Джоан Вулф - Мой принц

— Как долго это будет продолжаться? Вы не знаете? — Было очевидно, что она надеялась на скорое окончание празднества.

Август пожал плечами и пробормотал:

— Никто не может уйти раньше регента, так что придется потерпеть.

Смех Лидии походил на звон серебряных колокольчиков.

— Какие глупости! — воскликнула она. — Мне кажется, это чудесный вечер, и я не хочу, чтобы он заканчивался.

Принц и Чарити обменялись многозначительными взглядами. Лидия же подозвала слугу с подносом и взяла себе бокал шампанского. Сделав глоток, она улыбнулась своему жениху. В эти мгновения она выглядела невероятно привлекательной, и в сердце Чарити снова шевельнулась зависть.

Тут Лидия наконец-то заметила бокал, стоявший перед младшей сестрой.

— Ты пьешь шампанское?! — воскликнула она в ужасе.

— Леди Чарити пьет всего лишь первый бокал по моему настоянию, — проговорил Франц, вернувшийся с ужином для Лидии.

В действительности это был второй бокал шампанского, но Чарити решила, что сестра не должна об этом знать.

Лидия взяла вилку и склонилась над своей тарелкой. Франц же вновь поднес к губам бокал шампанского.

— Простите, леди Чарити, что я не сумел к вам раньше подойти, — проговорил принц. — Я видел, что вы ужасно скучаете, но ничего не мог поделать.

— Ничего страшного. — Она улыбнулась. Значит, он все-таки заметил ее. — Здесь слишком жарко, правда?

— Да, это что-то ужасное. — Принц окинул взглядом ее новое платье. — По крайней мере, вам не нужно носить фрак и галстук. В этом хорошеньком белом платье от вас веет прохладой.

Чарити просияла:

— В Китае ведь очень жарко, не так ли? Может быть, принц-регент пытается создать у себя такой же климат?

Принц весело рассмеялся.

«Он выглядит таким милым, когда смеется», — подумала Чарити.

— Разве леди Чарити не очаровательна? — сказал Франц.

— Даже очень, — кивнул принц.

Чарити почувствовала, что краснеет. Лидия же, окинув ее взглядом, заметила:

— Эта прическа очень идет тебе. Она делает тебя повыше ростом.

— Вы танцуете, леди Чарпти? — неожиданно спросил Франц.

Она пожала плечами:

— Немного.

— Мы обязательно с вами потанцуем. Мне больше нравится танцевать с невысокими дамами.

Франц смотрел на нее с восхищением, и Чарити вдруг подумала: «Неужели он флиртует со мной?»

— Гаст даст бал, как только мы приедем в Юру, и тогда мы с вами непременно потанцуем.

— Чарити еще не выходит в свет, — пробормотала Лидия, но Франц ничего ей не ответил.

Вскоре все четверо вернулись в длинный зал. А в полночь, когда регент наконец-то оставил своих гостей, все отправились спать.

Глава 7

Герцог и герцогиня Бофорт провели в Брайтоне еще один день, а затем все семейство вернулось в Лондон, — разумеется, принцесса Екатерина и Август к ним присоединились. На обратном пути Екатерина без умолку говорила о гостеприимстве регента, — очевидно, она изменила свое отношение к «толстому принцу». Изменилось и ее отношение к Лидии. Выразительно поглядывая на сына, принцесса проговорила:

— Она не только очень красива, она понимает превосходство своего положения и будет тебе прекрасной супругой, Август.

Принц с улыбкой кивнул:

— Спасибо, мама. Я очень рад, что ты одобряешь мой выбор.

Взглянув на Франца, принцесса спросила:

— Если я правильно поняла, ты вчера получил письмо из Австрии, не так ли? Как твои дорогие родители?

— Спасибо, принцесса, хорошо, — ответил Франц.

Август повернул голову и с удивлением посмотрел на кузена:

— Я не знал, что ты получил письмо из дома. Твой отец пишет что-нибудь о договоре?

— Полагаю, отец не склонен рассматривать сложившуюся ситуацию так же, как и ты, Гаст, — дипломатично заметил Франц. — Но в этом нет ничего удивительного, ведь последние десять лет он жил в Австрии, а моя мать была одной из фрейлин императрицы. Отец не думает, что Австрия может угрожать независимости Юры, и считает, что тебе не следовало бы заключать договор с Англией.

Принцесса Екатерина нахмурилась:

— Эти проклятые австрийцы захватили корону Ломбардии и Венеции. Следующей их добычей может стать Юра. Думаю, Август прав. Он должен подписать этот договор.

— Я согласен с вами, тетушка, — кивнул Франц. — Я просто рассказываю Гасту, как мой отец рассматривает сложившуюся ситуацию.

Принцесса откинулась на бархатную спинку сиденья и с презрительной усмешкой сказала:

— Это фон Херцог так повлиял на твоего отца.

Франц пристально посмотрел на Екатерину и вполголоса возразил:

— Вы ошибаетесь, принцесса. Когда Юру заняли французы, семья моей матери была чрезвычайно любезна к моему отцу и ко мне, но никто из них не пытался на нас повлиять.

Принцесса фыркнула и повернулась к сыну:

— Будь осторожен, Август. Фон Херцог вместе с Марко хотят сбросить тебя с престола и посадить на твое место австрийскую марионетку.

Франц словно окаменел. Принц, покосившись на него, заметил:

— Мама, вы говорите ужасные вещи. Дядя Марко может не соглашаться со мной, но это не делает его предателем.

Принцесса снова усмехнулась, но на сей раз промолчала.

Принц положил руку на плечо кузена и сказал:

— Мне очень жаль, что твой отец не согласен со мной, Франц. Но можешь быть уверен, я прекрасно понимаю его и не считаю изменником.

Франц с улыбкой взглянул на кузена:

— Спасибо тебе, Гаст.

Принц убрал руку с его плеча и, откинувшись на спинку сиденья, прошептал:

— Поскорее бы попасть домой.

— Мы будем там через два часа, — сказал Франц.

Принц невольно рассмеялся:

— Я говорю о Юре.

Мимо проехала почтовая карета, и принцесса, закашлявшись от пыли, начала энергично обмахиваться веером. Наконец она сказала:

— Я тоже получила письмо, пока мы гостили в Брайтоне. Ты будешь рад узнать, Август, что мой отец сообщает: на твоей свадьбе будут присутствовать все Веккио.

Принц подумал о невероятной высокомерности венецианских родственников матери и с трудом удержался от вздоха.

— Разве это не мило? — прошептал ему на ухо сидевший рядом Франц.

— Я знала, что ты обрадуешься, — проговорила принцесса, складывая веер.

Молодые люди обменялись выразительными взглядами, но оба предпочли промолчать.

Франц повернулся к Лидии и с улыбкой сказал:

— Жаль, вы не видели лицо Раста, когда мать сообщила ему о том, что на свадьбе будут присутствовать все ее родственники.

— Он был огорчен? — удивилась Лидия. — Я думала, что Веккио — очень знатное венецианское семейство. Я считаю, он должен быть польщен таким вниманием.