Анна Грейси - Идеальный поцелуй

Правда, рядом с ним, наверное, так себя ощущала любая женщина. Следовало помнить, что он был лордом и считал ее наемной компаньонкой. Джентльмены всегда волочатся за прислугой, как будто у них нет чувств, как будто у них нет сердец, которые так легко разбить. Не важно, как сильно он горел и как опалял ее, она не могла принимать его ухаживания всерьез. Он даже не верил в брак.

Грейс подумала о своих сестрах, нашедших любящих страстных верных мужей.

– Некоторые браки просто замечательны – полны любви, счастья и теплоты.

Доминик фыркнул:

– Никогда бы не поверил, что девушка, разгуливающая с ножом в ботинке, верит в подобные сказки, Грейст… черт возьми, как тебя зовут? Ты не хочешь, чтобы я называл тебя Ясные Глазки, а я не могу больше называть тебя по фамилии… – Он улыбнулся как довольный тигр. – После всего, что было между нами.

– У меня нет имени. Просто Грейсток. – Она решительно сделала шаг назад и сказала. – Разве у нас что-то было, лорд д'Акр? Вы ничего обо мне не знаете. Вы обручены с мисс Петтифер, и даже если вы ничего не знаете о верности и… и любви, то я знаю! А теперь идите и займитесь тем, от чего я вас отвлекла. – Она пыталась избавиться от него.

– Вы ошибаетесь, маленькая мисс «Без Имени». Я знаю очень много о… как ты это назвала?., ах да, любви. – Он произнес это слово похотливо, растягивая каждый звук. – Но если ты хочешь научить меня чему-то еще…

– Вон! – Грейс указала пальцем на дверь. Уперев руки в бока, она ждала, пока он уйдет. Она не могла себе поверить, что она только что велела ему выйти из его собственной кухни.

Разумеется, Доминик и не думал ее слушаться.

Он усмехнулся, как будто ее манера поведения лишь забавляла его. В какой-то момент она даже подумала, что он хочет опять поцеловать ее, так что когда он наконец пошевелился, она отшатнулась, думая, что он вот-вот набросится на нее.

Но вместо этого он поднял еще несколько поленьев и подложил их в очаг, чтобы показать ей, кто тут владелец замка, а кто наемная компаньонка.

Ей хотелось вышвырнуть его из кухни. И зато, что разжег в ней огонь. И за то, что поцеловал ее. И, самое главное, за то, что разбудил в ней желание поцеловать его в ответ.

Все казалось таким простым: притвориться компаньонкой и быть все время рядом, чтобы приободрить Мелли и помочь ей объяснить отцу, что она не желает фиктивного брака с хладнокровным лордом.

Однако лорда нельзя было назвать хладнокровным. Она наблюдала за тем, как он подкладывает дрова в огонь. Он был упрямым, твердолобым и глупым. Брак – это имущество и наследники, – подумать только!

– Огонь продержится до утра. – Он выпрямился. – Что ж, я пошел.

Девушка задерживала дыхание, пока он шествовал мимо нее. Доминик задел ее своим пальто, и она уловила его запах. Он был таким же, как и его вкус. Экзотический, непонятный, пугающий и неотразимый.

Она еще раз протерла рот, пытаясь таким образом избавиться от его аромата, засевшего в ее подсознании. «Мой вкус останется навсегда у тебя во рту». Ни за что! Никогда!

Его рука была на ручке двери, когда она спохватилась:

– А куда вы направляетесь?

Он обернулся со злорадной улыбкой.

– Говорят, в трактире в деревне делают потрясающие пироги с мясом. После колки дров у меня разгулялся аппетит. Хорошего вечера.

Пироги с мясом? Дверь закрылась, и у Грейс заурчало в желудке. Она посмотрела на кружки моркови, плавающие в воде среди зелени. Пироги с мясом?

Лорд д'Акр, исчадие ада!

– Так вот ты где. Я обошла чуть не весь дом и не нашла ни души, – проговорила Мелли, входя в кухню. – Доктор ушел. Он сказал, что не будет ждать чай.

– Как твой отец?

– О, Грейс, я волнуюсь за него. Он выглядит очень плохо и все время просит позвать… с-священника. – Ее лицо сморщилось.

– О Мелли! – Грейс отложила нож и обняла подругу.

– Доктор пустил ему кровь, она все текла и текла… – Она замолчала и вытерла глаза. – Мне кажется, папе это не помогает. Он сейчас спит, но он так слаб… намного слабее, чем прежде.

Грейс нахмурилась. Ее двоюродный дедушка Освальд не очень-то жаловал докторов, особенно тех, кто пускает кровь пациентам при первой же возможности.

– А ты просила его не пускать кровь? Мелли кивнула:

– Да, но он не обратил на меня внимания. Ты же их знаешь.

Грейс знала.

– Давай посмотрим, как твой отец будет чувствовать себя утром. Возможно, здесь поблизости есть еще какой-нибудь доктор, мы могли бы проконсультироваться с ним. – Она взяла нож и продолжила резать овощи.

– Доктор сказал, что вернется утром. Возможно, мы вместе поговорим с ним. – Мелли нахмурилась, заметив наконец резню, происходящую на столе. – Чем это ты тут занимаешься?

– Варю суп. – Грейс принялась за репу. Это была очень старая и очень твердая репа. Ее раненая рука пульсировала, а желудок все еще ворчал. А все из-за этих пирогов с мясом, черт его дери!

Мелли с сомнением посмотрела на батарею овощей, расположившуюся на столе.

– Не знала, что ты умеешь готовить.

– Кто угодно может готовить, – заявила Грейс, надеясь, что так оно и есть. – Кроме того, выбора у нас нет.

– Почему? Разве больше нечего есть? Неужели в доме действительно нет больше слуг? И где хозяин дома?

Этот невинный вопрос вывел Грейс из себя, но не могла же она выместить свою злость на бедной Мелли. Поэтому она яростно накинулась на беспомощную репу.

– Хозяин дома… Этот законченный низкий бесчувственный негодяй бросил нас на произвол судьбы. Он вскочил на своего коня и уехал в деревенский трактир. – Грейс высыпала нарезанную репу в котелок. – Где готовят потрясающие пироги с мясом.

Кусочки репы плавали вместе с морковкой среди крапинок зелени. Все это было совершенно не похоже ни на один суп, который приходилось есть Грейс.

– Как странно, – произнесла Мелли.

– Да, мне кажется, овощи слишком старые.

– Я имею в виду лорда д'Акра. Странно, что он так поступил. – Мелли смущенно посмотрела на Грейс. – Знаешь, он не так плох, как я ожидала. Несколько часов искал врача для папы под проливным дождем, хотя, конечно, привезла его ты. Потом помогал доктору переодевать папу. Он даже сказал мне, чтобы я не беспокоилась и что все будет в порядке.

Грейс недоверчиво смотрела на нее. Как могла Мелли проглотить такую очевидную ложь? Тот же самый человек только что говорил о браке как о хладнокровной сделке, хотя Мелли об этом, конечно, известно не было. Но ведь она знала, что этот мерзавец бросил их, чтобы поесть самому, в то время как они умирали от голода.

Не поняв причину недоверчивости подруги, Мелли кивнула:

– Да, это было мило с его стороны, не правда ли?

– Мило? – огрызнулась Грейс. – В человеке, который отправляется есть великолепные мясные пироги, оставляя гостей самих готовить себе… – она с отвращением взглянула на содержимое котелка, – отвратительный суп, нет ничего милого.