Тут так холодно! – сказал он вошедшему вслед за ним боярину.

– Эй, слуги! – крикнул Семен Тонлиевич. – Ну-ка разожгите жаровню!

Княжеские слуги заметались, выполняя боярский приказ.

– Не приучены наши русские люди, – проворчал князь Андрей, – к теплу, как эти татары. Они быстро собирают юрту и в ней всегда тепло, как в доброй избе!