Кэтрин Куксон - Жизнь, как морской прилив

— Да, Сеп.

— Ты знаешь о той маленькой книжке, которую я достал тебе из потайного ящика? Строка из того стихотворения постоянно вертится у меня в голове. И знаешь, она подтверждается каждый день. Как там она звучит? «Существование - это время, затраченное на то, чтобы намочить береговую гальку». — Сеп медленно покачал головой. — Знаешь, Эмили, этим много сказано, потрясающе много, - практически все! Целая жизнь заканчивается всего-то за время, которое необходимо для того, чтобы волна увлажнила гальку. Кто бы это ни написал, он мыслил тщательно и глубоко. Ты согласна?

— Да, Сеп.

— Ох, девочка, я вижу, что ты падаешь с ног. Иди спать девочка, но, прежде чем уйдешь, давай поцелуемся.

Он усадил Эмили к себе на колени, крепко обнял и поцеловал. Запах пива ударил ей в ноздри. Но, как она сказала себе, ей ничего не нужно даром, поэтому она поцеловала его в ответ. Потом она сделала странную вещь, даже успев подумать в тот момент, что это странно. Этот поступок показался ей еще более странным, когда она вспоминала об этом годы спустя: подойдя к двери, ведущей на лестницу, она бегом вернулась к Сепу и, обняв его за шею, крепко поцеловала в губы, даже неприлично крепко, как ей тогда показалось. Он был настолько рад и удивлен, что глаза его увлажнились. Она развернулась, быстро побежала к двери на лестницу и скрылась за нею.

Глава 6

Это было на следующее утро, без четверти девять, Джек постучался в дверь, а когда Эмили открыла ее, он посмотрел на девушку извиняющимся взглядом и тихо сказал:

— Я пришел потому, что моя мама прислала меня.

— В чем дело? — спокойно спросила Эмили.

— Она говорит, что ты должна отослать Люси назад, или она заявит на тебя в полицию.

— Неужели? Ну вот что, иди назад и скажи ей, чтобы она сразу же отправлялась в полицию, потому что если она этого не сделает, то это сделаю я. Там я покажу, что ваш жилец сделал с Люси. И передай ей от меня, что, перед уходом, она прекрасно знала, что произойдет с нашей Люси. Она ушла специально, ей, несомненно, заплатили за это, передай ей это от моего имени. И запомни каждое мое слово, Джек.

Мальчик стоял, не двигаясь, уставившись на нее. Эмили спросила:

— Что-нибудь еще?

— Да, но... но она не говорила мне, чтобы я тебе рассказывал, но я думаю, что тебе лучше об этом знать. Тим Пирсли сказал, что отомстит тебе за то, что ты с ним сделала вчера вечером.

Она тяжело вздохнула, прежде чем спросить:

— Я сильно его поранила?

Он кивнул.

— Мама говорит, что ты чуть не выбила ему глаз.

— Жаль, что я этого не сделала. — Ее голос звучал сейчас более храбро, чем она себя чувствовала. На секунду девушка задумалась: «А что бы было, если бы это случилось?»

— Я решил, что лучше предупредить тебя, Эмили, потому... потому что он сделает это. Он отвратительный тип, я ненавижу его не меньше, чем ты. — Потом Джек добавил: — Мне нужно идти, а то я опоздаю в школу.

— Подожди минутку.

Быстро вернувшись в кухню, она взяла двухпенсовик из банки, где хранились деньги на ведение хозяйства, которая стояла на краю каминной полки, и вложила его в руку мальчика. Тот произнес:

— Спасибо, Эмили. — Уже на ходу он сказал: — Ну пока. — Но потом остановился на мгновение, прежде чем побежать через задний двор, и спросил: — Ты побережешься, Эмили, хорошо?

— Не волнуйся за меня, Джек. И спасибо за то, что пришел. Теперь ступай.

Закрыв дверь и вернувшись на кухню, она встала около стола и покачала головой. Пусть только попробует, и я пойду прямо в полицию. Или Сеп разберется с ним, да, это точно. Он так сказал сегодня утром перед уходом на работу. «Не волнуйся за Люси, — сказал он. — У тебя больше не будет проблем с этим грязным типом, я позабочусь об этом. У меня есть кое-какая власть в доках, знаешь ли. Во всяком случае, в моей сфере, которую я называю отправкой, если кто-то начнет задаваться вопросами, то я просто пойду в контору доков и поговорю с начальником. Он и я неплохо ладим. Он знает, что я хорошо делаю свою работу, что я честный человек, поэтому не волнуйся больше относительно того грязного типа... дьявола».

Но Эмили волновалась; она думала о Пирсли все утро, что портило ей настроение. Самой большой ее заботой была Люси, но теперь это кончится. Разве она не видела этим утром, когда отправляла Люси в школу из этого самого дома, что девочка выглядела более счастливой, чем когда-либо. Пусть Тим Пирсли только попробует...

Сеп обычно приходил обедать между десятью и пятнадцатью минутами первого. Она приготовила ему мясной пирог, испеченный в высокой форме. Сеп очень любил такой пирог - и мог съесть его один, - фаршированный полукилограммовым куском мяса и почками, с хрустящей корочкой.

Она дала Люси порцию пирога вместе с картошкой и капустой, когда та пришла из школы.

В половине первого, когда Сеп все еще не пришел, Эмили распахнула духовку и закрыла глубокой миской тарелку, на которой лежало больше половины пирога. Затем выглянула из кухонного окна, которое выходило во двор, и громко сказала:

— Он станет сухим, как доска, если Сеп не поторопится.

В час она сидела одна и смотрела в окно, крепко сжав руки на коленях. Что-то не так, что-то случилось, потому что обычно в это время он уже должен быть на работе. Ей стало нехорошо. Эмили убеждала себя, что он, возможно, заработался. Иногда нужно было быстро обслужить суда, особенно суда с железной рудой из Бильбао, и руководство продлевало рабочий день - нередко служащие и рабочие задерживались на всю ночь. Но Сеп бы ее предупредил; он всегда так делал. Он бы послал одного из докеров с запиской и просьбой прислать еду.

Эмили все еще сидела, глядя в окно, когда раздался стук в парадную дверь, - она так быстро повернулась, что слегка вывихнула шею.

Когда девушка открыла дверь и увидела господина в голубом саржевом костюме, в белой рубашке с высоким накрахмаленным воротником и рядом с ним мужчину в форме, который, как она знала, был полицейским из доков, она вскрикнула, широко открыла рот, потом закрыла его, но не сказала ни слова.

— Можно нам войти? — спросил господин в голубом, и Эмили широко открыла дверь и впустила их в переднюю комнату, где они теперь стояли, глядя на нее. И снова заговорил господин в голубом саржевом костюме.

— Я... я полагаю, вы экономка мистера Мак-Гиллби? — спросил он.

Эмили кивнула головой, не отводя глаз от его лица.

— Ох, я боюсь, что у нас... у нас плохие новости для вас.

Она сглотнула, схватилась за горло рукой, но ничего не сказала.

— На одном из судов с опорами произошел несчастный случай. Связка опор обвалилась, и одна из них... ударила мистера Мак-Гиллби по шее, и он упал за борт. Он... он не утонул, это был удар, который случается один раз из миллиона. Опоры... ну... опоры падают почти каждый день, сбивают с ног рабочих, но эта опора... она сломала ему шею.