Мэдлин Хантер - Грешница в шелках

- Я просто предлагала вам делать все как подобает, сэр, - сказала Верити с некоторой обидой. - Любой может сбить две доски, если у него имеется два десятка гвоздей. Но вы расходовали их слишком уж неразумно, поэтому я решила сказать вам об этом.

- Спасибо, миледи. - Джонатан расплылся в улыбке. - Я очень благодарен вам за помощь. И должен признать, что вы абсолютно правы. Я прекрасно понимаю ваше беспокойство по поводу чрезмерного расходования гвоздей. Поверьте, я искренне раскаиваюсь.

Селия, не удержавшись, рассмеялась.

- Надеюсь, вы не в обиде на мою подругу, мистер Олбрайтон? Видите ли, графиня Хоксуэлл склонна обращать особое внимание на частности!

- Очень разумно с ее стороны. - Джонатан снова улыбнулся. - Само собой разумеется, что я не настолько хороший плотник, чтобы соответствовать запросам графини.

Теперь уже Верити рассмеялась.

- Дело в том, сэр, что если я и обращаю внимание на частности, как выразилась моя подруга, то это лишь потому, что моя юность прошла совсем в другом мире, то есть отнюдь не в аристократическом кругу.

Джонатан взял еще один гвоздь.

- Еще полчаса, и все будет закончено, мисс Пеннифолд. А если вы захотите развлекать леди Хоксуэлл где-нибудь в другом месте, то я не стану возражать.

Селия тут же кивнула:

- Да, сэр, конечно. - Надев шляпку и завязав ленты, она повернулась к подруге. - Давай прогуляемся по саду, Верити. Там нам не будет мешать этот стук.

Подруги направились в глубину сада. При этом Верити то и дело оглядывалась на дом и вопросительно посматривала на Селию. Но та делала вид, что не замечает взглядов подруги.

- Верити, видишь вон ту клумбу? - сказала она в самом конце сада. - Как ты считаешь, с ней все в порядке?

Но подруга, проигнорировав вопрос, пробормотала:

- Твой плотник не очень-то хорош. Я могла бы порекомендовать тебе более подходящего работника. Скажи честно, ты наняла его только потому, что он так красив?

- Нет, конечно. - Селия деланно рассмеялась. - Я уже не помню, кто порекомендовал его мне. А теперь взгляни-ка сюда. Я думаю, луковицы уже пора высаживать. И именно здесь. Как ты считаешь?

Верити снова взглянула в сторону дома. Потом внимательно посмотрела на Селию, на сей раз с некоторым любопытством.

- Знаешь, а на нем очень хорошие ботинки. Для плотника, я имею в виду. Его рубашка и жилет тоже довольно дорогие.

Селия пожала плечами:

- Не вижу ничего плохого в том, что мужчина следит за своим внешним видом.

- Меня больше заботит другое… - пробормотала Верити. - Как столь неумелый плотник может позволить себе такую дорогую одежду? Думаю, нам не следует оставлять его в доме одного. Возможно, он из тех парней, которые представляются мастеровыми только для того, чтобы проникнуть в дом в надежде обокрасть хозяев.

- Ты слишком подозрительна, Верити. Послушай, я думаю, что здесь очень подходящее место для луковичных. Я решила, что этой осенью добавлю несколько новых сортов, и мне нужен твой совет. Я не знаю, какие именно выбрать.

Верити пристально взглянула в глаза подруги.

- Не думаю, что я слишком подозрительна. Но сейчас я вдруг подумала… Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, ты прекрасно знаешь, что он вовсе не плотник.

Селия отвела глаза. Она понимала, что подруга ждет объяснений, но все истории, приходившие ей в голову, казались еще более неправдоподобными, чем ложь про плотника.

- Дорогая, так кто же этот мужчина? - Теперь в голосе подруги звучали веселые нотки, и такое же веселье было в ее синих глазах.

Селия еще больше смутилась.

- Верити, это не то, что ты думаешь, -пробормотала она.

- Тем хуже.

- Верити, перестань!

Подруга весело рассмеялась, потом, хихикая, проговорила:

- Ну… что тебе сказать? У него приятная наружность, а красивый мужчина с руками, пусть даже он не очень хороший плотник, всегда привлекает мое внимание, несмотря на всю мою любовь к Хоксуэллу. - Верити снова оглянулась на дом. - Дорогая, ты просто обязана во всем признаться, иначе я сделаю свои собственные выводы. Так кто же он?

Селия со вздохом ответила:

- Просто жилец, вот и все. И я его сюда не приглашала. Можно сказать, унаследовала. Как мебель. Он заплатил моей матери за комнату и не желает съезжать, хотя я и старалась создавать ему всяческие неудобства.

- А может быть, ему здесь нужны вовсе не удобства? Тебе это не приходило в голову? Знаешь, теперь мне кажется, что с твоим появлением в комнате он стал еще более привлекательным.

Селия промолчала. Было ясно, что Верити кое-что заметила и кое-что поняла. Но что она могла сказать подруге? Ведь она сама не знала, как относится к Джонатану. Знала только одно: ее охватывало волнение всякий раз, когда она видела его.

Верити же, взяв подругу под руку, проговорила:

- Я думаю, тебе следует пригласить в дом какую-нибудь женщину. Не обязательно пожилую, но постарше тебя.

- Я так и собираюсь поступить. Но ты же понимаешь, это не моя вина, что я унаследовала этот дом вместе с мужчиной в придачу.

- Конечно, не твоя. Однако ты должна проявлять осторожность. Причем не только в отношении жильца. Понимаешь, о чем я?…

Селия кивнула. Она тут же вспомнила о столкновении, произошедшем накануне возле ее дома и, тяжко вздохнув, пробормотала:

- Я начинаю думать, что никакая осторожность мне не поможет. Но я рада, что ты не сделала скоропалительных выводов относительно моего жильца. А он, проявив такт, не стал говорить о том, что ты вошла через садовую калитку, а не в главные ворота. И мне кажется, присутствие этого мужчины нисколько не повредит моей репутации. Потому что моей репутации уже ничто не может повредить. Ведь я - дочь Алессандры Нортроп.

- Ах, Селия, не говори так! - Верити покраснела, ее синие глаза увлажнились. - Поверь, я вовсе не думала, что этот человек - твой любовник. Нет-нет, я просто поддразнивала тебя. И извини меня за мой… тайный приход. А своему мужу я скажу, что по-прежнему буду приглашать тебя в наш дом как одну из моих лучших подруг. Мне очень жаль, что многие люди так к тебе относятся… Это ужасно несправедливо…

- Верити, я не осуждаю этих людей. Пожалуйста, поверь мне. Я и раньше знала, как все у меня сложится. Я давно об этом знала, во всяком случае, догадывалась. Знаешь, иногда я даже впадаю в уныние, когда думаю о том, что совершенно ничего не получу от своей добродетели. А моя репутация… Она такая, какая есть, с самого моего рождения. Так что я, если бы захотела, могла бы завести себе первого покровителя еще в семнадцатилетнем возрасте, и от этого совершенно ничего не изменилось бы.

Селия тут же пожалела о своей откровенности, однако Верити не выказала ни малейшего смущения, и подруги продолжили прогулку.