Линда Ли - Гордая и непреклонная

– Ансамбли обычно носят женщины, мисс Кендалл, – сухо отозвался он, поднявшись с места.

– Ансамбль, гарнитур. Называйте это как вам угодно, только позаботьтесь о том, чтобы он на вас был. И еще цилиндр.

– В следующий раз вы потребуете, чтобы я взял с собой трость.

– Ни в коем случае. Вы будете похожи на шута.

– А в костюме времен принца Альберта я не буду похож на шута?

Она поднялась с места, одарив его пронзительным, уничтожающим взглядом:

– Нет. Вы будете выглядеть как приличный, всеми уважаемый человек, не способный задушить бедную девушку в темном переулке.

Тишина прорезала комнату.

– Неужели вы не можете не касаться этой темы?

Он нарочито растягивал слова, однако она заметила его скрытое возбуждение.

– Нет, мистер Хоторн, потому что это единственная причина, по которой мы находимся здесь. Вам лучше к этому привыкнуть. Кларк Киттридж будет повторять то же самое при каждом удобном случае, так же как и мой отец. А теперь не угодно ли вам продолжить?

– Как хотите, – отозвался он сухо.

Элис бросила на него беглый взгляд, прежде чем вернуться к своим заметкам:

– Наденьте неброский галстук, простые ботинки и сделайте стрижку.

– Я не стану стричь волосы.

Элис вздохнула. Белокурая прядь выбилась из поспешно собранного на затылке пучка, и она гневно заправила ее за ухо.

– Вы что, намерены сопротивляться мне на каждом шагу?

– Я не понимаю, при чем здесь волосы.

– Они слишком длинные, и даже если вы оденетесь как самый скромный и трудолюбивый молодой человек во всем городе, ваши волосы будут красноречиво свидетельствовать о том, что вы не работаете с утра до ночи на фабрике, на мельнице или в типографии, зарабатывая себе на хлеб насущный. И если вы не будете в точности следовать моим указаниям, я не стану больше ни секунды заниматься этим делом. Итак, выбирайте: либо я, либо ваши волосы.

Воздух в комнате наэлектризовался и потрескивал от напряжения, пока он смотрел на нее в упор – как ей показалось, целую вечность. Элис была почти уверена, что он выберет свои волосы, и не знала, радоваться ей или сокрушаться. Однако его следующие слова совершенно ошеломили ее:

– Вы когда-нибудь были близки с мужчиной, мисс Кендалл?

У нее возникло такое ощущение, словно она проглотила целый арбуз.

– Что? – пролепетала Элис.

– Я спрашиваю, были ли вы когда-нибудь…

– Я прекрасно вас слышала.

Лукас пожал плечами, на его губах снова появилась прежняя самоуверенная улыбка.

– Вот уж это вас совершенно не касается.

– Верно, – согласился он. – Просто я подумал, что малая толика плотских удовольствий способна убрать это страдальческое выражение с вашего лица.

– Страдальческое? Да будет вам известно, сэр, что причиной этого выражения являетесь вы, а вовсе не отсутствие у меня… связей!

– Ах, стало быть, вы все же были близки с мужчиной.

– Нет!

– Я так и думал. – Голос его понизился до-хрипловатого шепота. – Если вам угодно, я буду рад ввести вас в курс дела.

При этих словах она чуть было не взорвалась.

– Мы с вами адвокат и клиент, мистер Хоторн, а не двое влюбленных дурачков, которые тайком целуются под листьями комнатной пальмы.

Лукас едва заметно усмехнулся.

– Говоря по правде, я думал о вещах, не столь невинных. Впрочем, – он окинул взглядом помещение, – несмотря на то, что я не вижу здесь ни одной комнатной пальмы, – тут он снова посмотрел на нее, озорной блеск в его глазах померк, – я позволю вам себя поцеловать.

Сердце в ее груди заколотилось, дыхание стало поверхностным.

– Поцелуям не место в профессиональных отношениях, и они не могут принести ничего, кроме бесконечных неприятностей.

Подавшись вперед в кресле, он оперся руками о стол.

– Только если вы сами этого захотите. Я не стану делать ничего такого, о чем бы вы сами меня не попросили. Я готов подождать.

Он находился близко, слишком близко от нее, и если она сделает хоть малейшее движение, то сможет до него дотронуться. В голове у нее царил такой сумбур, что на какой-то миг у нее возникло вполне отчетливое желание отбросить все соображения приличия и здравого смысла и наклониться к нему еще ближе…

Мысли ее смешались, и она затаила дыхание, а он между тем отстранился от нее и, поднявшись, направился к двери, подавляя ее своим ростом и непомерной гордыней. Жаль, что она не может дать ему хорошую пощечину, чтобы убрать это самодовольное выражение с его лица! Впрочем, напомнила себе Элис, она уже далеко не ребенок и не станет опускаться до его уровня.

– Ваши волосы, – крикнула она ему вслед, едва в состоянии произносить связные фразы сквозь стиснутые зубы, – вы согласны подстричь их или нет?

Он остановился на пороге и обернулся. Его дерзкой ухмылки как не бывало.

– Я их укорочу, – ответил он спокойно. Ее охватил нелепый прилив облегчения.

– Но больше никогда не смейте предъявлять мне ультиматумов, мисс Кендалл. Вам ясно?

– Мне ясно лишь то, что мой прямой долг давать вам советы, которые я считаю правильными.

Их взгляды скрестились, напряжение в маленькой комнате становилось почти ощутимым.

Спустя мгновение Элис откашлялась и произнесла:

– Если вы вернетесь на свое место, мы можем перейти к вашему поведению.

– Нет! – Он повернул дверную ручку.

– Но мы еще не закончили!

– Нет, закончили. Если я останусь здесь хотя бы еще на секунду, я…

Она чувствовала себя расстроенной и выбитой из колеи, хотя сама не могла объяснить почему. У нее перехватило дыхание, когда она увидела на его лице выражение загнанного в ловушку дикого зверя.

– Что вы сделаете, мистер Хоторн? Станете задавать мне новые, еще более неприличные вопросы? Попытаетесь вывести меня из терпения, глядя на меня так, словно хотите раздеть? Или задушите? Неужели это и есть ваше настоящее лицо? Неужели весь наш разговор – пустая трата времени?

Она переступила черту и сама легко могла об этом догадаться. Ярость вспыхнула в его глазах подобно жаркому пламени. Однако он сдержал себя, потушив пламя, как будто ему приходилось делать это уже бессчетное число раз.

– Скажите, вы любите рисковать, мисс Кендалл?

Она расправила плечи.

– Разумеется, нет.

– А мне кажется, что да. Именно поэтому вы и взялись за это дело. Просто вам хочется удостовериться, как близко вы можете подойти к краю пропасти, прежде чем в нее упадете.

Оскорбленная до глубины души, она едва удержалась от ругательств.

– Но это же просто глупо!

– В самом деле?

Она не могла найти достойный ответ, а тем более облечь его в слова.

– Я еще дам о себе знать, – произнес он, как только понял, что ответа ему не дождаться, после чего покинул контору, не сказав больше ни слова.