Джо Гудмэн - Все, что мне нужно

– Ее нельзя назвать пропащей, мама. Скорее она несчастная женщина.

– Она заслуживает презрения.

Хотя леди Уинслоу произнесла свои слова тоном, не терпящим возражений, Истлин не смог промолчать:

– Я не бросал ее, мама. Миссис Сойер сама предпочла искать покровительства в другом месте.

– Потому что ей не удалось обвести тебя вокруг пальца.

Истлин внезапно почувствовал острую боль в левом виске. Прикоснувшись кончиками пальцев к виску, он слегка помассировал его и обратился к матери, стараясь говорить как можно мягче:

– Похоже, вам известно многое обо мне.

– Я лишь слушаю, что говорят.

– Надеюсь, я никогда не узнаю, кто именно оказался столь откровенен с вами.

Истлин снова ощутил боль в виске. Фрэнни заметила невольную гримасу боли на лице сына и обеспокоенно спросила:

– Мне позвонить, чтобы принесли компресс?

Истлин покачал годовой:

– Пройдет. - По крайней мере маркизу хотелось так думать. Для разговора с Аннет ему потребуются все его силы. - Может быть, еще немного чаю… - произнес он, стараясь отвлечь леди Уинслоу от темы разговора.

Фрэнни налила еще чаю и заботливо поставила перед ним чашку с блюдцем.

– Есть одна вещь, которую я не в силах понять, - тихо продолжала она. - Почему миссис Сойер избрала своей мишенью леди Софию? Полагаю, не случайно, а намеренно, но вот зачем? Хотя на репутации ее семьи и имеются кое-какие пятна, Колли не принадлежат к каким-то париям. Насколько мне известно, сама леди София не слишком часто бывает в обществе, но она вращается в кругу светской молодежи. Кажется, я пропустила ее дебют. Насколько хорошо вы были знакомы с ней до того, как ваши имена оказались связаны слухами?

Матери Истлина не потребовалось много времени, чтобы составить полное представление о ситуации.

– Мы едва знакомы, - спокойно ответил Ист. - К сожалению, мне абсолютно нечего сказать, чтобы оправдать себя в ваших глазах, матушка. Я не горжусь той ролью, которую невольно сыграл в подобном деле. - Он поставил чашку на блюдце и взглянул в глаза матери.

Леди Уинслоу слыла вполне здравомыслящей женщиной, но, когда речь шла об интересах сына, она могла потерять голову и пойти на многое, чтобы защитить его. В данных же обстоятельствах Истлин, по его глубокому убеждению, не заслуживал сочувствия, поскольку в случившемся была доля и его вины.

– Миссис Сойер как-то спросила меня, как могла бы выглядеть женщина, на которой я когда-нибудь женюсь. Как видите, матушка, я все же иногда задумываюсь над таким вопросом.

– Как и она, если я ничего не упустила из твоего рассказа, - резко перебила его Фрэнни. - Прошу тебя, продолжай.

– Буквально за несколько часов до слухов - на музыкальном вечере леди Стэффорд - меня представили леди Софии, и ее имя пришло мне в голову, когда миссис Сойер задала свой вопрос. Леди Колли действительно произвела на меня благоприятное впечатление. Я привел в пример леди Софию, указав на нее как на полную противоположность женщине, которую я хотел бы видеть своей женой.

– Понимаю. Ты действительно поступил дурно.

– Леди София не заслуживает того, чтобы стать предметом насмешек, - заступился за нее Истлин.

– Да. Но то, что устроила миссис Сойер, воспользовавшись твоим бездумным замечанием, вообще выходит за всякие границы. Твоя любовница рассчитывала, что ты сделаешь ей предложение, Гейбриел. Я думаю, ее намерение не укрылось от твоего внимания.

– Я понимал, на что она намекает, и разглядел ловушку, рассчитывая, что сумел ловко обойти ее.

– Да? И каким же образом? Описывая ей тип женщины, которая заведомо не станет твоей женой? И ты говоришь серьезно? Твои слова могли лишь еще больше уверить твою любовницу в ее привлекательности для тебя. Она ведь не имеет ничего общего с леди Колли.

– Да. У них мало сходства.

– О чем я и говорю. Твое сравнение внушило ей надежду, Гейбриел.

– Я не хотел ничего подобного.

– Сейчас уже не важно. Ты хорошо сделал, что избавился от нее.

– Я не избавлялся от нее, мама. Она сама отказалась от моего покровительства, - возразил Истлин.

– Она рассчитывала, что ее уход подтолкнет тебя сделать ей предложение. Слава Богу, ее уловка не сработала. Я бы усомнилась в твоем здравом рассудке, если бы план ей удался. И что ты собираешься сказать ей теперь? Ведь она достойна презрения.

Истлин сполз на самый край дивана и закинул руку за голову. Скосив глаза, он смотрел на леди Уинслоу, пытаясь справиться с неутихающей болью в виске.

– Только не говорите, что вы собираетесь поделиться своим открытием с подругами. Вы убьете меня, матушка. Каждый раз в такого рода разговоре будет упоминаться мое имя, причем в самой нелестной для меня манере. Мне придется так часто драться на дуэли, защищая свою честь, что понадобится специальный человек, который бы взял на себя составление расписания поединков. Я не смогу рассчитывать, что Саутертон или Норт встанут на мою сторону. Более того, они наверняка окажутся первыми, кто бросит мне вызов, а Уэст не захочет выбирать между двумя противоборствующими сторонами. И в итоге у меня не останется ни одного секунданта.

Фрэнни поджала губы, чтобы не рассмеяться. Она всегда чувствовала себя беззащитной перед доводами Истлина, излагаемыми в такой насмешливой манере.

– Ну хорошо, - согласилась леди Уинслоу. - В конце концов, я не хочу, чтобы меня обвинили в расшатывании общественных устоев. Я буду держать свои убеждения при себе. Ты можешь рассчитывать на меня.

– Вы очень добры ко мне, матушка. Вы расскажете все отцу, не правда ли? Мне действительно нужно идти. - Истлин наклонился к матери и нежно пожал ее руку.

– Я немедленно напишу твоей сестре. Кара, конечно, и не думала принимать слухи всерьез. Она уверена, что ты известил бы нас, если бы надумал сделать предложение леди Софии, - кивнула Фрэнни.

– Полковник просил выразить свое почтение вам и отцу, - передал Ист, стоя в дверях гостиной.

Леди Уинслоу мгновенно заняла оборону.

– А, так ты нанес ему визит, прежде чем явился сюда, в дом своих родителей. Мне не слишком нравится быть номером третьим в списке вынужденных визитов после леди Софии и Блэквуда, но моему самолюбию чрезвычайно льстит тот факт, что ты пришел прежде ко мне, а не к миссис Сойер.

Губы Истлина дрогнули.

– Вы не меняетесь, матушка, и я считаю это добрым знаком. Если бы вы когда-нибудь упустили возможность выбранить меня, я бы серьезно обеспокоился. - Он поцеловал в щеку леди Уинслоу.

Проводив глазами сына, Фрэнни взялась за вышивание, тщательно обдумывая план, как ей познакомиться с Софией.

– Твоему отказу нет никаких оправданий! - От гнева лицо Тремонта побагровело.