Виктория Холт - Шелковая вендетта

– Это мавзолей, – объяснила Джулия – Интересный стиль.

– Его построили около ста лет назад, – сказал Чарльз. – Довольно жуткое место, да?

– Да, наверное, – согласился Дрэйк. – Он открыт?

– Господи помилуй, конечно, нет. Его открывают очень редко... вероятно, только когда туда кого-нибудь кладут. Только подумать, что я когда-нибудь там окажусь... И Филипп тоже. Какая жуткая мысль. А вы, девочки... ну, вы, полагаю, выйдете замуж и уже не будете Сэланжерами... так что вам это место не грозит.

– Мавзолеи всегда интересовали меня, – сказал Дрэйк, спешиваясь. – Я бы хотел осмотреть его. Необычная резьба по камню. Столько труда... для последнего пристанища умерших.

– Я называю его Домом мертвецов, – сказала Касси.

– Это звучит слишком жутко, – вздрогнула Джулия.

– Не хотела бы я оказаться здесь ночью, – прибавила Касси. – А ты, Ленор?

– Думаю, мне тоже было бы не по себе, – призналась я.

– Интересно, почему его называют мавзолеем? – спросила Джулия. – Но ему подходит это название, правда? Да, трудно себе вообразить бал в мавзолее.

– Я думаю, что это слово звучит так пугающе только из-за своего назначения, – предположил Дрэйк.

– Любопытно было бы узнать происхождение этого слова, – сказала Касси.

– А вот это я могу вам рассказать, – оживился Дрэйк. – Одно время я подумывал заняться археологией. Если из меня не получится политик, возможно, займусь ею снова. Когда-то вдова Карийского царя Мавзола воздвигла на горе Галикарнас сооружение, куда поставили гроб с телом ее мужа. Было это примерно в триста пятьдесят третьем году до нашей эры. Захоронение оказалось таким пышным и таким великолепным, что его прозвали одним из семи чудес света.

– Как бы я хотела на него посмотреть! – воскликнула я.

Он с улыбкой повернулся ко мне.

– Это совершенно невозможно. Мавзолей разрушился где-то между тринадцатым и четырнадцатым столетиями. Отдельные его части разобрали местные жители на строительный материал для своих домов.

– Мистеры Баркеры тринадцатого-четырнадцатого веков, – пробормотала я про себя.

– Конечно, они не считали себя вандалами. Но когда вы будете в Лондоне, Ленор, я свожу вас в Британский музей. Место, где был построен Мавзолей, было обнаружено не так давно, в тысяча восемьсот пятьдесят седьмом году, и все, что сумели спасти, перевезли в Англию, в Британский музей.

– Мне бы очень хотелось посмотреть.

– Когда-нибудь увидите.

– Я бы тоже хотела, – сказала Джулия.

– Для меня будет огромным удовольствием сводить туда вас обеих.

– И меня? – спросил Чарльз.

– Ну конечно. Я вижу, мне удалось заинтересовать вас. – Он повернулся к Чарльзу: – А нельзя зайти внутрь?

– Думаю, что можно, – сказал Чарльз. – У кого-нибудь должен быть ключ. Наверное, Кларксон знает, где он.

– Почему бы тебе не сходить за ним, Чарльз, – предложила Джулия, – тогда мы могли бы посмотреть прямо сейчас.

– Я был бы так рад, – сказал Дрэйк.

– Очень хорошо, я схожу, – сказал Чарльз.

И он зашагал по направлению к дому.

– Надеюсь, я не наскучил вам со своими разговорами, – обратился к нам Дрэйк.

– То, что вы говорите, весьма отличается от профессиональных выкладок Баркера, – сказала я.

Он засмеялся, а Джулия вмешалась в наш разговор.

– По-моему, прошлое – это так увлекательно. Как, должно быть, приятно делать разные открытия.

– Да, действительно увлекательно. Как здорово по-настоящему участвовать в каком-нибудь открытии... откопать какой-нибудь затерянный город... храм или захоронение. Конечно, я понимаю, такие вещи случаются только раз в жизни. А в основном это тяжелая утомительная работа без надежды на вознаграждение.

– Чувствую, что политика все-таки перевесит, – сказала я.

Он невесело улыбнулся.

– Наверное, вы правы.

Мы еще немного поговорили о старых захоронениях и вчерашнем вечере; потом вернулся Чарльз, триумфально неся в поднятой руке ключи.

– Ну вот, – сказал он, – ваше нездоровое любопытство будет удовлетворено.

Мы все спешились и проследовали за Чарльзом, мимо ангелов с огненными мечами, к воротам. Когда мы подошли к мавзолею, Дрэйк заметил торчащий из земли крест.

– Похоже на миниатюрную могилу.

– Это и есть могила, – сказала ему Джулия. – Здесь похоронена собака.

– Кто-нибудь из ваших любимцев?

– Нет, это... не наша собака, – ответила Джулия.

– Собака принадлежала одному мальчику с конюшен, – решила объяснить я. – От был к ней очень привязан, а какие-то мальчишки забили ее камнями... недалеко отсюда. Это его просто убило. Мальчик не очень развитый, и собака была для него всем. Не представляю, почему люди могут быть так жестоки.

Боюсь, что говорила слишком горячо, живо вспомнив всю эту историю. Я до сих пор не могла ее забыть. Мне было известно, что Вилли часто навещает могилу и сидит на ней, разговаривая со своей собакой. Я часто слышала там его голос. Теперь у него был маленький Перец, которого он очень любил, но я подозревала, что забавный щенок так и не смог заменить ему ту, другую собаку.

На мои глаза набежали слезы, и мне стало неловко за свою чувствительность.

– Какая низость, – возмутился Дрэйк. – Только безмозглые идиоты способны на такие вещи.

Он взял мою руку, ободряюще пожал ее и зашагал рядом.

– Ну что, готовы? – спросил Чарльз. – Великий момент наступает.

Он вставил ключ в замок и с усилием повернул его.

– Замок заедает, – объяснил он, – им редко пользуются... только когда какой-нибудь бедняга Сэланжер присоединяется к своим предкам.

– Там, наверное, тяжело дышать, – сказал Дрэйк.

– Полагаю, в здании есть какая-нибудь вентиляция воздуха, – предположил Чарльз.

Дверь распахнулась. Перед нами оказалась крутая лестница, уходящая в темноту. Мы спустились на один пролет, Чарльз шел впереди.

– Осторожнее, – закричал он. – Не поскользнитесь там. Кто знает, что может оказаться внизу.

Мы шли все дальше вниз и вниз, пока не оказались в подземелье с высоким потолком. Прямо перед нами возвышалась огромная статуя Мадонны с младенцем и скульптурная группа, состоявшая из фигуры женщины и двух ангелов. Рядом с этой группой находилась фигура, явно изображающая сатану. Со скипетром в руках он нападал на ангелов. По-видимому, они боролись за душу умершей женщины. Все это было довольно жутко, тем более что комната освещалась лишь слабым лучом света, пробивавшимся сверху. Вдоль стен в ряд стояли гробы.

Мелкая противная дрожь начала сотрясать мое тело. Я чувствовала себя так, словно прошлое поймало меня в свои сети.

– Впечатляет, – прошептал Дрэйк. – А знаете, он построен в тех же пропорциях, что и захоронение Мавзола. Я видел его рисунки и нахожу, что оба мавзолея очень похожи.