Патриция Хэган - Звездный свет

– Итак, вы едете в Канзас, чтобы выйти замуж, – сказал мужчина, представившийся Клейтоном Даунингом.

– Да, мой будущий муж офицер, он служит в форте Ливенуорт.

– И вы путешествуете одна? – Он поднял одну бровь. – Я нахожу это весьма необычным. Большинство молодых дам кто-нибудь сопровождает, особенно если они едут так далеко.

Сэм не говорила, что едет одна. Она только назвала свое имя и сообщила, что направляется к жениху. Теперь же, после слов Клэйтона Даунинга, ей стало неловко, и она решила солгать.

– Нет, я путешествую не одна. Просто моей попутчице не хотелось есть, и она рано легла.

– Ах вот оно что! Что ж, жаль, что вы едете не в Калифорнию. У нас там не очень много красивых женщин вроде вас. Да, жаль… Я бы с удовольствием показал вам тамошние места. Уверен, что Сан-Франциско вам очень понравится.

Сэм невольно подумала, что, пожалуй, не отказалась бы от такого спутника – мистер Даунинг был весьма привлекательным мужчиной.

– Честно говоря, мне бы не хотелось жить в Канзасе, – заметил он.

Сэм кольнуло легкое беспокойство.

– Почему же?

– Это суровый край. Там полно индейцев и людей, преступивших закон. Да еще прибавьте ковбоев, которые имеют дурацкую и весьма опасную привычку со стрельбой врываться в города после того, как пригонят скот на железнодорожные станции. В общем, Канзас – дикое и нецивилизованное место.

Из всего этого Сэм встревожило только упоминание об индейцах – она слышала о них ужасные вещи.

– А индейцы могут напасть на наш поезд, когда мы проедем дальше на запад? – спросила она.

– Вряд ли. Несколько лет назад у железнодорожной компании были проблемы с набегами индейцев, которых разозлило, что по их землям прошла железная дорога, но после того, как правительство загнало их в резервации, все утихло. Время от времени они еще устраивают нападения на поселенцев, но нам едва ли стоит беспокоиться.

Внезапно он подался вперед и накрыл руку Сэм своей. От его прикосновения ей стало не по себе.

Убрав руку, она вытерла губы салфеткой и встала:

– Мне пора. Другие пассажиры ждут, когда освободятся места за столиком.

Клейтон Даунинг тоже поднялся:

– Надеюсь, у нас еще будет случай поговорить. Мне бы очень хотелось побольше рассказать вам о Канзасе.

Сэм пробормотала в ответ что-то утвердительное и поспешила в свой вагон. Если он не будет распускать руки и станет вести себя уважительно, с ним, пожалуй, можно будет проводить время, но сейчас она чувствовала себя слишком усталой. Ей хотелось только одного – свернуться калачиком в кровати и заснуть под мерный перестук колес. С трудом удерживая равновесие, она добралась до своих апартаментов, открыла дверь и застыла как вкопанная при виде открывшегося перед ней зрелища.

На диване сидела женщина в черном бомбазиновом платье. Приколотая к ее шляпе черная траурная вуаль была откинута с лица. Женщина лениво тасовала колоду карт, однако, увидев Сэм, тут же убрала ее. На вид ей было примерно столько же лет, сколько и Сэм.

– Кто вы такая и что здесь делаете?

– Меня зовут Белл Кули. – Женщина беспомощно пожала плечами и смущенно улыбнулась. – Должно быть, произошла ошибка. По-видимому, нам продали билеты в один вагон, и, к сожалению, я вынуждена здесь остаться, поскольку все остальные места уже заняты.

Сэм сразу поняла, что она лжет.

– Покажите мне ваш билет.

– Хорошо, хорошо. Куда же я его положила? О, он где-то здесь, поверьте мне. Знаете, в этих билетах иногда бывают такие опечатки… Но вам не о чем беспокоиться – нам будет хорошо и вдвоем. Все равно эти шикарные отдельные вагоны велики для одного человека.

Сэм подошла к шнуру звонка и дернула за него.

– Пусть с этим разбирается проводник. Если я оказалась не на своем месте, пусть он мне так и скажет.

– Зря вы это сделали, – огорченно сказала Белл. – Уверена, что мы с вами могли бы договорится сами.

– У вас ведь нет билета, правда? – Сэм села напротив Белл, чувствуя зарождающуюся жалость. Как-никак женщина была в трауре, хотя, возможно, и это всего лишь уловка.

– Вы правы, билета у меня нет. Мне просто не на что было его купить. Мой муж умер, а перед смертью взял с меня обещание, что я похороню его на востоке, рядом с членами его семьи. Я так и сделала, но на это ушли все деньги, которые он мне оставил. Теперь у меня ничего нет, и я пытаюсь вернуться домой, на запад. Я видела, как вы садились на поезд в Нью-Йорке, и обратила на вас внимание, потому что вас никто не сопровождал. Потом, когда вы показывали проводнику свой билет, я увидела, что у вас есть билет еще на одного человека. Когда проводник провел вас в ваш вагон, я пошла следом. Я подумала, что, должно быть, ваша спутница в последний момент отказалась ехать, ведь если бы вы собирались путешествовать одна, то вряд ли взяли бы билет в отдельный вагон.

– И вы решили, что сможете запросто занять оставшееся место, наплетя мне, будто вам случайно продали билет в тот же вагон?

Белл улыбнулась, сдаваясь:

– Вы меня раскусили. Но все равно попробовать стоило. Что ж, пойду поищу где-нибудь свободную скамейку. Надеюсь, меня не высадят возле очередной водокачки, когда паровоз будут заправлять водой, и я доберусь хотя бы до Сент-Луиса.

– А почему вы не сделали этого с самого начала? По-моему, куда легче проехать зайцем во втором классе, чем обманом убедить кого-то разделить с вами отдельный вагон.

– Там из-за моего траура я привлекла бы излишнее внимание пассажиров, а главное, проводника, который быстро обнаружил бы, что у меня нет билета. А кроме того, я думала, что в отдельном вагоне сумею кое-что заработать на жизнь.

Сэм вздрогнула. Неужели эта женщина?.. Ей не хотелось спрашивать напрямую.

– Значит, вы…

– Проститутка? – закончила Белл и рассмеялась. – Нет, ничего подобного. Я не гожусь на эту роль, потому что мне нравится ложиться в постель с мужчиной, только если я в него влюблена или по крайней мере мне так кажется. Нет, дорогуша, я не шлюха. Я профессиональный игрок – и при этом чертовски хороший.

«А она славненькая», – подумала Сэм. Кудрявые темные волосы, красивый овал лица… Но больше всего внимание привлекали глаза, живые, умные, проницательные – казалось, Белл видит все, что творится у Сэм в голове, и может ясно читать ее мысли.

– Так вот почему вы держали в руках карты?

Белл снова извлекла колоду откуда-то из складок своей юбки.

– Именно. Я играю в покер, а железнодорожная компания это отнюдь не приветствует. Вот для чего мне нужен был отдельный вагон – чтобы приглашать к себе партнеров для игры втайне от проводников.

– А если б вас поймали?

– Ну, я не собиралась устраивать большую игру. Так, два-три человека. Вполне достаточно. Никто бы ничего не узнал.