Шеннон Дрейк - Шотландский лев

– Две минуты давно истекли.

– Знаю, – с сожалением в голосе отозвалась Кристина и вышла из воды, зажав в руке подол платья, чтобы не замочить его окончательно.

– Укладывайтесь в отведенное время, леди, – предупредил Джейми. – Если вы желаете порезвиться в ручье, то придётся делать это в моем присутствии.

– Я покорно жду вашей следующей команды, – проговорила Кристина.

– Что-то в вашем тоне заставляет предполагать, что от вас можно ждать чего угодно, только не покорности, – заметил Джейми.

– Не знаю, что вам послышалось, но я сказала именно то, что хотела сказать.

Издав звук, похожий на фырканье, шотландец снова взял Кристину за руку и повел к месту ночлега, где привязал ее веревкой за лодыжку к своей ноге и улегся на некотором расстоянии, положив под голову седло и скрестив на груди руки, то есть в самой неудобной для сна позе.

Кристина ворочалась с боку на бок, пытаясь найти удобное положение, но не тут-то было.

Шотландец лежал не двигаясь и не произнося ни слова. Кристина уже было подумала, что он заснул, однако когда она наконец нашла положение, в котором возможно было заснуть, он вдруг заговорил:

– Ну, угомонились, наконец? Право же, вы хуже какого-нибудь мерзкого клопа.

Кристина испуганно замерла и, немного помолчав, сказала:

– Я постараюсь больше не шевелиться.

– Поскольку вы все равно не спите, расскажите мне подробнее о Хэмстед-Хите.

Кристина перевернулась на другой бок и удивленно посмотрела на шотландца. В полутьме хорошо был виден его резко очерченный профиль.

– Хэмстед-Хит, – повторила Кристина. – Что о нем рассказывать? В былые времена это было чудесное поместье в долине, окруженной холмами. Там проживало много людей, которые вели натуральное хозяйство, выращивали зерно и разводили крупный рогатый скот. Зерновые давали богатые урожаи, на лугах росла отличная трава, и в течение многих лет там выращивали и объезжали лучших в мире лошадей.

Кристине показалось, что шотландец насмешливо хмыкнул.

– Вы и понятия не имеете, до какой степени опустошила продолжительная война земли, лежащие к северу от вас, – проговорил он, глядя во тьму. – Плодородные земли превратились в пустоши, после того как английские войска вытоптали их, не оставив ни единой живой травинки. И все это из-за жадности одного человека.

Кристина приподнялась на локте.

– Знаете, вы сильно ошибаетесь. Все это произошло не из-за жадности одного человека. Если вы так думаете, то вы просто закрываете глаза, не желая видеть правду. Ваши же бароны во многом способствовали разорению Шотландии. Они постоянно воюют друг с другом. Ваши люди не признают никаких законов. Даже сейчас ваш король воюет со своими людьми, как он воюет с англичанами, причем никогда не может с уверенностью сказать, какую сторону поддерживает его же народ.

Кристина понимала, что поступает глупо, говоря все это шотландцу, испытывая его терпение. В конце концов, он может вспылить. Она инстинктивно отодвинулась от него подальше, и от этого натянулась веревка на ее ноге.

Шотландец повернулся к ней лицом и проговорил:

– Уж не подумали ли вы, что я изобью вас до полусмерти за такие высказывания, Кристина? Если это так, то вы не видите, какие различия есть между нами. Никто не пылает ненавистью ко всему английскому и ко всем англичанам. Воюя друг с другом, мы поняли, что наши крупные бароны проявляют лояльность к Англии из-за того, что их земли находятся в руках английского короля. То, что они по рождению шотландцы, отнюдь не уменьшило в них жадности к богатству, титулам и собственности. Место рождения человека еще не делает его благородным, храбрым, добродетельным. Но Роберт Брюс не желает завладеть английской короной. Он хочет другого – объединить свою страну, сплотить свой народ.

– И поэтому вы боитесь, что я могу сбежать к англичанам, – тихо добавила Кристина.

– Англичане остаются в Шотландии, – ответил Джейми. – И пока они это делают, многого следует опасаться.

– Значит, теперь все шотландцы лояльны?

– Вы ведь знаете, что это не так. Но скоро Роберт Брюс будет держать в своих руках всю страну, а англичан выгонят. Однако я просил вас рассказать не о земельных угодьях, праве собственности или архитектуре вашего дома. Ваше мнение о шотландцах совершенно очевидно: неучи, варвары, люди, не подчиняющиеся законам, не имеющие моральных принципов. Но вы предпочли всеми правдами и неправдами добиться позволения сопровождать таких людей из страха перед наказанием за невыплату дани королю ради сохранения мирных отношений. Ситуация весьма печальная.

Кристина молчала, а Джейми ждал ответа.

– Что скажете, Кристина?

– Да, ситуация печальная. Но, как вы изволили заметить, моральные принципы человека не зависят от его происхождения.

– Эдуард I был безжалостным и жестоким человеком.

– Вы, конечно, понимаете, что для англичан он был сильным королем, уважающим закон…

– В пределах Англии.

– Он любил науки, искусство… Он был гораздо лучше, чем… чем король, которого мы имеем сейчас, – совсем тихо проговорила Кристина.

– Миледи! Наконец-то хоть в чем-то мы с вами согласны! Ваш нынешний король руководствуется исключительно чувством мести и понятия не имеет о мирных переговорах. Но он молод и, судя по всему, здоров, так что вам придется терпеть его еще много лет.

Кристина молча лежала в темноте, думая о том, что ей интересны и понятны высказываемые шотландцем мысли. Что же это получается? Он приводит ее в ярость, находит ее менее чем привлекательной, а ей, видите ли, интересно знать, что он думает, во что верит и каково его мнение об их мире?

– А теперь, миледи, – тихо проговорил Джейми, – расскажите, кто такая Лорен. Только не говорите мне снова, что она служанка.

Кристину удивило, что слова шотландца не только испугали ее, но и обидели. Где-то в глубине души она считала свои действия проявлением благородства. Она была готова подвергнуть себя любой опасности – более того, была готова в буквальном смысле броситься к его ногам, – и все напрасно, потому что он очарован Лорен и она по-прежнему находится в большой опасности. Нет, в опасности не ее жизнь, потому что, судя по всему, эти шотландцы не хладнокровные убийцы. Но этот человек явно отдает предпочтение нежной красотке Лорен и ее спокойным манерам, несмотря на все усилия Кристины отвлечь его внимание от невесты брата.

– Я задал вам вопрос, – снова раздался голос Джейми.

– Она друг. Очень близкий друг.

– Не бедная ли родственница, проживающая в поместье?

– Да, – торопливо согласилась Кристина.

– Вы лгунья, – резким тоном заявил шотландец.

– Она очень дорогой друг. И это не ложь.