Лаура Гурк - Сама невинность

Мик ухмыльнулся.

– При всём моём уважении и почтении, сэр, я сомневаюсь, что ваша жена считает, что именно в ней Клеопатра возродилась из мертвых.

– Слава Богу и за это, – пробормотал де Витт с искренним облегчением. – Но что насчёт девушки? Она ненормальная?

– Очень легко решить, что она сделала это, потому что она сумасшедшая, – ответил Мик. – Слишком легко. Думаю, что нам следует копнуть поглубже, а не цепляться за эту теорию.

Де Витт кивнул.

– Тебе удалось найти свидетелей, которые могли увидеть что-нибудь на набережной? Или услышать?

– Нет, сэр, – ответил Мик. – Но я бы очень удивился, если бы полицейские, патрулирующие тот район, услышали бы что-нибудь. Пистолет был небольшого калибра и стрелял практически бесшумно. К тому же убийца был одет в длинный тёмный плащ, и ночью его было бы сложно выследить.

Де Витт посмотрел на Текера.

– Что-нибудь еще, сержант?

– Пока всё, сэр. Я продолжу искать, – ответил Текер и вышел из кабинета, прикрыв за собой дверь.

Главный инспектор откинулся в кресле.

– Ну, Мик, что ты собираешься делать?

Мик ответил не колеблясь.

– Я хочу выяснить правду. Я не слишком беспокоюсь, что в меня снова будут стрелять; хотя я сомневаюсь, что напавший на меня человек – кто бы он ни был – прекратит свои попытки только потому, что его первая попытка не увенчалась успехом.

– И каков будет твой следующий шаг?

– Девушка – ключ ко всему. Если именно она стреляла в меня, я должен выяснить, почему. Если это была не она, я должен выяснить, как она узнала о том, что должно случиться, и почему она пришла предупредить меня. Я собираюсь встретиться с ней ещё раз и выяснить, что делал каждый из проживающих в её доме вчера в половине десятого вечера. И если у каждого из них окажется надежное алиби, я узнаю, не удастся ли мне снять комнату в этом доме.

– Держи меня в курсе своих успехов, – де Витт встал. – И, ради Бога, Мик, будь осторожен. Я не хочу потерять тебя. Будь начеку.

Мик тоже встал.

– Я всегда начеку, сэр, – ответил он и направился к двери. – Всегда.

Глава 4

Из-за Майкла Данбара и его угроз Софи практически не спала этой ночью и, проснувшись, чувствовала себя слабой и уставшей. После того, как этот ужасный человек обошелся с ней, после всех его угроз в её адрес прошлой ночью, девушка совсем не была удивлена, что кто-то хотел его убить.

Видимо, переживания Софи были видны невооруженным взглядом, потому что, как только она вошла в столовую, Вайолет заметила:

– Моя дорогая, ты всё ещё выглядишь больной. Чем раньше разрешится эта загадка с убитым полицейским, тем лучше.

– Его ещё не убили, – ответила Софи и направилась к буфету.

– Да, я знаю, Гримсток сказал мне об этом вчера ночью.

Софи сделала вид, что не заметила любопытства в голосе тётушки. Она посмотрела вокруг. В столовой, кроме неё самой и тётушки Вайолет, никого не было.

– Где же все остальные? Я сегодня так поздно?

– Сейчас почти десять. Мистер Дауэс отправился препарировать трупы в госпитале лондонского университета[36], полковник ушёл на утреннюю прогулку, а Гермиона и Джозефина поехали в Хэрродс[37].

– Десять часов? О небо, действительно поздно, – Софи приподняла крышки с подогретых блюд, стоящих на буфете, и без всякого интереса посмотрела на яйца и бекон. Отвернувшись от еды, она налила себе чашку чая из серебряного чайника и села на своё традиционное место за столом, отодвинув в сторону пачку писем, пришедших с утренней почтой и поджидающих её. Она знала, что в большинстве из них были счета; так же она знала, что сейчас им не хватит денег, чтобы оплатить их.

– Ты не поехала с ними в Хэрродс?

– Конечно, нет, ведь я хотела дождаться тебя, – тётушка посмотрела на Софи с лёгким укором. – Вернувшись домой вчера ночью, ты даже не рассказала мне, что случилось. Мне пришлось выуживать всю информацию у Гримстока. Настоящая удача, что инспектор всё ещё жив.

Софи понимала, что тётушка хочет услышать детали о случившемся ночью, но она не хотела это обсуждать; девушка опустила взгляд на свою чашку с чаем и сменила тему.

– Тётушка, я должна обсудить с тобой кое-что другое, – она подняла голову, и её твёрдый взгляд встретился с невинным взглядом небесно-голубых глаз Вайолет. – Изумрудное ожерелье, которое ты взяла в доме кузины Кэтрин, когда навещала её позавчера.

Вайолет посмотрела на неё широко открытыми наивными глазами.

– О чем ты говоришь, родная?

– Ты взяла ожерелье, принадлежащее кузине Кэтрин. Вчера после обеда Гримсток нашёл его. Ты ведь взяла его, верно?

Лицо тётушки, дышавшее полнейшей невинностью, вдруг приобрело испуганное виноватое выражение, как у провинившегося ребёнка.

– Сейчас, когда ты упомянула об этом, я вспомнила, что действительно взяла его.

Софи в отчаянье всплеснула руками.

– Тётушка, я же говорила тебе, ты не можешь брать не принадлежащие тебе вещи просто потому, что они тебе нравятся!

– Мне жаль, дорогая, – пробормотала та. – Не знаю, что нашло на меня. Когда я вижу драгоценности, я ничего не могу с собой поделать. И, разумеется, потом я обо всём забываю. Сейчас я вспоминаю, что увидела ожерелье в шкатулке с драгоценностями. Тебе и вправду следует посоветовать кузине Кэтрин найти более безопасное место для её украшений, – добавила Вайолет, покачав головой. – Ведь первым делом вор будет искать именно там.

– Ну, это верно, – вздохнула Софи. – Ты так и поступила.

– Что вы с Гримстоком сделали с ожерельем?

– Я положила его в безопасное место, – ответила девушка.

Безопасным местом был секретный ящичек в её письменном столе, куда они с Гримстоком обычно складывали «ошибки» тетушки Вайолет, и где эти «ошибки» ожидали возвращения к своим законным владельцам.

– Софи, в самом деле! Только не говори, что ты положила ожерелье в тот потайной ящик в столе! Ведь он также плох, как и шкатулка для драгоценностей! Лучший способ спрятать украшения – это хранить их в ящике со своим нижнем бельем; их даже можно завернуть в пару панталон или чулок. Ни одному человеку, даже грабителю, не придет в голову копаться в женских интимных предметах туалета.

– Тётушка, откуда ты знаешь о потайном ящике?

– Ну, милая, если подумать, то это на самом деле мой стол. Я знаю об этом секрете уже много, много лет. Моя мама показала мне его, когда я была маленькой девочкой.

Софи вспомнила обо всех драгоценностях, украденных тётушкой Вайолет, которые она прятала в этом секретном ящичке на протяжении прошедших четырёх лет, и пришла в уныние.