Джо Гудмэн - В сердце моем навсегда

И Раштон, и Джей Мак прислушивались, ожидая услышать, как откроется и захлопнется входная дверь. Но ничего не услышали.

— Куда он мог пойти? — спросил Раштон.

— Вероятно, в библиотеку, чтобы там остудить свой пыл. Она находится дальше по коридору, и я припоминаю, что дверь была не заперта.

Раштон медленно выдохнул дым, и его голову окутало сизое облако.

— Все прошло очень неудачно.

— Да, — согласился Джей Мак. — Хотя мне ваш сын понравился. Его не так-то легко запугать.

— Он вел себя вызывающе и оскорбительно.

Джей Мак пожал плечами:

— Его приперли к стенке, и он об этом знает. Меня восхищает его стремление удержать эту землю. — Он отпил глоток. — Приношу извинения за поведение моей дочери за столом. Я надеялся, что все пройдет иначе.

— Должен сознаться, я думал, что ваша дочь старше. Не уверен, что они с Коннором подойдут друг другу.

— Старше? — нахмурился Джен Мак. — Ей двадцать три года. Несомненно, она достаточно взрослая. Вашему сыну сколько? Тридцать? Они как раз в том возрасте, чтобы прекрасно подойти друг другу.

— Двадцать три? — удивился Раштон. — Я бы не дал ей больше шестнадцати.

— Как вы можете вообще строить догадки? Ее даже не было с нами сегодня.

Раштон в замешательстве посмотрел на Джея Мака:

— Не было? Но…

— О, вы подумали, что Скайлер… Боже, нет, конечно… они бы уж точно не подошли друг другу. — Он искренне рассмеялся. — Только Скай девятнадцать, а не шестнадцать. Боюсь, она сегодня разыграла целое представление перед вашим сыном. Оно было задумано как предупреждение мне.

— Предупреждение?

— Да, именно. Она хотела дать мне понять…

— Держись от меня подальше, и большое спасибо, — произнесла Скай, плюхнувшись на мягкое сиденье стула в спальне сестры.

— Ты прямо так и сказала? — спросила Мэгги, пораженная ее бравадой.

— Все равно, что сказала. О, Мэг, если бы ты меня видела! Ты бы мной гордилась!

Мэгги гордилась тем, что у нее самой хватило мужества бросить вызов отцу и не выйти к гостям. Теперь же, в сравнении с находчивостью младшей сестры, это не казалось таким уж геройством.

— Гордилась тобой или краснела бы за тебя? — спросила она.

— О, и то и другое, я уверена, — радостно продолжала Скай. Сославшись на плохое самочувствие, она попросила позволения не принимать участия в послеобеденной беседе, и мать едва сумела скрыть облегчение. — Никто не знал, что со мной делать. Мне почти было жаль бедного мистера Холидея.

— Отца или сына?

Скай пожала плечами. Ее яркие волосы рассыпались по плечам.

— Наверное, обоих. Какое это имеет значение?

— По-моему, отца жалеть сложнее. Он в этом деле увяз по шею вместе с Джеем Маком. — Мэгги вздохнула и закрыла книгу, которую перед этим читала, заложив пальцем страницу. — Что это на Джея Мака нашло? Я хочу сказать, почему сейчас? Он никогда не говорил со мной о замужестве. Ему известно, что я хочу стать врачом. У меня прекрасная возможность поступить в этот женский колледж в Филадельфии.

— Кто знает, почему Джей Мак делает то, что он делает? Известно только, он нас любит и считает, что очень хорошо знает, что для нас лучше. Майкл ему не подчинилась, и Ренни тоже.

— Ренни в конце концов вышла замуж за того, кого он ей выбрал.

— Это правда, но ей самой этого хотелось. А Мэри Фрэнсис поступила по-своему.

— Мэри Фрэнсис стала монашкой, — сухо заметила Мэгги. — Даже Джею Маку пришлось понять, что его влияние имеет границы.

Скай рассмеялась:

— Ну, я только хочу сказать, что она сделала то, что хотела. Тебе придется сделать то же самое, Мэг.

Мэгги втянула нижнюю губу. Она слегка покусывала ее, а широко расставленные зеленые глаза ее смотрели неуверенно.

— Не знаю. Я не такая, как все вы. Для меня это не так-то легко.

— Легко? Кто говорит, что это легко? Ты думаешь, у меня сердце не уходило в пятки? Я засунула шпинат в зубы, улыбалась изо всех сил и молилась, чтобы у меня хватило мужества все это продолжать. Я глупо улыбалась, трещала и притворялась, что еще ни разу в жизни не договорила предложения до конца, не говоря уже о законченности мысли. Джей Мак свирепо смотрел на меня, особенно когда я распространялась насчет религии, а у мамы был такой вид, словно ей хотелось оказаться где угодно, только не здесь. Раыггону Холидсю было меня жаль, а еще больше жаль Джея Мака и маму. Берил Холидей, которая мне ни капельки не понравилась, должна тебе сказать, хотя она поразительно красива, выглядела очень довольной, потому что я так явно не подходила ее пасынку.

— А Коннор?

— Из-за него, дорогая сестрица, мне и было так трудно. Коннор Холидей — очень красивый мужчина. Очень красивый. И тактичный к тому же, и вежливый. Чуточку холоден, возможно, очень сдержанный, но этого и следовало ожидать. Разыгрывать перед ним дурочку было все равно что отрезать себе нос и изуродовать лицо. Никогда еще не было так болезненно унизительно пытаться преподать отцу урок, чтобы не вмешивался.

— Если тебе приглянулся мистер Холидей, то, возможно, тебе следовало…

Скай подняла ладонь, прерывая сестру:

— О нет. Мне слишком пришлось потрудиться, чтобы настоять на своем, и я не собираюсь идти на попятный. Кроме того, не думаю, чтобы Коннор принял меня в качестве подарка.

Поскольку сестра была красива и многие искали ее общества, Мэгги поняла, что та, должно быть, действительно произвела ужасное впечатление.

— Тогда никто из нас его не получит.

— Тебе придется стоять на своем. Джей Мак и Раштон все еще составляют заговор.

— Откуда ты знаешь?

Скай изумленно покачала головой.

— Магги! — нетерпеливо воскликнула она. — А разве ты этого не знаешь?

Раштон Холидей потушил окурок сигары.

— И что же нам делать дальше?

Джен Мак давно уже прикончил свою рюмку. Он подумал, не налить ли себе еще, и решил не делать этого. Необходимо иметь ясную голову.

— Вы все еще хотите продать эту землю?

— Никогда не хотел ее продавать, но вы же знаете положение дел на рынке. Мне нужны деньги.

Джей Мак кивнул. Ему повезло, он заранее продал кое-какие акции, предугадав и всего на несколько дней опередив недавний спад.

— Ренни говорит, что ей нужна только полоса земли, проходящая от горного хребта через долину.

— Это район лучших пастбищ. Поэтому Коннор встал на дыбы. Она пересечет реку и расколет все владения. Конечно, это небольшая полоска, если сравнивать ее со всей площадью поместья, но это самый ценный участок — и для вашей железной дороги, и для моего сына.

— Ренни нашла другой маршрут, вполне приемлемый.

— Приемлемый, но не идеальный.

— Это так, но если бы вы не захотели продать землю, то мне пришлось бы брать то, что я могу получить.