Барбара Картленд - Революция в любви

Видимо, от напряжения и старания скрыть свои чувства его слова прозвучали слишком сурово. Не услышав ответа, Дрого обернулся к Текле и увидел искаженное болью лицо и полные слез глаза.

Дрого с трудом сдержался, чтобы не заключить ее в объятия. Но когда она тихонько всхлипнула, он этого уже не вынес. Рывком притянул ее к себе и стал целовать ее уже не нежно, а жадно и страстно! Он знал, что поступает неправильно, но каждая жилка в его теле кричала о том, что он любит ее, любит так, как никого никогда не любил, и не думал, что такое возможно.

Глава пятая

Часы, тикавшие на камине, вернули Дрого в мир реальности. От оторвался от губ Теклы и, слегка отстранив ее от себя, сказал внезапно сорвавшимся голосом:

- Нам нельзя терять времени. - И только потом посмотрел на Теклу. Она вся сияла, глаза ее лучились счастьем, губы еще трепетали от его поцелуев. Она была такой желанной, что Дрого с трудом заставил себя отойти от нее.

- Когда вы закончите переписывать паспорт, - напомнил он, - мы должны еще собрать вещи.

Не в силах смотреть на нее, он спустился на кухню к Маниу. Тот хлопотал у плиты, стряпал что-то на ужин.

- Послушай, Маниу, - обратился к нему Дрого, - капитан корабля требует свидетельство о браке - только под видом своей жены я смогу вывезти ее королевское высочество отсюда. Боюсь, без такой бумаги капитан нам откажет.

- Очень важно, сэр, - ответил слуга, - на рынок люди спрашивать, где принцесса.

Слова Маниу напомнили Дрого о смертельной опасности, которая угрожала Текле. При мысли о том, что дело может сорваться, его охватил страх. Он чувствовал беспомощность, не зная, как за отпущенное ему короткое время все успеть. К его изумлению Маниу вдруг улыбнулся.

- Я все устроить, - произнес он. - Я знаю священник - очень старый, но хороший человек.

Дрого воспрянул духом:

- Попроси его благословить нас. А пока он будет этим заниматься, посмотри, как бы утащить из метрической книги бланк свидетельства. Я уверен, что в церкви она есть.

- У этот священник небольшой часовня, - отозвался Маниу. - Недалеко от пристань.

- Это нам по пути, тем лучше, - облегченно вздохнул Дрого. - Остается собраться поскорее.

- Сначала ужин, - настаивал слуга. - Пища на корабль нехороший, тем более для принцесса…

В словах заботливого Маниу была доля истины. Да, подумал Дрого, перед дорогой действительно надо поесть.

Потом, как бы говоря сам с собой, он произнес:

- Во что уложить вещи? Ведь сейчас любая форма багажа может показаться подозрительной.

Маниу немного подумал и посоветовал упаковать вещи в наволочки.

- Маниу, ты гений, - засмеялся Дрого. - Это будет похоже на обычную поклажу моряков. И давай помолимся, чтобы никто ничего не заподозрил!

Он поднялся наверх и постучал в дверь спальни Теклы. Она была занята упаковкой вещей. Их взгляды встретились. Обоих опять потянуло друг к другу. Она уже сделала шаг навстречу, но Дрого нашел в себе силы остановить ее:

- Нам надо спешить. Маниу осенила блестящая мысль положить все в наволочки. Они привлекут меньше внимания, чем чемодан, сундук или большой узел.

Она бросила взгляд на кровать, огляделась и сказала:

- Где-то должен быть шкаф с постельным бельем…

Дрого вышел в коридорчик между двумя спальнями и там без труда обнаружил шкаф. На полках лежали простыни, одеяла, наволочки и кружевные занавески на окна. Взяв три наволочки, он отнес их в спальню.

- Уложите все, что вам нужно, - сказал Дрого. - А я собираюсь пополнить свой гардероб, который сейчас, пожалуй, немного бедноват. - Он распахнул дверцу гардероба и добавил: - Думаю, если мой кузен и вернется, в любом случае, вряд ли он что-либо обнаружит в своем доме…

- Скажите Маниу, чтобы он взял все, что захочет, - сказала Текла. - Этот порядочный человек ничего не возьмет без разрешения.

- Вы очень разумны и практичны, - отозвался Дрого. Она улыбнулась, довольная его похвалой, и он добавил:

- Должен признать, что в сложившихся обстоятельствах вы ведете себя просто безупречно. Не всякая женщина способна на это.

Текла безотчетно протянула было к нему руки, но он отвернулся.

- У нас… совсем мало времени.

Она послушно стала складывать платья, чтобы было удобнее засунуть их в наволочку. Дрого тем временем выбрал из вещей брата те, в которых по приезде в Англию он мог бы выглядеть достаточно респектабельно. Запихивая их в наволочку, он уповал на то, что ее не вырвут у него из рук по дороге в гавань.

Практически всю третью наволочку занял отороченный мехом плащ, который он принес Текле из дворца.

- Может быть, я его лучше надену, - предложила Текла.

- Мне пришла в голову более интересная идея, - ответил Дрого. Он показал на покрывало. В лучах заходящего солнца оно казалось темно-золотым. На ночной улице, когда они пойдут в гавань, оно будет выглядеть черным. Сорвав покрывало с кровати, Дрого протянул его Текле.

- Вот в чем вы пойдете, - сказал он. - И наденьте на себя все, что сможете. - Видя ее удивление, он пояснил: - В таком одеянии вы будете похожи на мусульманку. Известно, как яростно мусульмане защищают своих жен, и маловероятно, чтобы какой-нибудь мародер, даже очень жестокий, рискнул напасть на вас.

- Гениальная идея! - Текла захлопала в ладоши. - И если нас кто-нибудь увидит, я буду тихонько семенить сзади, как полагается мусульманской жене.

Дрого посмотрел на часы.

- Нам нужно выйти через четверть часа, если мы хотим еще что-то успеть по дороге. Текла посмотрела на него вопросительно, и он добавил: - Нам нужно постараться получить свидетельство о браке, которое требует капитан. Он шотландец, и, по его собственным словам, человек богобоязненный. - Последние слова Дрого, подражая капитану, произнес с сильным шотландским акцентом, и Текла засмеялась.

Она выглядела такой счастливой, что Дрого невольно улыбнулся, а потом сказал уже серьезно:

- Нам нужно поберечься. Если этот корабль уйдет без нас, другого уже может и не быть.

- Я обещаю слушаться вас во всем, - отозвалась Текла.

- Тогда поторопитесь.

Он отнес наволочки вниз и положил их в прихожей. Текла спустилась следом, и они вошли в столовую, где Маниу уже накрыл стол к ужину.

Волнуясь, то и дело поглядывая на часы, Дрого ел, не чувствуя вкуса.

Поднявшись из-за стола, он обратился к Маниу:

- Я думаю, теперь нам надо идти. Мы с тобой понесем наволочки, а ее королевское высочество в образе мусульманской жены пойдет за нами. - С этими словами Дрого вынул из кармана десять золотых монет. - Это тебе, Маниу. Спасибо за все, что ты для нас сделал.