Карен Хокинс - Кольцо любви

– Тебе обязательно надевать это глупое платье со всеми этими ленточками и цветочками? Мне больше нравится твое обычное.

– Как тебе не стыдно, Джорджи! – укорила его Джульетта. – Ты же сам видишь, что это платье очень идет твоей сестре!

Порция оценивающе осмотрела старшую сестру.

– Что ж, тиара очень удачно дополняет твой наряд. У тебя так сильно вьются волосы, что никто и не заподозрит, что она со стразами.

– Принимая во внимание, что она украшает именно мою голову, каждый сразу поймет, что бриллианты поддельные, – сухо ответила Онория. – К сожалению, никто из великосветских родственников Бейкер-Снидов не может похвастаться богатым состоянием.

– Увы, – грустно вздохнула Кассандра. – Если бы достаточно было одного благородного происхождения, мы считались бы богачами.

– Обойдемся и без богатства! – Онория тряхнула головой. – Хотя, признаюсь, я не стала бы жаловаться, если бы оно вдруг свалилось на нас.

– Все будет хорошо, когда маркиз снова придет к нам, – уверенно заявила Порция. – Потом Кассандра покорит какого-нибудь богатого мужа с видным положением в обществе и поможет остальным.

– Порция, я не выйду замуж только ради денег, – мягко возразила Кассандра.

– Разумеется, дорогая, – поддержала ее Онория. – Но если уж тебе суждено полюбить, то ты можешь полюбить и богатого!

– Очень приятная точка зрения, – задумчиво проговорила Оливия. – Нужно только, чтобы нам повезло.

– Вот именно. Ну, я готова. Тетушка Кэролайн обещала прислать за мной карету к восьми, а сейчас уже без четверти восемь.

– Ты просто прелесть. – Кассандра нежно улыбнулась старшей сестре. – И все-таки тебе гораздо больше идут яркие цвета. Тебе стоило бы сшить платье алого цвета, хотя это, наверное, не очень прилично.

Онория улыбнулась:

– Когда-нибудь я обязательно появлюсь на балу в красном платье, вот увидите! Мне все равно, что станут говорить любознательные кумушки.

Оливия с завистью вздохнула:

– Как бы мне хотелось надеть красивое бальное платье и пойти на настоящий бал!

– Вы какие-то ненормальные, – серьезно сказал Джордж, неодобрительно качая головой. – Что может быть глупее, чем торчать в гостиной, да еще разодеться во всю эту мишуру и цветные тряпки!

– Через несколько лет, дорогой мой, ты будешь смотреть на это несколько иначе, – с улыбкой заметила Онория, внимательно разглядывая в зеркале свой наряд.

Кассандра неуверенно покачала головой.

– Надеюсь, с маркизом ты не зайдешь слишком далеко. Может, лучше написать ему и назначить еще одну встречу?

– Да, и он подумает, что я два дня, сидя здесь, жду не дождусь, когда он придет. Ну уж нет! – Онория взяла переливающийся серебром шелковый шарф в тон посеребренным мыскам ее бальных туфелек. – Ну что ж, по-моему, я готова, – заявила она, натягивая длинные перчатки. – А вы, пожалуйста, не забывайте: если уж я в чем-нибудь разбираюсь, так это в удачном проведении сделки. – Онория застегнула крошечную перламутровую пуговку на перчатке. – Беда Тремонта в том, что ему часто удавалось добиться своего, и он стал слишком самоуверенным, как сытый лев, который думает, что ему достаточно рыкнуть, и мы упадем замертво.

– Как страшно! – хихикнула Кассандра и встала, чтобы поправить ленточку на платье сестры.

– На балу я дам кольцу помаячить у него перед носом, а потом... – Онория улыбнулась, погладив серебряное колечко.

– Что – потом? – нетерпеливо спросила Кассандра.

– А потом я буду танцевать с лордом Радмером – одним из самых известных коллекционеров старинных украшений во всей Англии. Маркиз сойдет с ума, увидев, что его фамильная драгоценность заинтересовала Радмера.

Кассандра вздохнула:

– План кажется неплохим, но...

– Боже, мне пора! – Онория бросила в зеркало последний взгляд, затем быстро перецеловала сестер и ласково потрепала Джорджи по вихрастой голове. – Пожелайте мне удачи, мои дорогие, – ведь я отправляюсь не на бал, а на сражение!

– Поднимай якорь – и полный вперед! – Джорджи шутливо отдал сестре салют.

– Сделаю, что смогу. – Помахав рукой на прощание, Онория отправилась выполнять обещанное.

Спускаясь в холл, Маркус на ходу поправил кружева манжет.

– Джеббсон, карета подана?

Обычно сдержанное лицо дворецкого огорченно сморщилось.

– Нет, милорд.

Маркус остановился.

– Нет? – вкрадчиво осведомился он. – Разве я не распорядился ее подать?

Джеббсон неуверенно взглянул на дверь за спиной Маркуса.

– С вашего позволения, милорд, я все объясню.

Маркиз выжидательно поднял брови.

– Не стоит прожигать беднягу Джеббсона таким яростным взглядом, – раздался позади веселый голос, и Маркус, обернувшись, увидел в дверях Брэндона.

– Ба! Кажется, я удостоился визита одного из моих уважаемых братьев!

– Да, а что? Что-то не так?

– Нет-нет, ничего! Ты разговаривал с Энтони?

– В последний раз мы виделись с ним в четверг. Я должен был...

– Не важно. Лучше скажи, дорогой братец, не по твоей ли вине не готова моя карета?

– Ты угадал. Я пришел попросить тебя о помощи, но вижу, ты собираешься уезжать... – Брэндон вдруг замолчал и вытаращил глаза. – Да ты при полном параде! Неужели кто-нибудь умер?

– Нет, я собираюсь на бал.

– А мне казалось, ты давно уже отказался от развлечений.

Вот и еще один намек на то, что с ним происходит нечто странное. Маркус заставил себя сосчитать до десяти и только потом ответил:

– Ты отлично знаешь, что меня часто приглашают, а я никогда не был отшельником.

– Да, но ты редко принимаешь приглашения. Я уже давно не видел тебя в таком наряде.

– Ты что-то хотел? – сухо осведомился Маркус и, взглянув в зеркало над огромным камином, поправил галстук.

– Да. Мне немного неловко, но... я вынужден просить тебя об услуге. Отец Верены попал в неприятность.

– Очень жаль. Не знаю, как это касается нас, но все равно сочувствую мистеру Лэидсдауну.

Брэндон нахмурился:

– Похоже, он столкнулся с местными властями, а потом еще и заболел. Мне нужно выправить ему документы и перевезти в Англию.

– А почему ты должен этим заниматься? – Маркус налил вина в два бокала и передал один брату. – Он же тебе не отец. Кажется, у него есть и другие дочери... да еще, если не ошибаюсь, и сын.

Лицо Брэндона исказила гримаса отчаяния.

– Но это отец Верены, и я волнуюсь за него так же, как за нее. Если бы ты был женат, ты бы понял...

– Если бы я был женат... – Маркус вдруг словно услышал голос Энтони, когда тот упрекал его в превосходстве над другими. Он сделал глоток вина и удобнее уселся в кресле перед весело потрескивающим огнем в камине. – Извини, я тебя перебил. Гм... Скажи, а ее отец уже стар?