Сари Робинс - Незнакомка под вуалью

Однако опасность возникала, когда в воздухе между ними потрескивало сексуальное возбуждение, если соприкасались их руки. У нее была теплая, гладкая кожа, а тонкие золотые волосы, казалось, просили от него ласки, сочные губы искушали попробовать их на вкус.

На мисс Уэст висел знак «Опасно», а Стил был слишком хитрым и осторожным, чтобы не замечать предупреждение. Он держался в стороне, удерживал себя от того, чтобы зайти в классную комнату, не обедал с ними, не вмешивался в игры. Стил уверял себя, что для мальчиков это тоже хорошо, потому что они обживаются, и он не хочет нарушать их распорядок.

Но сейчас ему не оставалось ничего другого, кроме как заняться загадочной мисс Уэст. А он не такой дурак, чтобы пропустить такое удовольствие.

Абигайль подняла бровь, скрестила руки на груди, отчего совершенно очаровательно округлились бедра.

– Мы закончили, милорд?

Стил нахмурился, глядя ей в глаза.

– Когда закончим, я вам сообщу, мисс Уэст.

Напор энергии напоминал ему ощущения в суде, когда он допрашивал свидетеля. Непредсказуемость схватки возбуждала, а он любил вызовы.

– Еще раз расскажите, почему вы не следили за Сетом.

– Я осталась с Феликсом. И воздушным змеем. Я не могу быть в двух местах одновременно. – Абигайль прищурилась.

– Почему вы так на меня смотрите?

– Как?

– Как будто я в чем-то виноват.

Она чуть вздернула подбородок.

– Ну? – потребовал он. – Говорите все, о чем думаете.

Серо-голубые глаза пронзили его.

– Возможно, если бы вы пошли с ними…

– У меня работа.

– Каждую минуту дня?

– К вашему сведению, быть заместителем генерального прокурора Англии требует некоторого времени. – Стил с изумлением поймал себя на мысли, что поглощен беседой с девушкой из штата прислуги. Почему-то его раздражало, что гувернантка не думает о нем хорошо. Абигайль недоверчиво улыбнулась.

– Вы мне не верите? – Стил был шокирован.

– Я здесь неделю, и за это время вы не сказали детям двух слов.

Направление разговора Стилу не понравилось.

– И что?

– А то, что вы теперь самый близкий им человек, а они вас едва знают!

Стил сказал себе, что его оправдывает то, что он всего лишь временный опекун.

– Вы их избегаете, – заявила мисс Уэст, и это было близко к правде.

Стил нахмурился, отвернулся и подошел к окну. Мисс Уэст встала позади него. Ее присутствие ощущалось, как жар раскаленного камня. Он воровато вдохнул ее запах и подумал: ну почему именно мисс Уэст была послана раздражать его, когда в Англии полно суетливых, отвратительных гувернанток, и те по крайней мере знают свое место?

Вдруг мисс Уэст мягко спросила:

– Потому что они напоминают вам вашу жену?

Стил вздрогнул.

– Нет. Конечно, нет.

– Это было бы вполне естественно. Они на нее похожи.

Он удивился:

– Откуда вы знаете?

– Видела ее портрет на чердаке.

– Что вы делали на чердаке?

Она покраснела, и Стил догадался, что она ходила проверить, не солгал ли он насчет ремонта детских комнат.

– На слово не верите, да?

У нее был виноватый вид.

– Просто я хотела убедиться сама.

Он засмеялся.

– Я бы сделал то же самое.

Их взгляды встретились, и между ними возникла связь, вызвавшая в нем знакомое томление, терзавшее его последние семь ночей.

Такого рода взаимопонимание возникало между ними и раньше, но впервые чувственная вспышка прожгла так, что Стил задохнулся.

Не помогало делу и то, что Абигайль спала в соседней комнате. Стил слышал, как она всю ночь ворочается, и удивлялся, что ее так тревожит.

– Не высыпаетесь, да? – вдруг спросил он. Мисс Уэст заморгала, уставившись на него.

– Ночью. Я слышу вас…

Она нахмурилась, смутилась, отвернулась.

– Прошу прошения. Я вам мешала?

– Нет, – солгал он. – Я все равно не спал.

– Извините. Мне бывает трудно заснуть на новом месте, особенно когда нужно так много сделать.

– Много сделать? – Стил поднял бровь.

– Ну, знаете… все утрясти… организовать… составить списки.

Он скрестил руки.

– Что еще организовать? Вам неудобно в ваших апартаментах?

– О нет! Комната чудесная! Дело не в удобствах… – Ее голос затих.

– В чем же?

Абигайль тряхнула головой, вздохнула, а потом зевнула, как будто разговор о сне вызвал усталость. Она была какая-то странная, но в то же время очень милая.

– Ну, просто… мне говорили, что я гнездящаяся птица.

Ему вдруг стало интересно, мужчина или женщина так хорошо знаком с ее привычками.

– Что это значит?

– Ну, мне нужно гнездо.

– Как птице?

– Да. Мне бывает трудно приспособиться к новому месту.

– Я понимаю. Вы мучаете себя задачами, пока голова не упадет на подушку без сознания.

Мисс Уэст нахмурилась, потом улыбнулась:

– Полагаю, да.

Стил почувствовал, что губы растягиваются в ответной улыбке, и сменил тему. Он и так слишком расположен к этой женщине.

– Ваша шляпка погибла.

Абигайль посмотрела на шляпку, нежно улыбнулась и вздохнула:

– Я знаю.

– Смею думать, ее погубила вода.

– Жертва того стоила. Вы бы видели лицо Сета, когда утки приняли бисер за крошки хлеба. Он был в восторге. – В глазах мисс Уэст заискрился смех, щеки порозовели. Все-таки она очень красива; неудивительно, что он чувствует потребность держаться от нее подальше.

Стил напомнил себе, что проводить время с этой женщиной – только усугублять желание. Но все равно заканчивать разговор не хотелось.

В комнату вплыл новый дворецкий, Дадли, и по-военному застыл у порога. Подавив раздражение из-за того, что ему помешали, Стил спросил:

– Да, Дадли?

– К вам мистер Линдер-Майер, милорд.

Улыбка сбежала с лица мисс Уэст быстрее, чем вор-карманник с места кражи. Она застыла, вцепившись в шляпку как в свое спасение.

Стил недовольно нахмурился. Может, сэр Ли проверяет, уехал ли Бенбрук? Но, зная его, Стил решил, что до сэра Ли уже дошел слух о происшествии в парке. У этого человека повсюду есть глаза и уши.

– Да, проводите его сюда.

Поправив мокрую, порванную юбку, мисс Уэст пробормотала:

– Как вы могли?

– Как я мог что?

Абигайль скептически оглядела лорда Стила.

– Поверить не могу, что вы из-за этого случая вызвали мистера Линдер-Майера.

– Кто вам сказал, что я его вызвал?

– Тогда почему он пришел?

У Стила не было ответа, и он прибег к технике, отработанной в суде.

– Поверить не могу, что вы смеете меня допрашивать, – сказал он и тут же пожалел о своих словах.

Он как будто прочертил жирную линию, отделяющую его от нее – властного хозяина от бессильной служанки, выдающегося лорда от простой обывательницы. Чувство близости, возникшее между ними, развеялось как дым.