Патриция Хэган - Вино любви

– Я сам позабочусь о мисс Максвелл, капитан, – возразил Роджер, – Однако спасибо за предложение.

«Черт возьми, почему Скотт так на меня действует?» – подумала Холли. Она хотела побыть одна и уж во всяком случае избежать общения с другим мужчиной.

– Благодарю вас обоих, – проговорила Холли, – но я, пожалуй, прогуляюсь пешком. – Кивнув им, девушка быстро удалилась.

День стойл чудесный. Южный ветерок трепал волосы Холли и ласкал ее лицо… Девушка поежилась, когда ее взгляд скользнул по обугленным деревьям, окаймлявшим дорогу. Когда–то их кроны были густыми и зелеными, а цветы магнолии источали волшебный аромат. Теперь, после того как янки взяли Виксбург, все кругом казалось серым и мертвым. Чудесные дома превратились в руины.

Опустошение и нищету оставила после себя эта война. Выжившие не могли примириться с настоящим и не возлагали надежд на будущее. Война уничтожила все самое лучшее, что было на Юге, в том числе уклад жизни. Конфедерация была обескровлена и обессилена.

У фермеров почти не осталось ни рабочих инструментов, ни семян, ни домашних животных. Плантации достались янки, которые, словно хищники, рыскали повсюду в поисках добычи. Фабрики, шахты и заводы давно закрылись. Дороги стали непроезжими. Даже уцелевшие мосты требовали немедленной реконструкции. Захватив многие речные пароходы, как военные трофеи, янки переправили их на Север. Оставшиеся нуждались в ремонте. Железные дороги, связывающие южные города, частично сохранились. Ими пользовалось федеральное правительство.

Проходя там, где прежде был невольничий рынок, Холли вспомнила неприязнь всех членов ее семьи к рабству. Не все южане были работорговцами!

Холли заметила, что негры, стоящие возле несуществующего рынка, окинули ее враждебными взглядами. Откуда им знать, что она сама ненавидит рабство? По их убеждению, все белые южане в ответе за их несчастья, Девушка видела, что они оборванны, измождены и голодны. Рабы заплатили ужасную цену за свою свободу.

– Они не знают, что делать со свободой, верно, мисс Максвелл?

Холли обернулась и увидела в тени раскидистого дерева мужчину лет пятидесяти с узким скуластым лицом и окладистой седеющей бородой. От формы конфедератов на нем остались лишь брюки.

Холли удивленно спросила:

– Откуда вы знаете мое имя? Не помню, чтобы мы прежде встречались.

Он улыбнулся:

– Я воевал бок о бок с вашим отцом. Прекрасный был человек.

– Да, но откуда вы знаете меня?

Он пожал плечами.

– Вас все знают, мисс Максвелл. В городе только и говорят о том, как вчера вы подстрелили «ночного ястреба». Я увидел, что вы вошли на территорию гарнизона, и решил подождать.

Мужчина указал глазами на негров.

– Печальная картина, верно? Конечно, правительство пообещало каждому из них по сорок акров земли и по одному мулу, но многие не желают возвращаться в поле и, чтобы не умереть с голоду, занимаются грабежом и убийствами. Мы были правы, требуя, чтобы они знали свое место.

Кровь бросилась девушке в лицо.

– Зачем нам новые неприятности? Пожалуйста, оставьте меня в покое. Я больше не желаю обсуждать это.

Она кивнула мужчине и пошла прочь, однако он последовал за ней.

– Странно вы рассуждаете, – продолжал он. – Все говорят о вашей неслыханной дерзости.

– Как бы то ни было, оставьте меня в покое!

Девушка ускорила шаг, но мужчина, обогнав ее, преградил дорогу.

– Нам надо поговорить, леди. У меня и моих ребят есть то, что нужно вам, а у вас то, что интересует нас. Выслушайте меня. По–моему, у вас большие трудности.

Холли не выказала страха:

– Пропустите меня. Я сама способна позаботиться о себе и доказала это прошлой ночью.

Он засмеялся.

– Вам просто повезло. Теперь «Ночные ястребы» хорошенько подготовятся, прежде чем посетить вас снова. А это непременно произойдет. Поэтому вам нужен я и мои ребята. С нами вы будете чувствовать себя вполне уверенно.

– Мне не нужна ваша помощь! Убирайтесь!

Незнакомец прижал ее к дереву.

– Я не болтун, и если говорю, что «Ночные ястребы» доберутся до вас, значит, так и будет. Клянусь, я и не помышляю причинить вам вред. Мы хотим заключить с вами сделку. На вашей земле есть укромные места, и вы знаете все тропинки на болоте. Если наступят плохие времена, или кто–то из нас вступит в конфликт с законом, вы поможете нам спрятаться. Мы же защитим вас от «Ночных ястребов».

– Что движет вами и вашими людьми?

Он бросил взгляд на невольничий рынок:

– По–моему, от них надо ждать неприятностей. Они спесивы, самоуверенны и к тому же злорадствуют, что мы проиграли войну. Мы должны поставить их на место. Вы же знаете, янки не станут помогать белым южанам. Вот мы и объединились, чтобы защитить себя и свои семьи. Зачем попусту тратить время на болтовню с ниггерами или янки?

– Тогда вы станете такими же, как «Ночные ястребы», только в отличие от них – на стороне южан. И война продолжится.

– Верно, но помогите нам. Ведь вы в нас нуждаетесь.

Холли покачала головой:

– Своими действиями вы все усложните. Это не выход. Я не знаю его, однако наверняка есть путь, не ведущий к новым страданиям.

– Раз вы не знаете выхода, скажу вам одно: если мы, южане, не будем держаться вместе, то вскоре нам придется ползать в грязи и жрать червей, чтобы не подохнуть с голоду!

Девушка почувствовала сострадание к нему.

– Я помогла бы вам, но это не в моих силах. К чему мне неприятности? Я хочу, чтобы все оставили меня в покое. Я не борец.

Она пошла прочь, и незнакомец больше не пытался остановить ее.

– Вы передумаете, – крикнул он вслед Холли. – Они не оставят вас в покое, и тогда вы попросите нас о помощи. Нам следует держаться вместе, иначе нас втопчут в грязь.

Холли ускорила шаг и почти бегом добралась до дома Эбби.

Глава 9

Увидев дочь, встревоженная Клаудия бросилась к ней навстречу.

– Слава Богу! Я так волновалась! – Она внимательно оглядела Холли. – Услышав эту новость, я не находила себе места. Что же произошло?

– Поверь, все не так ужасно. Это были какие–то бродяги, и я ранила одного из них. Происшествие закончилось благополучно, поэтому, лучше забыть о нем.

Взглянув на дочь, Клаудия поняла, что продолжать разговор не стоит. Холли упряма, стало быть, придется подождать, когда она сама захочет поделиться с матерью. Клаудия улыбнулась:

– Ну тогда пойдем наверх, я покажу тебе кое–что. Надеюсь, ты обрадуешься. Холли последовала за матерью и, войдя в комнату, онемела от изумления. На постели лежало восхитительное сиреневое платье с глубоким декольте. Темно–лиловый пояс окружал талию. На лифе были вышиты маленькие розочки с темно–зелеными листочками.