Пегги O'Mop - Нет места для любви

– Тот грузовик, который мы брали в аренду, – нерешительно сказала Элвин. – Ваш отец не согласится продать его?

– Эту развалюху? Конечно, если бы у папы был враг, от которого он хотел бы избавиться… А так вряд ли.

Элвин завела мотор.

– А сколько бы вы за него заплатили? – вдруг спросила Сьюзи.

Элвин бросила взгляд на часы.

– Поговорим об этом в другой раз, – буркнула она и уехала.

«Девушка, которая говорит «да», когда имеет в виду «нет», и «нет», когда имеет в виду «да», – думала Элвин, прибавляя на шоссе скорости. Она чувствовала ужасное отчаяние и пребывала в унынии. Если именно такой тип женщин нравится Нэту Кантреллу, он никогда не сможет полюбить Цыганочку, девчонку из лагеря лесорубов. А она, Цыганочка, никогда не сможет стать такой прекрасной хозяйкой, как Сьюзи…

Отец выглядел вполне готовым к новому суровому испытанию – предстоящей операции. Внимание Элвин привлек горшочек с яркими цветами на подоконнике.

– Это герань, – с улыбкой пояснил Эд. – Я хочу, чтобы ты забрала ее отсюда. У сестры и так полно дел, ей некогда цветы поливать, а я не могу лежать тут и безучастно смотреть, как они вянут.

Элвин привезла конторские книги, и Эд Феболд, приятно удивленный тем, что такие разительные перемены в его хозяйстве произошли за столь короткое время, рассыпался в похвалах дочери.

– Это все Грэн, – отмахнулась Элвин. – Я подозреваю, что она подмешивает в свою стряпню волшебное зелье, которое вызывает прилив огромной силы и энергии. И потом, одно ее присутствие вселяет во всех уверенность.

Она рассказала отцу о новом домике, великодушно похвалила Нэта Кантрелла, и Эд Феболд удивленно поднял брови:

– Неужели вы нашли общий язык? У этого парня взрывной характер, а я сомневаюсь, что «Вайлдвуду» удалось сломить твой собственный.

– Ну, мы, конечно, не объявляли друг другу войну, но стычки бывают, – призналась Элвин и, помолчав, спросила: – Папа, мужчины любят дома, заваленные безделушками? Я имею в виду кухни, загроможденные банками печенья в форме зайцев, цветами, рюшечками и всякими фарфоровыми фисками?

Подумав немного, Эд Феболд ответил:

– Большинство мужчин проводит на кухне очень мало времени, дочка. Но если женщина старается сделать свой дом уютным, честь ей и хвала.

– У нее есть даже фарфоровые бабочки, висящие на шнурках в окне, и кактусы в горшочках!

– Ты имеешь в виду Грэн Хоукс и нашу походную кухню?!

– Нет, папа! – захохотала Элвин. – Эта кухня принадлежит девушке Нэта Кантрелла.

– Не знал, что у него есть девушка… Ладно, теперь о втором тракторе. Я должен был сам об этом позаботиться, но как-то руки не дошли…

Элвин была рада отвлечься от кухонной темы и даже охотно унесла герань из палаты, когда уходила. Она поставила ее рядом с собой на сиденье и придерживала на поворотах, чтобы горшок не опрокинулся.

Вечером Грэн сказала, что герань нуждается в солнце, и девушка поставила горшок на восточное окно. Оттуда пламенеющий цветок весело приветствовал проходивших утром мимо мужчин, которые нежно поглядывали на него.

Когда Элвин пришла на завтрак, Грэн налила себе кофе и села с ней за компанию.

– У нас тут вчера были гости, детка.

– Какие гости? – забеспокоилась Элвин.

– Лесничие. Говорят, мы должны очистить полосу вырубки вокруг лагеря, отвезти сушняк подальше и сжечь, чтобы искры от какого-нибудь костра не вызвали пожар.

Элвин приуныла. Это была работа на два дня для всех мужчин и трактора, а она не могла обойтись без них.

– Но ведь это не наш сушняк! Пусть Нэт…

– Он был здесь, когда лесничие приходили, и пообещал им приглядеть, чтобы ты немедленно позаботилась обо всем.

– Он так сказал? Ну, хотелось бы мне на это посмотреть!

– Мне тоже, – кровожадно усмехнулась толстуха.

На этот раз Элвин решила обмануть ее надежды и не ссориться с Нэтом, а действовать, как Сьюзи.

Он приехал после ланча.

– Элвин в сарае, работает с конторскими книгами, – доложила ему кухарка, – и знаешь, сынок, она сегодня не в себе. Так что не раздражай ее и не кричи об опасности пожара. Придумай что-нибудь приятное и ободряющее, с того и начни.

Кантрелл кивнул. И так углубился в придумывание «приятной и ободряющей» темы, что споткнулся о выступающий корень старой сосны и растянулся на земле.

Элвин увидела это из окна.

– Бедненький, – запричитала она, встретив Нэта у порога. Ей казалось, что Сьюзи должна была бы повести себя именно так. – Постой, дай-ка я посмотрю… Ты поцарапался. Ну-ка, позволь мне…

Рев, который издал Нэт Кантрелл, когда арника, льющаяся из бутылочки, обожгла царапины и ссадины на его лице, перепугал Грэн. Толстуха бросилась к двери кухонного домика, увидела, как Нэт замахал руками, и начала торопливо спускаться по лестнице. Добравшись до последней ступеньки, опять взглянула в его сторону, и как раз вовремя, чтобы увидеть герань, вылетевшую из двери сарайчика. Горшок разбился о косяк, а цветок с осыпающейся с корней землей угодил прямо в голову Нэта. Грэн повернулась, усмехаясь себе под нос, и тяжело потопала по ступенькам обратно наверх. Нашла банку из-под кофе, проделала в дне дырку и поспешила вновь вниз. Она успела и спасла растение, как раз когда Нэт начал стряхивать его с себя.

– Я сохранила эту банку на всякий случай, – отдуваясь, сообщила Грэн. – Знала, что никакая посуда не выживет в вашем обществе. А теперь признавайся, что ты такого сказал Элвин?

– Спроси лучше ее, что она сказала мне! – буркнул пострадавший.

Кухарка с трудом сдержала улыбку.

– Идем, сынок, я смажу твои раны мазью.

На кухне она приложила спасительное средство к его царапинам.

– А теперь говори, чем это ты свел Элвин с ума?

– Ничем! Я только сказал ей, что любая девушка, имеющая хоть капельку здравого смысла, должна разбираться в лекарствах.

– А она?

– А она ответила: «Ну, у Сьюзи и есть примерно капелька»… Что в этом смешного?

– Ничего, – выдавила Грэн сквозь смех. – Что еще ты сказал?

Нэт покачал головой:

– Я не помню точно своих слов. Что-то насчет женщин. Вроде: пусть Сьюзи и не умеет корчевать лес, зато она знает все то, что должна знать настоящая женщина. Наверное, Элвин что-то не понравилось, потому что сразу после этого она…

– Запустила в тебя геранью. Ну, радуйся, что ты еще жив. Хотя, мне кажется, Элвин пострадала куда серьезнее. Идем, найдем бедняжку и перевяжем ее душевные раны.

Но Элвин убежала зализывать раны в какое-то укромное место и отказалась выходить на зов.

– Что же делать? – беспокоился Нэт. – Мне уже пора, а я не могу уехать, не поговорив с ней о делах… Грэн, попытайся убедить ее в опасности пожара, ладно? Скажи, что от «Три Ф» ничего не останется, если в сушняке вспыхнет огонь.