Александра фон Лоренц - Клятва амазонки

— Я не дерусь с женщинами! Поединок у нас будет в постели, там ты вольна сражаться со мной как пожелаешь, я подчинюсь всем твоим желаниям! А с оружием в руках… Ты ведь знаешь, что мужчина сильнее! Это дурацкая идея сражаться, заведомо зная, кто выиграет поединок! — скептически хмык¬нул Ис-герд.

— Значит, ты боишься меня? Я не могу спать с мужчиной, если он страшится меня! Я не могу тебя уважать, варяг! — презрительно рассмеялась амазон-ка.

— Локи твой отец, наверно, а не русский боя¬рин, красотка! Ладно, пусть будет по-твоему! Но по¬пробуй только не сдержать своего слова! — Исгерд вскочил со своего места и пошел к побратиму Ин¬гмару.

— Ну что, Арни, готовь свою хардинг¬феле, будет праздник, — толкнул в бок рулевого Гро.

Корабли, после долгих разборок с де¬лежом пленниц, наконец, вышли в открытое море и направи¬лись в сторону родного севера. Волнение на море бы-ло несильным, но по небу бежала сплошная гряда серых туч, не предвещая ничего хорошего. По¬сле дли¬тельного отдыха и под впечатлением проис¬шедших событий гребцы весело налегали на весла, и судна легко бежали по холмистой равнине. Плен¬ницы с ин¬тересом наблюдали, как ловко управля¬ются с длин¬ными веслами бугристые руки норманнов. Вдоль ле¬вого борта вдалеке серел высокий обрыви¬стый берег таинственной страны. Вдруг по приказу Ингмара драккар и кнорр разом повернули в открытое море, и вскоре обрыв исчез в дымке.

— Куда мы плывем? — со страхом спросила Бажена, одна из пленниц.

— Скоро увидишь остров, идем туда, — отве¬тил Гро, не отрывая взгляда от горизонта в той сто¬роне, куда шли корабли, — хевдинг объявил празд¬ник. Обычно мы пируем, когда возвращаемся домой, но в этот раз Ингмар сделал исключение. Все устали, слишком долго лазили по чужим землям и морям. У нас хороший заработок. Можно позволить людям и отдохнуть несколько дней.

— А что это за остров?

— Русские зовут его Змеиный, там ни¬кто не живет. Только древний греческий храм стоит, они остров называли именем героя Ахилла. Место это свя¬тое…

После полудня небо стало очищаться, и скоро тучи совсем исчезли. На горизонте появился остров, издали похожий на громадного коричневого кита. Ин¬гмар не ошибся в своих расчетах. Согласно ему толь-ко известным приметам хевдинг нашел забро¬шенную землю в открытом море. Скоро можно было уже раз-личить отвесные черные скалы Змеи¬ного, в которых с шумом разбивались волны. Но, обойдя от¬весные кручи справа, викинги подвели свои корабли к удобной бухте и причалили к берегу.

— Ни одного деревца на вашем знаме¬нитом острове, — недовольно заметила Данута, спры¬гивая с высокого борта.

— Есть тут несколько тихих лощинок, — при¬мирительно ответил Исгерд, подавая руку де¬вушке, но та не приняла помощи, — найдем там и дрова, и за¬тишье от ветра.

Мужчина сделал вид, что не заметил жеста своей пленницы, и один пошел в сторону бе¬рега, ши¬роко шагая по воде. Данута с интересом на¬блюдала, как викинги готовятся к своему празднику. Пленниц они быстро пристроили к делу. Одни из ра¬бынь заня¬лись приготовлением пищи, а других заста¬вили тща¬тельно убрать и вымести большую пло¬щадку. Жен¬щины подбирали каждый камушек и ще¬почку.

— А зачем они это делают? — удиви¬лась Ми¬лана.

─ Никакой предмет не должен валяться под ногами, чтобы не помешать исходу боя, ─ ответил ей один из викингов.

— Ну, вот и хорошо, что наш поединок тут со¬стоится, — подойдя поближе, порадовалась Данута, и Исгерд удивился ее решительности. В поединках викингов женщины не участвовали, да и к тому же на поле боя могли выйти только свободные люди. Но отказаться от вызова было просто невозможно — девушка смот¬рела на своего господина с явным вызовом и не пре¬минула бы обвинить его в трусости.

— Как хочешь, — в свои слова ви¬кинг поста¬рался вложить как можно больше безразли¬чия.

Откуда-то из тайных запасов дружин¬ники повытаскивали бочонки с элем, пивом и вином, при¬нарядились и стали устраиваться для праздника. Не¬сколько умельцев, в том числе и Арни, принесли не¬замысловатые норвежские музыкальные инстру¬менты. Данута и раньше слышала варган. Похожий на раздвоенный ключ он издавал звенящие гортанные звуки, под воздействием которых сознание отрыва¬лось от действительности и улетало к далеким звез¬дам. Зазвучали рожки, а хардингфеле, скрипка с двумя рядами струн и богатыми украшениями в руках Арни запела, как томящаяся в неволе женщина. Под шелест ветра в сухих желтых травах полилась грустная нор¬вежская мелодия, напоминающая викингам о покину¬тых домах и ждущих их семьях.

— Мы, хоть и норвежцы, но и нам надоела эта рыба, — сказал Исгерд, наблюдая, как женщины на углях запекают селедку в тесте, — эта черномор¬ская рыба, конечно, хороша, но нет даже капусты.

— Да, рыбные щи с капустой были бы хо¬роши, — согласился Торкель, — но придется есть то, что имеем на кораблях.

К вечеру женщины наготовили под на¬блюде¬нием викингов много разных блюд из судовых припа¬сов. Из кораблей достали рыбинсы и устроили из них подобие низких столов. Дружинники тем вре¬менем не забыли привести себя в порядок, как они понимали мужскую красоту. Волосы были расчесаны и запле¬тены в косички, бороды подстрижены, а из сундучков изъяты нарядные одежды. Женщины тоже получили от своих хозяев новую одежду, которую извлекли из закупленных в Константинополе подар¬ков. После не¬скольких первых кубков вина часть мужчин, положив друг другу руки на плечи, выстрои¬лись в большой хо¬ровод. Под веселую мелодию, да с дружными припе¬вами хоровод стал кружиться вокруг костра, распло¬женного в центре большой площадки. Викинги как бы слились в одно большое могучее су¬щество, и даже Данута ощутила волны энергии, исхо¬дящие от тан¬цующих норманнов. Перерывы между танцами по¬свящались еде и питью. Скоро и женщин стали при¬влекать к общему веселью. Сначала не¬умело, потом лучше, и рабыни начали танцевать вме-сте со своими хо¬зяевами. При этом многие девушки пере¬ходили на русские плясовые или на другие, близкие им танцы. Эти танцевальные движения принимались викингами с восторгом, и бородатые воины сами пус¬кались в присядку или старательно изображали алан¬ский та¬нец.

У бедного Арни уже пальцы опухли от струн, а его все просили сыграть еще и еще. Благо ру¬левой знал мелодии разных народов, и праздник пре¬вра¬тился в настоящий карнавал.

— Ты мне наступил на ногу, Рагнар! — за¬орал один викинг на другого во время танца.

— Подумаешь, цаца, — рявкнул в от¬вет рыже¬волосый дружинник с лицом, сплошь усеян¬ным веснушками.

— Цаца не цаца, а даже кожу содрал, — Рольф, так звали пострадавшего, схватил рыжего за руку и сильно дернул вниз, так что тот чуть не упал, — я требую расчета.