Анна Грейси - Отважная бродяжка

— Боится пауков? Вот так неожиданность! Я бы не сказала, что эта молодая особа чего-то боится. Наоборот, она ведет себя очень мужественно. Но она не служанка, — наконец добавила леди Кейхилл. — Это она тебе так представилась?

Джек нахмурился:

— Нет, — медленно произнес он, мысленно возвращаясь назад. — Полагаю, я несколько поспешил с выводами. — Его глаза сузились, вспоминая представление, устроенное Кейт несколько минут назад. — Но если она не ваша горничная, то кто же она?

— Ее зовут Кейт Фарли.

— О, это мне известно, мэм. Об этом она мне сообщила. Но что она здесь делает? — упорствовал Джек.

— Откуда я могу знать, что она делает, Джек? — неопределенно пожала плечами бабушка. — Тебе доподлинно известно, я не покидала эту комнату с того самого момента, как прибыла сюда вчера вечером. Она может собирать цветы или пить чай. Как, черт возьми, я могу узнать, что она сейчас делает, глупый ты мальчишка?

Джек заскрипел зубами:

— Бабушка, зачем эта девушка приехала в мой дом?

— Ах, вот ты о чем, мой дорогой мальчик, — простодушно улыбнулась ему пожилая леди. — У нее не было выбора. Совершенно.

— Бабушка! — губы Джека сжались в тонкую линию.

— Не злись на меня, мальчик, — ничего не выйдет. Твой дедушка в прошлом без конца устраивал мне бурные сцены.

— Вполне его понимаю и искренне сочувствую! — отрезал непокорный внук. — Однако довольно ерунды, бабушка. Кто она?

— Ее зовут Кейт Фарли, и она единственная дочь моей крестницы, покойной Марии Фарли, урожденной Делакомб.

Леди Кейхилл вкратце ознакомила Джека с историей Кейт, насколько знала ее сама.

— Значит, она — леди, — произнес он, нахмурившись.

— Конечно.

— Да, но по ее поведению этого не скажешь.

— Я не заметила недостатка хороших манер, — возразила бабушка. — Характер, да. Так и сверкает в этих ее огромных синих глазищах…

— Не синих. А, пожалуй, серо-зеленых.

Пожилая леди подавила усмешку. Итак, он заметил цвет ее глаз?

— Как скажешь, — согласилась она. — Но пока я быстренько увозила ее черт знает куда, девчонка всего лишь сердито смотрела на меня — ни капли паники, полная невозмутимость.

— Что значит «быстренько увозила»? — брови Джека поползли вверх.

— О, не смотри на меня так, Джек. Это единственное, что можно было сделать. Ты же сам заметил, девочка находилась на краю голодной смерти. Она была в отчаянном положении. Круглая сирота — ни одного кровного родственника, к кому можно было бы обратиться, — да еще и без единого пенни в кармане, если я не ошибаюсь.

Джек нахмурился и, задумавшись, вытянул больную ногу.

— Я все еще не понимаю.

— Девочка достойна гораздо большего, чем ей позволяет ее упрямая глупая гордость. В этом она походит на своего проклятого отца. Семья хотела дать за Марией огромное приданое, когда она — единственный их ребенок — выходила замуж за Фарли, но пастор от всего отказался. Не хотел, видишь ли, чтобы подумали, будто он женится на ее деньгах. И посмотри, что вышло! Его собственная дочь одета в тряпье и едва не умирает с голоду! Тьфу! Не могу спокойно о нем говорить!

— А Кейт… э-э… мисс Фарли, бабушка, — напомнил Джек.

— Говорит, что не нуждается в моем милосердии, и не примет его ни от кого. И потом, у меня не было времени стоять и препираться с ней в ее убогой лачуге. Пришлось ее похитить.

— Пришлось, что?

Джек изумленно уставился на бабушку. Что и говорить — возмутительная пожилая леди. Его губы дернулись, и внезапно Джека прорвало; смех поднимался из самых его глубин. Он в изнеможении рухнул на кровать и хохотал до тех пор, пока не заболели бока.

Бабушка наблюдала за ним, крайне довольная. Это был первый лучик надежды, полученный ею от любимого внука с тех самых пор, как он ушел на войну. Назад вернулся молчаливый, циничный незнакомец со шрамами. И увидев теперь, как он безудержно смеется, она до конца осознала всю глубину своего страха — страха, что ее прежний Джек навсегда остался на той войне.

Что-то расшатало его непоколебимую сдержанность, которую он приобрел, пока — хромой, лишенный наследства, еще и брошенный невестой — возвращался домой с войны на Пиренейском полуострове. Все это время он оставался противоестественно спокойным, словно ничто его не волновало и не вызывало в нем ответной реакции. Он ушел в себя и превратился в отшельника.

И вот за один лишь час леди Кейхилл стала свидетельницей того, как ее внук вскипел от ярости, а затем от души расхохотался. И, похоже, всему виной эта худенькая девчушка. Леди Кейхилл возблагодарила небеса за тот импульсивный порыв, что заставил ее завернуть к Кейт по пути в Лестершир. Теперь ни в коем случае нельзя допустить, чтобы девушка исчезла.

Пожилая леди толкнула Джека в плечи, продолжавшие подрагивать от смеха.

— Ох, сейчас же уходи, мальчишка. Для одного утра с меня достаточно и тебя, и твоей глупости, — довольно грубо заявила она, скрывая истинные чувства. — Я должна одеваться, иначе у Смизерз случится истерика. Мне совершенно ясно, что этот дом нуждается в женщине, которая приведет его в порядок, а потому, полагаю, я должна немедленно подняться и взяться за работу. Будь хорошим мальчиком и достань мне немного горячей воды. Ну же, двигайся, Джек, или я прямо сейчас в одной ночной рубашке встану с кровати, а это уж точно вызовет у Смизерз приступ бешенства!

— Вы, безусловно, самая скандальная пожилая леди среди всех мне знакомых, — ухмыльнулся Джек. — Удивительно, как эта бедная женщина до сих пор не скончалась от шока.

Он поднялся с кровати и, посмеиваясь, захромал из комнаты.

Джек направился вниз, стерев с лица остатки смеха. Теперь необходимо срочно найти мисс Кейт Фарли и задать ей пару-другую вопросов. Кухонная служанка? Ха! Которая всего лишь моет пол? Ха! Подумать только, он о ней беспокоился! Маленькая негодница, небось, сейчас сидит где-нибудь, отдыхает и хихикает в потертый рукав, радуясь тому, как удачно его разыграла.

Войдя в кухню, он замер, будто громом пораженный. Кейт ползала по полу на карачках, энергично начищая большие каменные плиты, — в точности, как и говорила.

— Что, черт возьми, вы тут делаете? — взревел Джек.

Кейт подпрыгнула от неожиданности, затем повернулась и, отложив жесткую щетку для полов, снова села на пятки. Она отметила мрачный насупленный взгляд, сжатые кулаки и исходивший от него гнев. Ее глаза блеснули. Итак, он наконец-то выяснил, кто она такая. И не на шутку рассердился. Она плотно сжала губы, чтобы те перестали дрожать от смеха.

Джек не ожидал, что так вскипит, увидев скребущую полы Кейт. Он боролся с гневом и с не менее сильным желанием подхватить ее и мигом унести наверх. Она выглядела такой маленькой и хрупкой. Ей незачем было выполнять эту грязную и унизительную работу.